Гоген уехал на Таити. Остаток своей жизни Гоген провел в южных широтах, лишь однажды возвратившись на два года в Европу 1893 году. Он умер в нищете, забытый всеми, на Маркизских островах.
С юных лет, когда Гоген плавал по морям и океанам, и до последних месяцев своей жизни, когда он умирал от сифилиса на Маркизских островах, Гоген всегда вел весьма бурную и активную сексуальную жизнь. В 1873 году, когда он женился на высокой красивой датчанке Метт Софи Гэд, Гоген начал вести весьма респектабельный образ жизни. Когда в 1883 году Гоген принял решение навсегда оставить работу маклера на бирже, Метт страшно разозлилась, а ее родители, в доме которых в Копенгагене Гоген с женой какое-то время жил, высмеяли его. Обстановка в семье была накалена до предела. Практически полное отсутствие денег также сыграло немаловажную роль в развитии событий. Гоген и Метт развелись. Однако даже после отъезда на Таити, Гоген все еще надеялся, что когда-нибудь Метт и его пятеро детей приедут к нему, и они снова будут жить вместе. Они так никогда и не приехали.
Прибыв на Таити в 1891 году, Гоген нашел там вдохновение и огромное количество обнаженных женщин. Вначале он просто наслаждался местным обычаем проводить ночи в своей хижине каждый раз с новой женщиной. Вскоре, однако, он осознал, что этот чудесный обычай сильно мешает его творчеству. Он страстно желал найти одну-единствен-ную женщину, которую он мог бы назвать своей избранницей. Вскоре в соседней деревушке его познакомили с юной прекрасной девушкой по имени Теура. Она сразу же понравилась Гогену. Убедившись, что она добровольно вступает с ним в союз и что у нее нет никаких болезней, Гоген взял Теуру жить в свою хижину. После недельного совместного проживания с Гогеном Теура согласилась остаться жить в его хижине. Позже Гоген часто использовал Теуру в качестве модели для своих работ.
В 1893 году он уехал во Францию, оставив на Таити беременную Теуру. В Париже он возобновил сексуальную связь с Жюльетт Юэ, некрасивой замкнутой женщиной, которая работала швеей. У него также началась принесшая ему позже немало бед связь с 13-летней бездомной полуиндианкой-полумалайкой, которую все звали Анна Яванская. Она все время отвлекала его от работы, а когда они вдвоем уехали в Бретань, сразу же выяснилось, что она очень не понравилась местным жителям. Однажды она начала задирать группу проходивших мимо нее детей. Возникла потасовка, которая перешла в драку, в ходе которой Гоген был избит до полусмерти подоспевшими местными жителями. Избивать его прекратили только тогда, кода он потерял сознание. Через некоторое время, когда Гоген еще не пришел полностью в себя, Анна покинула его навсегда, прихватив с собой из квартиры, где они жили, все ценные вещи, кроме его картин.
Когда Гоген вернулся в 1895 году на Таити, он был уверен, что продолжится его счастливая семейная жизнь с Теурой. Оказалось, однако, что Теура вышла замуж за островитянина.Неделю Теура, правда, пожила с Гогеном в его хижине, но ее так напугали язвы, появившиеся у него на теле от сифилиса, что она вернулась назад к мужу. Гоген потерял свою постоянную партнершу, но приобрел большое количество новых. Однажды он даже пожаловался: "Эти девки просто обезумели, они залезают ко мне прямо в постель каждую ночь. Сегодня ночью, например, у меня их было сразу трое". Он опять стал искать "серьезную женщину, которую можно ввести в дом", и нашел хорошенькую 14-летнюю Пауру. Она не оказывала такого стимулирующего влияния на его творчество, как Теура, но он все же нарисовал ее обнаженной и сам позже заявил: "Это лучшее из всего, что я нарисовал".
В 1901 году Гоген перебрался на один из Маркизских островов и построил себе хижину, которую украсил порнографическими фотографиями. Он соглашался на сексуальные отношения практически со всеми местными женщинами, которые часто приходили к нему в хижину. Всеми ими двигало любопытство: они очень хотели взглянуть на страшные язвы, которыми сифилис наградил ноги Гогена. Когда к нему в хижину входила какая-нибудь незнакомая женщина, Гоген снимал с нее одежду, разглядывал ее тело, после чего говорил: "Я должен тебя нарисовать".
В 1903 году Гоген умер от сердечного приступа.
Гоген однажды заметил: "В Европе половые сношения - результат любви. В Океании любовь - результат половых сношений. Кто здесь прав? Говорят, что человек, отдающий свое тело другому, совершает грех. Это спорный вопрос… настоящий грех совершает тот, кто продает свое тело. Женщины хотят быть свободными. Это их право. Но уж никак не мужчины стоят у них на пути к такой свободе. Женщина станет свободной в тот день, когда поймет, что ее честь хранится отнюдь не в том месте, которое находится у нее пониже пупка. Именно в этот день она станет свободной. И, возможно, более здоровой".
Сын Теуры Эмиль, родившийся у нее от Гогена, часто вспоминал своего знаменитого отца и сам надеялся стать известным художником. Эмиль умер в полной нищете в возрасте 80 лет в январе 1980 года.
Франсиско де Гойя
Детство и юность Гойи прошли, в основном, в Сарагосе. С детских лет в нем проявился дар великого художника. Профессиональная карьера Гойи складывалась исключительно удачно. Он сначала был создателем гобеленов для королевского двора, а затем стал членом престижной Академии Сан Фернандо в Мадриде. Он являлся главным придворным художником вплоть до 1792 года, когда в возрасте 46 лет был внезапно поражен приступом болезни, причины появления которой не сразу смогли выяснить. Некоторое время Гойя был практически слепым и почти полностью парализованным. Он также жаловался на страшную слабость и шум в голове. В конце концов был поставлен диагноз: сифилис. Примерно через год. Гойя поднялся с постели, но навсегда с тех пор остался глухим. В 1795 году его выбрали художественным директором Академии Сан Фернандо, но его глухота помешала бы ему справляться со своими обязанностями, поэтому он отказался от этого поста, но согласился стать почетным директором. Несмотря на все политические страсти, бушевавшие в Испании во время Французской оккупации и сразу же после нее (1808 - 1814 гг.), Гойя сумел все же сохранить за собой должность придворного художника. Он даже счастливо избежал гнева инквизиции, несмотря на то, что является автором целой серии весьма чувственных картин, которые официально были объявлены непристойными. В 1824 году Гойя все же был вынужден перебраться во французский город Бордо, спасаясь от преследований на родине.
В молодости Гойя совершил дерзкий налет на женский монастырь в Риме, чтобы выкрасть оттуда прекрасную итальянку. За этим последовала дуэль, в которой победил Гойя, и любовная связь с украденной итальянкой. В 1773 году в Мадриде Гойя приехал в гости к своему другу Франсиско Байе, с которым он познакомился во время своих странствий. Байе был уже официальным придворным художником короля Чарльза IV и королевы Марии Луизы. Он познакомил Гойю со своей сестрой Жозефой, красивой блондинкой, обезоруживающе простой и откровенной. Гойя был в восторге от Жозефы и вскоре соблазнил ее. Она была на пятом месяце беременности, когда Гойя был вынужден жениться на ней. Произошло это в 1775 году. Еще через пять месяцев родился их первый сын, которого они назвали Эйсебио. Мальчик прожил недолго и вскоре умер. Всего Жозефа родила пять (впрочем, вполне вероятно, что шесть) детей, из которых выжил лишь один мальчик по имени Ксавьер. Этот брак оказался весьма выгодным для Гойи. Через Байе, брата Жозефы, у которого были широкие связи при дворе, Гойя получил постоянную работу на королевской фабрике по производству гобеленов. Как только Гойе стали доступны к встречи с придворными аристократками, Жозефа была тут же им практически забыта. Гойя написал только один ее портрет.
Самой желанной среди всех придворных дам для Гойи была 20-летняя герцогиня Альба, мужем которой вот уже 7 лет был вечно угрюмый маркиз Вильяфранка. Гойя страстно желал поближе познакомиться с герцогиней с первого же дня, когда увидел ее впервые. Он имел для того веские причины. Герцогиня была потрясающе красива. Один из современников написал о ней так: "Нет в мире более прекрасной женщины… Когда она идет по улице, все смотрят только на нее. Даже дети перестают играть, чтобы полюбоваться ею". Однажды Гойе удалось случайно познакомиться с герцогиней. Летом 1795 года она как-то заглянула к нему в студию, а чуть позже и оказала ему "последнюю любезность". Гойя восторженно признался одному из своих друзей: "Теперь я, наконец, знаю, что значит жить".
Когда муж герцогини скончался в 1796 году, она уехала в свое поместье в Андалузию, чтобы оплакать эту потерю должным образом. Гойю она взяла с собой. Они прожили вместе несколько месяцев. Все это время Гойя либо рисовал герцогиню, либо занимался с ней любовью. Она позировала ему как в одежде, так и обнаженной. На одной из картин Гойя изобразил ее одетой во все черное. На пальцах руки у нее при этом было два кольца. На одном было написано "Гойя", на другом "Альба". Кроме этого, рукой она указывала на фразу, написанную на песке. Эта фраза состояла из двух слов: "Только Гойя". На сотнях рисунков, сделанных в этот период Гойей, герцогиня изображена совершенно обнаженной. Альба позволила Гойе сохранить эти рисунки. На одном из них она написала: "Хранить такое - просто безумие. Впрочем, каждому свое". Когда они вернулись в Мадрид, Альба на некоторое время оставила Гойю и начала жить с генерал-лейтенантом Доном Антонио Корнелем. Гойя, уязвленный и оскорбленный, написал три картины, изображающих ветреность Альбы. На одной из них она была показана с двумя лицами. В 1799 году Альба опять вернулась к Гойе, и он создал, пожалуй, две самые знаменитые свои картины - "Маха обнаженная" и "Маха в одежде". Альба позировала для обеих. Картина с изображением обнаженной герцогини была, по словам Андре Мальро, одной из первых картин подобного рода, которая оказалась "эротической, а не просто сладострастной". Обе картины герцогиня оставила у себя. Позже их унаследовал Мануэль де Годой, любовник королевы Испании. Герцогиня Альба скоропостижно скончалась в 1802 году. В своем завещании она указала, чтобы ежегодно из оставшегося после нее состояния выделялось 3500 реалов для Ксавьера Гойи, сына художника. Через десять лет умерла жена Гойи Жозефа. Его сын женился на дочери богатого купца и стал жить отдельно. Художник остался совсем один.