Между тем, сам Иосиф Давыдович в интервью изданию «Караван историй» говорит несколько иное[46]:
– В 1967 году я совершенно случайно встретился с мадам Гурченко. Самым посещаемым местом тогда был ресторан ВТО. Вот там мы и познакомились. К тому моменту после «Карнавальной ночи» прошло уже более десяти лет, Гурченко успела поработать в «Современнике» и была безумно популярна. Так получилось, что мы с ней вместе посмотрели фильм «Шербурские зонтики», и я сразу же уехал в Питер. Наутро созвонились, и у нас начался телефонный роман…
– Как раз в 67-м мама переехала ко мне в Москву, так что лично познакомилась с невесткой. Мы с Гурченко жили в квартире на Маяковке, которая ей досталась от предыдущего мужа, сына писателя Фадеева.
Юная, но очень популярная Людмила Гурченко
Хотя в другом месте, в книге того же Раззакова «Страсть», приведены слова И. Кобзона о невостребованности Гурченко как актрисы в период их знакомства[47].
«…в конце 60-х судьба свела ее с популярным певцом Иосифом Кобзоном. По словам певца: “Тот период был для Людмилы достаточно тяжелым. Она пребывала в жуткой депрессии – ее популярность сильно упала. Но тем не менее Гурченко оставалась Гурченко. Она пробовалась в один театр, в другой. Со съемок возвращалась с истерикой. И каждая из них почему-то заканчивалась словами: ‘Это невозможно! Не успеешь заявить о своем желании сняться или сыграть роль, как тебе сразу же лезут под юбку и тащат в ресторан!’ Она очень болезненно реагировала на такие вещи, они ее унижали. Вот в такой момент я и подставил ей плечо…”»
Что же касается проживания по упомянутому адресу, то, как оказалось, неподалеку жила семья Марка Бернеса[48], ставшего другом Иосифу. Уроженец Черниговщины, он стал знаменит в советское время; многие наверняка помнят в его исполнении душевные песни «Спят курганы темные» из кинофильма «Большая жизнь» (муз. Никиты Богословского, сл. Бориса Ласкина), «Темная ночь» из кинофильма «Два бойца» (муз. Никиты Богословского, сл. В. Агатова), «Три года ты мне снилась» из кинофильма «Большая жизнь» (муз. Никиты Богословского, сл. Алексея Фатьянова), «Если бы парни всей земли» (муз. Василия Соловьева-Седого, сл. Евгения Долматовского), «Шаланды, полные кефали» из кинофильма «Два бойца» (муз. Никиты Богословского, сл. В. Агатова), «Хотят ли русские войны» (муз. Эдуарда Колмановского, сл. Евгения Евтушенко), «С чего начинается Родина» из кинофильма «Щит и меч» (муз. Вениамина Баснера, сл. Михаила Матусовского) и другие, ставшие визитной карточкой эпохи.
– Когда я был женат на Гурченко, она дружила с Бернесом. Подружился и я. Жили мы на Маяковке, а Марк Наумович с женой Лилей – на Колхозной площади. Там, где магазин «Обувь». Ходили в гости: мы к ним, они к нам. Занятный был человек Бернес. Очень занятный. Не зря его называли Марк сам себе Наумович. Был он человек оригинальный, амбициозный… А как шутил! И еще любил нецензурную лексику, которая в его исполнении превращалась в настоящее искусство.
А еще в гости к Кобзону и Гурченко часто приходил бард и актер Владимир Высоцкий.
– Много встречались. Особенно часто встречались, когда я был женат на Гурченко. Он неоднократно приходил к нам, и мы с ним, как почти все в те времена, любили сидеть у нас на кухне. Однажды пришел он очень расстроенный. Вышел фильм «Служили два товарища». В фильме должны были быть две его песни, песни вырезали. Володя пришел с гитарой. И стал на кухне петь нам эти песни… Дело было на Маяковке, на квартире Гурченко. Точнее, это была наша квартира, хотя оформлена была она на нее. Потому что когда мы встретились и начали жить с Гурченко, Ангелина Степанова, мать Шуры Фадеева, предыдущего мужа Гурченко, сказала: «Купите квартиру моему сыну. Не будет же он жить на улице». И я купил Шуре квартиру, хотя у меня тогда уже была и своя квартира на проспекте Мира…
Первым мужем блистательной советской актрисы был Борис Андроникашвили, сын опального писателя из семьи поволжских немцев Бориса Пильняка и грузинской княжны, ставшей советской актрисой, Киры Георгиевны Андроникашвили. В 1937 году, вслед за своим мужем Борисом Пильняком, была репрессирована, но незадолго до ареста успела отправить сына Бориса к бабушке в Грузию; бабушка его усыновила и тем самым спасла от возможной гибели.
Жгучий красавец был студентом сценарного факультета ВГИК, когда познакомился с Людочкой. На момент этого романа Гурченко уже снялась в звездных фильмах «Карнавальная ночь» и «Девушка с гитарой». Но в 1958-м, как пишет Федор Раззаков, слава вышла актрисе боком: на нее ополчилась центральная пресса. К примеру, в «Комсомольской правде» был опубликован фельетон про Гурченко (речь шла о ее «левых» концертах), а журнал «Советский экран» поместил на своих страницах обидную карикатуру на нее. Тогда Людмила не могла взять в толк, за что на нее так ополчились, и только много позже узнала правду. Оказывается, интриги развязал КГБ за то, что она отказалась сотрудничать – следить за иностранцами, приехавшими в Москву в 1957 году на Фестиваль молодежи и студентов.
Осенью 1958-го Гурченко забеременела и весной следующего года отправилась рожать к родителям в Харьков. 5 июня 1959 года на свет появилась ее дочь Маша. Оставив ребенка на попечение родителей, Людмила вскоре вернулась в Москву, чтобы продолжить актерскую карьеру. Стоит напомнить, что в венах Марии Борисовны Королевой (урожденной Андроникашвили), дочери Людмилы Гурченко, течет княжеская кровь; правда, дочь, по мнению многих, не унаследовала ни стать матери, ни яркую внешность отца. И пошла она вовсе не по стопам матери, с которой у нее так и не сложились теплые отношения.
…Собственной жилплощади супруги долго не имели, поэтому им приходилось снимать жилье. Особенно тяжело было Гурченко, которой не удавалось выбить себе московскую прописку. Ситуация изменилась в лучшую сторону после того, как в конце 1950-х на молодую актрису посыпались новые предложения сниматься в кино. С первым мужем Гурченко прожила до 1962 года. Затем супруги подали на развод.
Кадр из фильма «Карнавальная ночь»
В 1963 году Людмила устроилась на работу в театр «Современник». А вскоре обзавелась поклонником, ставшим ее вторым мужем. Александр Фадеев-младший – сын писателя Александра Фадеева, создателя знаменитого романа «Молодая гвардия», и актрисы МХАТа Ангелины Степановой – тоже был актером (окончил Школу-студию МХАТ), правда, малоизвестным. Не отличившись на подмостках сцены, он, тем не менее, отличился в другом. Свидетельствует Федор Ибатович, приводя слова близко знавшего Андроникашвили Александра Нилина[49]:
«Ареной ничего не стоящего ему самоутверждения оказался ресторан ВТО, и в 60-е годы, когда автора “Молодой гвардии” уже не было на свете, фамилия Фадеев практически ежедневно звучала, не перекрываемая громкостью других фамилий, находившихся в то время у всех на слуху…
Пока дети других знаменитостей доказывали, он – заказывал. И не одной выпивкой и закуской ограничивался его заказ, он заказывал как бы музыку жизни, взвихренной вокруг занимаемого им ресторанного столика… Я обожал бывать вместе с ним в ВТО. Для официанток он безоговорочно был клиентом номер один. Ни один человек в мире искусства не умел с такой широтой тратить деньги в ресторане, как Шура. Это вполне искупало его абсолютную неспособность их зарабатывать. Годам к тридцати он остался вовсе без средств к существованию. И больше в ВТО не ходил: на халяву он не пил никогда»…»
Брак с Фадеевым-младшим оказался для Людмилы Гурченко недолгим. В середине 1960-х они развелись, а еще через несколько лет судьба свела ее с популярным певцом Иосифом Кобзоном.
Сойдясь, молодые стали жить в двухкомнатной квартире Гурченко, а свою жилплощадь на проспекте Мира Иосиф отдал приехавшим с Украины родственникам. В течение трех лет звездная чета состояла в гражданском браке, после чего решила узаконить свои отношения. Считается, что это решение было принято в январе 1969 года, во время их гастролей в Куйбышеве. Будто бы тогда в гостинице «Волга» (по другим сведениям – «Центральная») произошел инцидент, который раздосадовал певца: их не поселили в один номер, после чего Иосиф принял решение зарегистрировать брак.
Тайны своих взаимоотношений со второй супругой – Людмилой Марковной Гурченко – Иосиф Давыдович приоткрыл во время общения с журналистом Николаем Добрюхой.
«Хотя ничего хорошего не принес мне первый брак, в 1967 году я решился на второй актерский брак и женился на… Людмиле Марковне Гурченко. И опять приключилась та же история. Только, конечно, Людмила Марковна намного серьезней женщина. Во всех смыслах. Женщина с характером. Она, естественно, требовала ответственности перед семьей, перед домом. И остро реагировала на какие-то, так сказать, деликатные вещи, которые возникали по жизни…
Короче говоря, не сложилось… Не сложилось. Но, к сожалению… к огромному, не сложилось до такой степени, что по сей день мы никогда еще, так сказать, не поздоровались друг с другом, хотя и прожили три года с 67-го по 70-й… Может быть, если бы у нас появился общий ребенок, это изменило бы наши взаимоотношения, но… у нее была очаровательная дочь Мария, с которой у меня сразу сложились добрые отношения…»
– Люсю я всегда вспоминаю с большой благодарностью, потому что считаю, что за короткий период нашей совместной жизни я получил от нее много хорошего. Гурченко – человек талантливый и, как женщина, извините за подробности, не похожа ни на кого. Она индивидуальна во всем… Но невозможно было нам вместе находиться, потому что, кроме влечения, кроме любви, существует жизнь.
Беседуя с журналисткой Ириной Зайчик[50], Иосиф Давыдович тоже коснулся темы взаимоотношений с советской звездой, ставшей его супругой.
«– Она очень талантливый человек, безумно! Все, к чему ни прикасается, ей подвластно. Но… она абсолютно некоммуникабельный человек, бескомпромиссный…