тие страны. Президентство не дало ей настоящей политической власти, но позволяло время от времени «гладить против шерсти» премьер-министра Хоги.
И вновь «неприятности» на севере
В начале 1980-х годов в тактике ВИРА произошли заметные изменения. Наряду с возрождением традиций республиканцев стали устраиваться голодовки протеста в тюрьме Лонгкеш в Белфасте. Голодовки якобы отстаивали право узников-«временщиков» на обращение с ними как с военнопленными; вскоре кампания набрала силу, и смерть нескольких молодых забастовщиков произвела сильное впечатление на общество. Самой знаменитой жертвой стал Бобби Сэндс, тайно писавший дневник во время голодовки.
Если голодавшие рассчитывали растрогать британское правительство, они потерпели неудачу, потому что премьер-министр Маргарет Тэтчер наотрез отказалась идти на уступки или брать на себя ответственность за смерти. Голодовки ни в коем случае не означали, что боевики ИРА отказались от насилия. 1979 год отмечен кровавыми терактами: в Уорренпойнте погибли восемнадцать британских солдат, а графа Маунтбеттена вместе с его спутниками убили во время катания на лодках. В 1981 году в Британии вновь начался террор ИРА, а в 1984 году боевикам едва не удалось покончить с Маргарет Тэтчер: в Брайтоне они подложили бомбу в отель, где миссис Тэтчер остановилась во время съезда консервативной партии.
Англо-ирландское соглашение
Может быть, под влиянием этого покушения Маргарет Тэтчер снова обратилась к ирландскому вопросу. В 1985 году она заключила важное соглашение с Фицджеральдом. Англо-ирландское соглашение предусматривало совместные консультации по таким вопросам, как безопасность, формирование британо-ирландского органа с постоянным количеством членов и размещение его не в Белфасте. Последнее условие разъярило юнионистов: они заявили, что это вмешательство иностранного государства в дела Ольстера. Стороннему человеку трудно понять глубину чувств юнионистов и их ярость, вызванную тем, что соглашение отнюдь не утверждало власть Соединенного королевства в Северной Ирландии.
Кампания против соглашения, развязанная юнионистами и вылившаяся в столкновения с Королевской ольстерской полицией, с треском провалилась. Тем не менее следует отметить, что некоторые политики, например Мэри Робинсон, посчитали необходимым выступить против соглашения из-за того, что британское правительство ранее не удосужилось проконсультироваться с юнионистами.
Словно забыли, что это соглашение содержало важное дополнительное условие: при стабилизации обстановки США и ЕС готовы были вложить в север крупные средства. Увы, соглашение не заставило боевиков ИРА сложить оружие. К 1992 году Гаррет Фицджеральд, инициатор соглашения, мучился сомнениями, не стало ли соглашение ошибкой и не зря ли возлагались надежды на серию инициатив тогдашнего государственного министра по делам Северной Ирландии Питера Брука: ведь многие надеялись, что диалог между юнионистами и СДЛП (Социал-демократическая и лейбористская партия) приведет к политическому урегулированию в Ольстере.
ИНОСТРАННОЕ ВЛИЯНИЕ
В начале 1970-годов ВИРА обращалась к США за деньгами и оружием. Однако поведение боевиков вызвало неприятие у американских политиков, таких как Тед Кеннеди, который поначалу сочувствовал настроениям республиканцев. Тогда боевики стали искать поддержки на Ближнем Востоке и в 1972 году получили значительную помощь от ливийского диктатора полковника Каддафи. В действиях боевиков тот видел войну против британского империализма. Связи укрепились в 1986 году, когда, после американской бомбежки Триполи с одобрения британцев, разъяренный Каддафи направил боевикам ИРА огромную партию оружия. По крайней мере часть этого оружия направлялась в Ирландию, но французские власти задержали траулер «Эксунд», и боевики ИРА были арестованы. Тем не менее ВИРА сумела получить большое количество современного оружия и пластиковой взрывчатки.
Известно, что боевики ИРА поддерживали контакт с баскскими террористами ЭТА, но это не значит, что они легко и свободно шли на контакты с другими группировками, как иногда предполагают. Как отмечают в своем недавнем исследовании Мали и Бишоп, в итальянских «красных бригадах», а до них в террористах германской группы «Баадер—Майнхоф» боевики ИРА видели «уступчивых нигилистов среднего класса».
РЕСПУБЛИКАНСКИЕ РАЗБОРКИ
История республиканского движения после 1972 года была кровавой не только из-за операций на Севере, но и из-за междоусобиц в самом движении. Все сосредоточилось на появлении в середине 1970-х годов ИНЛА (Ирландской национальной освободительной армии) и ее политического крыла, ИРСП (Ирландской республиканской социалистической партии) под руководством Бернадетт Девлин Макалиски, бывшего члена английского парламента, заработавшей скандальную славу на том, что в палате общин она дала пощечину тогдашнему министру внутренних дел. Обе партии были «дочерними фирмами» официальной, ныне марксистской ИРА и ее политического крыла «Шинн Фейн». За соперничающими лидерами тянулся шлейф кровавых преступлений, за которые были ответственны их партии еще до перемирия, заключенного в 1977 году. Позднее «официальная» ИРА спонсировала на севере Рабочую партию, которая проповедовала рабочую солидарность и неотделение.
Следует отметить, что параллельно этому насилие вершили партия «Сил обороны Ольстера» (UDA) и ее нелегальное полувоенное крыло, «Добровольческие силы Ольстера» (UVF).
Культура
Культурная жизнь современной Ирландии бьет ключом, причем, возможно, сейчас она является более католической, чем в прошлом. Значительны успехи в сфере популярной и фольклорной музыки, а такие имена, как Ван Моррисон, Боб Гелдоф и Шинед О'Коннор, и группы «Чифтэйнс» и «Кланнад» получили мировую известность. Почему в Ирландии не появилось классических композиторов масштаба Сибелиуса или Малера, как, например, в других маленьких европейских странах, — настоящая загадка, хотя в последнее время инструменталисты наподобие Джеймса Голуэя обрели заслуженное признание.
На литературном небосклоне взошли звезды поэта Шеймуса Хини и драматурга Брайана Фрила. Пьеса Фрила «Переводы» (1981) — удивительная реконструкция «школы на открытом воздухе» эпохи 1830-х годов. Вновь поднятую тему возрождения гэльского языка некоторые поняли как аллегорию попыток современной Ирландии переосмыслить прошлое, не предавая его. Труппа «Филд Дэй» из Дерри привлекла внимание к творчеству Фрила, но, парадоксальным образом, откровенно политизированная пьеса «Свобода города» (1973) оказалась менее успешной.
Шеймус Хини
В четвертом стихотворном сборнике Шеймуса Хини «Север» (1975) переплетены прошлое и настоящее Ольстера. За свои достижения поэт удостоен Нобелевской премии.
Ирландия пришла к согласию с культурным наследием и в другом важном отношении. Цензура почти не вмешивается в творчество, в 1960-х годах авторские гонорары освободили от налогов. Существует похвальное желание государства привлекать в республику художников и писателей. Создана ирландская академия искусств «Аосдана», правительство спонсирует 150 творческих личностей. Новую атмосферу отчетливо ощутили в 1987 году, когда Чарльз Хоги сделал Брайана Фрила членом ирландского парламента.
Современная Ирландия
С тех пор как тридцать—сорок лет назад автор книги ребенком впервые посетил Ирландию, республика сильно изменилась. Тогда он видел домики под соломенными крышами, пони с грузом торфа, телеги и лошадей. Во многих отношениях страна казалась изолированной от остального мира. Сейчас это общество, где автомобили, холодильники и телевизоры — вещи обыкновенные. Ирландия заняла достойное место в ЕС. Более важно то, что «ужасающая красота», о которой писал Йейтс, оставившая в 1921 году уродливый шрам, уже не имеет былого значения. На политику республики не влияет граница, и у подросшего молодого поколения другие устремления. Впрочем, многие могут усомниться в том, что это — надолго.
Возможно также, что, поскольку необходимость в «кровавой жертве» исчезла, ирландскую культуру можно оценивать саму по себе, а не как приложение к политике раздела. Вероятно, неслучайно, что после обращения к родным корням при правительстве де Валера в республике снова увеличилось число людей, говорящих по-гэльски. Перепись 1981 года засвидетельствовала, что каждый человек из трех говорит по-ирландски. В 1961 году это подтверждал один из четырех. В республике существуют многочисленные гэльские литературные премии и музыкальный фестиваль Stogadh, на который каждый год съезжаются 10 000 молодых людей, говорящих на обоих языках. Ирландия — молодая страна: среди европейских стран здесь самый большой процент людей младше 25 лет, и это при том, что большая безработица 1980-х и 1990-х годов оттянула из страны часть молодежи (к 2000 году наметился обратный процесс).
Как обстоят дела на севере в первом десятилетии XXI века? Не следует опрометчиво заявлять, что проблемы вот-вот разрешатся, ведь с 1971 года погибли более 2000 человек — членов ИРА, полицейских, мужчин и женщин. Прирост людей, говорящих по-гэльски в Шести графствах (40 процентов католиков заявляют об этом), можно рассматривать как проявление культурного национализма в противовес доминирующей англосаксонской культуре протестантов. Десятки ночных клубов в Белфасте объясняют свою популярность тем, что в них говорят на родном языке острова, и все же парадокс ирландской истории сохраняется. Ибо «Литургия» Джона Нокса, сурового пресвитерианина XVI века, впервые напечатанная в 1567 году по-ирландски, и владелец этой книги Иэн Адамсон напомнили соотечественникам-островитянам:
Те, кто отождествляет гэльский язык с католицизмом и национализмом, забывают важную роль протестантских юнионистов, сохранивших его, когда католики добровольно от него отказались в пользу английского — языка, позволившего им продвинуться по социальной лестнице.