Уникальным открытием следует признать и обряд моделировки на лице умерших, так называемые маски. Их изготавливали из смеси охры, древесного угля и мелко толченной ракушки, наносили на лица, замазывая глазницы, нос и уши. Встречаются случаи, когда глазницы умерших накрывали фрагментами керамики или мела, обточенными в виде кружков. Например, в катакомбе с перезахоронением у с. Целинного в Крыму трепанированный череп был заполнен смесью охры с глиной, а длинные кости, предварительно обмотанные стеблями растений, подверглись обмазке этим составом. Зачем создавались подобные маски, неизвестно. Скорее всего, эти обряды связаны с религиозными воззрениями. Как и другая уникальная находка на Луганщине.
Крик из прошлого
Катакомбное общество было весьма сложным и делилось на несколько социальных слоев. На самой верхушке социальной пирамиды находились вожди крупных родов и племен. Об их высоком статусе свидетельствуют крупные катакомбы с глубокими входными шахтами и предметы, символизирующие власть, – жезлы, булавы или парадное боевое оружие. В одном из погребений во входной яме было уложено 40 черепов лошадей – огромное для того времени богатство. Близко к вождям стояли воины, в погребениях которых обычно находят каменные и бронзовые топоры, бронзовые ножи, кремневые наконечники стрел и другое оружие. Привилегированное положение занимали и ремесленники. Судя по характерному набору инвентаря, можно выделить захоронения литейщиков, оружейников, кожевенников, плотников, изготовлявших колесницы, и других специалистов. Однако их погребения встречаются сравнительно редко. Довольно большую «касту» в катакомбном обществе составляли жрецы, а основную часть населения составляли рядовые скотоводы.
Племена катакомбной культуры занимались скотоводством и земледелием, знали плавку меди и бронзы, вели обмен с окружающими племенами, особенно с племенами Кавказа, от которых получали медно-мышьяковистые руды. В катакомбных погребениях на территории Донбасса часто находят каменные колотушки для дробления руды перед промывкой и плавкой. Это доказывает, что здесь находился центр обработки металла.
Эта культура хранит еще множество загадок и сулит новые открытия. Одно из них произошло в 1975 году, когда московские археологи В.А. Сафронов и Н.А. Николаева обнаружили в кургане у г. Горское на Луганщине (Украина) уникальное погребение. Внутри одной катакомбы в специально вырезанной нише сохранился удивительный барельефный портрет пожилого бородатого мужчины. В те годы эта находка вызвала скептическое отношение украинских коллег, отказавшихся признать ее древность. В результате «личину» привезли в Москву, где она попала в Государственный научно-исследовательский институт реставрации. Прошли десятилетия, эту находку тщательно изучили, и реставраторы обнаружили на ее поверхности налет марганца. Он мог образоваться лишь за несколько столетий и при условии, что катакомба не была засыпана землей. Таким образом, была подтверждена подлинность уникального барельефа. Сегодня можно внимательно рассмотреть лик древнего скотовода. Он представляет собой драматическое изображение мужчины с бородой и широко открытым, будто кричащим ртом. Что он хочет донести потомкам, о чем кричит сквозь тысячелетия, мы уже никогда не узнаем, как не узнаем и самоназвание этого удивительного народа, стоявшего когда-то на пути к цивилизации.
Прекрасный остров, «людьми изобильный»
«Остров есть Крит посреди виноцветного моря, прекрасный, Тучный, отовсюду объятый водой, людьми изобильный», – так красочно описан Крит в «Одиссее» Гомера. Этот вытянутый с запада на восток гористый остров находится в Средиземном море, в 100 км к югу от материковой Греции. Он славится благоприятным климатом, плодородной почвой и удобными гаванями. Не случайно именно здесь зародилась и расцвела одна из самых замечательных цивилизаций в истории человечества.
Суеверие приводит к открытию
В 1889 году английский путешественник и антиквар Грэвилл Честер подарил музею Эшмола в Оксфорде сердоликовую четырехгранную печать овальной формы. На ней были вырезаны голова волка с высунутым языком, птица, птичья голова, голова барана и так далее. Продавшие ее торговцы в Афинах утверждали, что она была найдена в Спарте. Этой находкой заинтересовался Артур Эванс, бывший в то время хранителем музея. Выходец из богатой английской семьи, Эванс был страстным коллекционером, но, поступив работать в музей, так увлекся археологией, что забыл о политике, которой активно занимался до этого.
Эванс заинтересовался находкой антиквара, но к ее спартанскому происхождению отнесся с сомнением. И не случайно. Весной 1893 года он поехал в Афины, где ему удалось найти и купить аналогичные печати с просверленными насквозь продольными отверстиями. У продавцов он выяснил, что все они были привезены с Крита. Через год Эванс направился на Крит. Здесь он нашел множество изделий догреческой культуры, в том числе и отпечаток с подаренной Честером печати, которая якобы была найдена в Спарте. Он не надеялся найти много печатей, но неожиданно помогло одно старинное суеверие.
Дело в том, что эти печати были молочного цвета. Критские крестьянки были уверены, что они помогают женщинам кормить ребенка. Они даже называли такие камни галоусами, то есть приносящими молоко. Узнав об этом, Эванс стал ходить из деревни в деревню, из дома в дом и выпрашивать древние вещицы. Ему показали и даже подарили немало таких печатей. Особенно старые женщины, которые уже не могли рожать. Но молодые свято верили в волшебную силу камней и не спешили с ними расставаться. Англичанин даже придумал изготавливать аналогичные изделия с более красивыми рисунками, чтобы менять их на древние находки. Если же крестьянки отказывались отдавать или менять печати, с них делался гипсовый слепок с точными копиями изображений.
Особый интерес Эванса к этим находкам был не случаен. Он прекрасно понимал, что печати отражают существование частной собственности и высокое развитие культуры. Они для него стали своеобразной нитью Ариадны, которая в итоге привела его к открытию.
В ноябре 1899 года на Крите вспыхнуло восстание: остров отделился от Турции и вошел в состав Греции. После сенсационных находок Шлимана греки были заинтересованы в аналогичных открытиях. Греческое правительство помогло Эвансу купить в Кноссе на Крите участок земли, на котором находились развалины дворца, и он приступил к раскопкам.
Воскрешение мифического Лабиринта
На это место обратил внимание еще Шлиман, когда нашел здесь засыпанное землей здание и массу битой керамики. Но тогда хозяин земли не разрешил проводить раскопки. Масштабные исследования начались лишь в 1900 году, когда к ним приступил Эванс. Это место оказалось поистине бесценным. В первую же неделю он обнаружил украшенные фресками стены огромного комплекса, керамику догреческой эпохи и глиняные таблички с надписями. К концу сезона была раскопана четверть огромного Кносского дворца, который сразу же воскресил сказание о Лабиринте. Не удивительно, что он был назван Дворцом Миноса, а открытая цивилизация – минойской.
Согласно греческому мифу, Минос был сыном принцессы Европы из Финикии и всемогущего Зевса, который, превратившись в белого быка, похитил ее и доставил на Крит. Минос в ту эпоху был самым могущественным правителем. Он заставил Афины регулярно платить ему дань, присылая ежегодно 14 девушек и юношей. Все они становились пищей быкоголового чудовища Минотавра, появившегося на свет в результате противоестественной связи царицы Пасифайи, жены Миноса, с чудовищным быком, подаренным царю владыкой моря Посейдоном. Хитроумный мастер Дедал даже построил для него Лабиринт. Расположение комнат в подземелье было таким запутанным, что выбраться из него было крайне сложно, как и из раскопанного дворца.
В его центре находился большой открытый двор, окруженный со всех сторон колоннами. Вокруг двора имелось множество комнат различных размеров, некоторые соединялись коридором. Этот дворцовый комплекс местами имел три и даже четыре этажа, был настоящим небоскребом своего времени. К сожалению, верхние этажи почти не сохранились, зато нижняя часть дворца дошла до нашего времени в хорошем состоянии и состоит из красивых парадных комнат. В одной из них был обнаружен царский трон с высокой спинкой. На этом же уровне находился и театральный зал со ступеньками для зрителей. Но самое поразительное, что в Кносском дворце имелись ванные комнаты, водопровод из керамических труб и даже туалет с проточной водой! В то время нигде в мире ничего подобного просто не было!
Жить в таком дворце было удобно и комфортно. Его обитатели переходили на этажи по красивым лестницам, на каждом уровне имелись большие открытые веранды, сквозь широкие окна внутрь попадало много света. В нижнем этаже были длинные коридоры с множеством дверей, ведущих в различные кладовые. В них стояли огромные глиняные сосуды, в которых хранили зерно и другие продукты. Здесь же находились мастерские для ремесленников и комнаты для хозяйственных работ (в одной из них даже сохранился пресс для выжимания растительного масла). Но больше всего восхитили Эванса замечательные фрески на стенах, рассказывающие о жизни местных жителей.
Радостная цивилизация Миноса
Сохранившиеся фрески критских художников отличаются яркостью и богатством красок. Все они изображают мирную жизнь: народные шествия, религиозные процессии, приручение и игры с быками, сады, луга, море с рыбами, поля с птицами, растениями и животными. Судя по рисункам, минойцы были изящными и жизнерадостными людьми. И мужчины, и женщины носили длинные волосы, при этом женщины красиво завивали их локонами. Одежда мужчин состояла из широкого кожаного ремня и гульфика. Женщины носили длинные и пестрые юбки с оборками, а также лиф, который оставлял обнаженными грудь и руки. У минойцев были популярны танцы и занятия атлетикой, например, кулачным боем.