Несмотря на всю силу своих колесниц, по уровню культурного развития касситы значительно уступали вавилонянам. Господство этого полукочевого народа, продлившееся без малого полтысячелетия, в значительной степени затормозило и экономическое развитие страны. Тем не менее именно касситы положили конец Старовавилонскому царству и открыли новый этап в его развитии.
Народ из мифов
С полным основанием можно утверждать, что информация об этих когда-то реально живших людях дошла до нас в основном в легендах и сказаниях. Согласно греческой мифологии, минийцы – это полулегендарное племя, населявшее в древности Эгейский регион. По преданиям, они жили первоначально в Фессалии, а затем – в Беотии вокруг Копаидского озера. Несмотря на малочисленность, минийцы оставили после себя уникальные археологические памятники и красочные предания.
Жестокая месть Геракла
Согласно «отцу истории» Геродоту, когда-то в отдаленном прошлом в Аттике вместе с афинянами обитали племена пеласгов, мигрировавшие на полуостров еще в догреческий период. Однако после того как их изгнали из Аттики, они, в свою очередь, вытеснили минийцев с острова Лемнос.
Изгнанные со своих родных земель, минийцы нашли пристанище у спартиатов. Вот что об этом пишет один из древнегреческих историков: «… лакедемоняне решили принять минийцев… дали им земельные наделы и распределили по филам. После этого минийцы тотчас же взяли себе в жены (спартанок), а привезенных с собой с Лемноса дочерей и сестер выдали замуж за лакедемонян. Спустя немного времени минийцы стали держаться высокомерно, требовали себе долю в царской власти и совершали другие недостойные поступки». Центром минийцев стал город Орхомен в Беотии.
Первым обитателем этих мест считался Этеокл, сын речного бога Кефиса. После его смерти власть здесь перешла к сыну Сизифа Альму, у одной из дочерей которого родился сын по имени Флегий. Он отличался таким же буйным нравом, как и его отец – бог войны Арес. В свою очередь внучатым племянником Флегия был Миний, давший свое имя народу, расселившемуся по всей равнине от Олимпа до Пинда. Так что высокомерие минийцев, в котором их обвиняли греки, вполне возможно, объясняется генетической связью с воинственным Аресом.
Когда в Орхомене правил царь Эргин, он с братьями начал войну против Фив и одержал в ней полную победу. Фиванцы были вынуждены подписать позорный мир, по которому обязались выдать победителям оружие и платить гекатомбу – дань в 100 быков – ежегодно в течение 20 лет. Избавить их от позора сумел лишь Геракл.
Согласно одному из мифов, о дани он узнал, когда прибыл в Фивы. Решив защитить город, Геракл напал на группу минийских посланцев. Будучи сыном своего времени, он хладнокровно отрезал им уши, носы и руки. Затем связал их друг с другом и потребовал отнести эту страшную «дань» из отрубленных конечностей самому Эргину. Разгневанный Эргин вновь пошел войной на Фивы, однако на их стороне выступил Геракл, и минийцы были разгромлены. При этом Эргин был убит, а минийцев заставили платить фиванцам вдвое большую дань. Но Геракл на этом не успокоился. Рассказывают, что он умудрился тайно проникнуть в Орхомен. Незаметно проскользнув в городские ворота, он поджег царский дворец, а затем разрушил весь город. Так завершилась жестокая месть героя. А ведь Орхомен был богатейшим городом древности.
Могущественный город Миния
Город Орхомен Минийский – настоящая жемчужина Беотии, в древности – один из ее главных культурных и политических центров, извечный соперник семивратных Фив. Назван по имени царя Миния, гробница которого была обнаружена здесь Генрихом Шлиманом.
Упоминания о нем можно встретить во многих мифах и легендах, в произведениях Гомера и трудах древнегреческих историков. В архаичную эпоху этот город был настолько богат и пышен, что даже появилась поговорка: ни за какие богатства Орхомена! По легенде, изначально город был расположен в плодородной, изобиловавшей богатыми пастбищами долине, при впадении реки Кефисса в озеро Копаида. Когда же вследствие осушения озера здесь появились болота, город был перенесен на склон горы Аконтия.
Археологические раскопки подтвердили глубокую древность Орхомена. До Троянской войны этот город контролировал всю западную часть Беотии, до Фив и Копаидского озера. Фивы даже платили ему дань. Он активно участвовал в троянском походе, послав под Трою 30 кораблей. Однако после Троянской войны Орхомен подпал под власть фиванцев, а в 367 году до н. э. город был ими разрушен, жители его перебиты или проданы в рабство. Позднее афиняне помогли Орхомену восстановиться, но фиванцы опять его разрушили, после чего город никогда уже не мог достигнуть прежнего могущества. Скорее всего, эти и более ранние события обогатили сказания о Геракле.
Главной достопримечательностью города считается сокровищница царя Миния. Как утверждают античные авторы, этот властитель был богаче всех людей, живших до него. Он распорядился построить под землей великолепное куполообразное помещение, наподобие микенской сокровищницы. Это монументальное сооружение восхищало современников и потомков. Еще во II веке н. э. греческий писатель Павсаний писал о нем, как о подлинном чуде строительного искусства. Сокровищница Миния в Орхомене существует до сих пор. Археологические исследования показали, что она была сооружена в ХV–XIV веках до н. э., как гробница для одного из древних минийских царей. Затем ее разграбили, но продолжали использовать для погребений. Согласно некоторым письменным источникам, в ней был захоронен один из древнейших греческих поэтов – беотийский крестьянин Гесиод, живший в VIII–VII веках до н. э.
Орхомен также был известен храмами Диониса и харит – богинь веселья и радости жизни. Здесь же было возведено особое здание для проведения певческих и музыкальных состязаний – Одеон, в котором происходили музыкальные празднества при стечении множества людей. Раскопки «города Миния» показали, что в древности он играл не менее важную роль, чем легендарная Трои или «златообильные» Микены.
Как архитекторы стали грабителями
Давно доказано, что любая легенда, былина, сказание или даже сказка являются не только плодом фантазии, но, как правило, имеют реальную основу. Рассказы о подлинных подвигах героев дали самые обильные, разнообразные и привлекательные материалы греческому эпосу. Одним из наиболее героических и романтичных является сказание об аргонавтах, которое первоначально принадлежало не грекам, а минийцам. Для этих отважных мореплавателей, купцов и воинов, особую привлекательность имели поэтические рассказы о чудесах далеких морей и земель. Поэтому иногда аргонавтов называют минийцами. И не без оснований, ведь мать Ясона Этеоклимена происходила из этого племени. Кроме того, в путешествии участвовали несколько ее двоюродных братьев.
Но сказание об аргонавтах является одним из наиболее известных и популярных в греческой мифологии. Гораздо менее известно предание о сокровищах богача Гириея, жившего в Орхомене. Вот его предыстория.
Погибший в сражении с фиванцами царь мидийцев Эргин не успел вовремя устроить личную жизнь и долго оставался холостым. Когда же дожил до седины, задумался о женитьбе и даже отправился в Дельфы, где попытался выяснить, стоит ли ему вступать в брак и будут ли у него наследники. Но Пифия дала уклончивый ответ. Несмотря на неопределенность, престарелый правитель все же решился связать себя узами брака. И вскоре молодая жена подарила ему двух сыновей – Трофония и Агамеда. Оба в зрелые годы стали знаменитыми архитекторами и строителями. В частности, они соорудили в Фивах покои для матери Геракла Алкмены, воздвигли храм Посейдона в Аркадии, Аполлона в Дельфах, Посейдона в Мантинее, сокровищницу Авгия в Элиде и многие другие уникальные строения.
По заказу богача Гириея они также построили сокровищницу, которая полностью изменила их жизнь. Если верить мифу, братья оставили в ее стене несколько незакрепленных камней. Это позволяло им проникать внутрь здания и выносить по ночам золото и серебро богача, не прикасаясь к замкам. Гирией долго не мог понять, каким образом при нетронутых замках у него постоянно пропадают сокровища. Кто-то надоумил его приделать к сундукам и сосудам капканы, какие ставят на хищников. Когда хитроумные грабители в очередной раз проникли в подземелье, Агамед просунул руку в сосуд, и ловушка захлопнулась.
Следовавший за ним Трофоний понял, что брата уже не спасти. Чтобы избавить его и себя от пыток, он отрубил Агамеду голову и унес ее с собой Обезглавленное тело осталось в подземелье, но его не смогли опознать. Существуют две версии дальнейшего развития событий. По одной из них, украденного золота с лихвой хватило Трофонию на безбедную жизнь. По другой, расплата все же настигла «героя»: когда он выходил из сокровищницы, расступившаяся земля поглотила убийцу и грабителя. В этом мифе нет ни осуждения, ни нравоучений. Скорее всего, в нем нашли отражение реальные нравы некоторых минийцев. Своеобразная констатация факта для потомков. И это действительно ценно, так как в историческую эпоху минийцев в Древней Греции уже не существовало.
«Атланты» Испании
В Библии неоднократно упоминается загадочный и богатый Таршиш. Сюда направлял свои суда царь Соломон – и всегда они возвращались с грузом золота и серебра. «Таршиш – торговец твой из множества всякого богатства серебро, железо, олово и свинец дает тебе во владение свое», – говорит библейский пророк Иезекииль, обращаясь к финикийскому городу Тиру. На корабль, идущий в Таршиш, садится пророк Иона. Эти суда предназначались для дальних плаваний и даже получили у финикийцев название «таршишские корабли».
Что же собой представлял Таршиш? Город, государство, область, страну? В 1840 году немецкий ученый В. Гезениу доказал, что библейский Таршиш – это легендарный Тартесс античных авторов: город, держава и река, расположенные на юге Испании. О Тартессе известно мало, в основном по скудным греческим и римским источникам, а также редким кладам и немногочисленным археологическим находкам. Дошедшие до нашего времени сведения о Тартессе отрывочны, порой фантастичны, порой реалистичны. Здесь, на далеком Западе, на краю света совершал свои подвиги непобедимый Геракл, здесь он воздвиг свои знаменитые Столпы для обозначения «пределов мира». Для греческого поэта Анакреонта Тартесс был символом богатства и изобилия, а его соплеменник поэт Стесихор утверждал, что струи одноименной реки несут настоящее серебро. Нехватка достоверных исторических сведений придала городу полулегендарный характер, а некоторые историки даже считают, что Тартесс мог быть колонией легендарной Атлантиды.