: У вас труднейшая профессия? Позвольте от души посмеяться!
Проститутка: Вон!
Клиент: И не подумаю! Я заплатил за услугу и не уйду, пока не поучу удовлетворения.
Проститутка: Простите, но у вас же не стоит?
Клиент: Поживем-увидим. Для начала прошу вас освободиться от предметов женского туалета.
Проститутка: Извольте.
Пауза
Клиент: Нет ли в вашем бюро музыки? Мы могли бы станцевать английский вальс.
Проститутка: Без одежды не танцую.
Клиент: Тогда продолжим нашу беседу.
Проститутка: Несколько странная обстановка для беседы — я обнажена, вы в костюме.
Клиент: Пустяки. Расскажите-ка о вашем детстве.
Проститутка: О детстве? Извольте. Выросла в маленьком городке. Отец работал на лесопильне, мать заведовала столовой. В семилетнем возрасте видела, как сгорел соседний дом. В огне погибли двое мальчишек — близнецы, с которыми я нередко играл в доктора. Было так занимательно заставлять их спускать штанишки и затем щупать их восхитительно незрелые половые органы. Маленькие мальчики, они же сущие дети, в то время как девочки того же возраста почти взрослые женщины.
Клиент: С чего начался этот ужасный пожар? Мальчикам, кроме игры в доктора, нравилось играть со спичками?
Проститутка: Нет, им нравилось играть с зажигалкой.
Клиент: Теперь ваша очередь задавать вопросы.
Проститутка: Как вы попали в филеры?
Клиент: Надевайте ваше тряпье!
Проститутка: Я не ваша дочь, чтобы выполнять ваши приказы.
Клиент: О времена…
Проститутка: Смехотворная история! Человеку всего лишь пятьдесят, но он затрудняется в том, с чем справляется даже более или менее бодрый восьмидесятилетний.
Клиент: Мой отец — именно такой бодрый восьмидесятилетний козел. Может, вы знакомы?
Проститутка: Может.
Клиент: Извините, но у вас манеры проститутки.
Проститутка: Но я и есть проститутка!
Клиент: Могли бы хоть стыдиться этого.
Проститутка: Почему? Учительницы и те не стыдятся того, что они учительницы.
Клиент: Вы так и собираетесь сидеть нагишом?
Проститутка: В вас говорят предрассудки прошлого. От учительницы бы вы вряд и стали требовать, чтоб она съела мел.
Клиент: Может, все-таки сыграем в бутылку?
Проститутка: Время, отведенное на прелюдию заканчивается. Если в департаменте лицензий узнают, что во время трудовой вахты я предаюсь порочным играм, у меня отберут желтый паспорт.
Клиент: Не бойтесь, мое ведомство берет вас под свою защиту.
Проститутка: А трудно стать филером?
Клиент: Хорошим — очень. Не каждому удается этого добиться.
Проститутка: За вами интересно наблюдать. Как личность, вы беспомощны, но как только вы ощущаете за спиной могущественный коллектив, тут же высоко задираете свой вялый нос.
Клиент: Коллективно стоит у нас у всех, но по отдельности случаются неудачи.
Проститутка: Расскажите теперь вы о свое несчастном детстве.
Клиент: Вырос на окраине столицы. Пацаны, игры в жуликов и ментов. Потом обчистили киоск, попались, всю компанию выкинули из школы. Пошел работать на машиностроительный завод. Хотел унести домой ленточную пилу, опять попался. Тогда меня и позвали в особый отдел. Иначе грозились отдать под суд, натравить общественного обвинителя. Так и началось.
Проститутка: Помогите мне одеться. Старая истина — пока работаешь, холода не чувствуешь, а как только засиделся — тут же и простудишься.
Клиент: Пожалуйста. Признайте, независимо от профессии я человек галантный.
Проститутка: Галантный-то галантный, но обращаетесь со мной, словно с пластиковым манекеном.
Клиент: Вам очень стыдно вот так, на моих глазах, одеваться?
Проститутка: Изрядно.
Клиент: Ваши… гости часто заставляют вас проделывать такие противоестественные операции?
Проститутка: Только самые порочные.
Клиент: Да-да, я и сам знаю, что извращенец.
Проститутка: Ох-ох, было б хоть во что одеться!
Клиент: А каково представительницам низших слоев?
Проститутка: Не говорите! У одной из моих подруг папа врач, а мама — учительница. Детство ее, разумеется, прошло в полной нищете. После школы работать на улицу ее не взяли, пришлось учиться дальше. Закончив университет, она сумела устроиться на курсы поваров, но на экзамене перепутала петрушку со спаржей и провалилась. Ей не оставалось ничего иного, как защитить кандидатскую.
Клиент: Бедняжка!
Проститутка: Только с появлением свободы слова перед ней открылись новые возможности. Речь заняла в процессе проституции свое истинное, заслуженное место. Оральные способности подруги были в достаточной мере оценены и ей удалось — уже на пороге среднего возраста, неожиданно выйти в люди.
Клиент: Главное, что в конце концов она добилась своего.
Проститутка: Знаете, лучше я снова что-нибудь сниму. Так, одетой, я стесняюсь — будто сижу перед вами нравственно голой.
Клиент: Разумеется. Я хоть и извращенец, но не настолько аморален, словно какой-нибудь адвокат. Что касается нравственных свойств, профессия филера, естественно, пестует в человеке его наилучшие качества, возводя тех, кто хранит в нагрудном кармане соответствующее удостоверение, в состав элиты народа.
Проститутка: Теперь, когда моя грудь обнажена, я чувствую себя намного увереннее.
Клиент: Да, а меня еще немало радует взор облик вашей юбки.
Проститутка: Я так счастлива, что будущее моих детей обещает быть светлее моего. Сыну месяц назад исполнилось семь. Вообразите себе, он вошел в сборную класса по бейсболу!
Клиент: Вот что значит отменная киндерштубе.
Проститутка: Вы не поверите, но мне уже удалось научить его воровать.
Клиент: Не может быть! В семь лет воровать — вот это дар!
Проститутка: Должна сказать, я строгая мать — иной раз могу и избить сына. Ногами — иначе эту проклятую честность не вышибешь.
Клиент: Мне кажется, что я скоро получу удовлетворение.
Проститутка: Что я говорила!
Затемнение
Вторая картина
Клиент, Проститутка, Сутенер, позже Дочь
Сутенер: Что здесь происходит?
Проститутка: Ничего здесь не происходит.
Сутенер: Я вижу, что здесь ничего не происходит.
Клиент: А должно ли всегда что-нибудь происходить?
Сутенер: Должно. Почему вы одеты?
Проститутка: Я одета отнюдь не полностью.
Сутенер: Одета, может, и не полностью, но и не полностью раздета.
Клиент: Тут холодно.
Сутенер: Вранье. В моем бюро никогда не бывает холодно.
Клиент: Разденьтесь, почувствуете сами.
Сутенер: Не я заказывал себе девочку. Заказывали вы.
Клиент: Именно об этом я и хотел вам напомнить. Поскольку девочку заказывал я, а не вы, форма и внешний облик нашего взаимодействия относятся к сфере компетенции моей, а не вашей.
Сутенер: Кажется, мне придется пригласить полицию нравов.
Проститутка: Это моя вина, Петер. На все сто процентов. Исходя из человеческого сочувствия и идя навстречу просьбе посетителя, я позволила удлинить разрешенную прелюдию.
Сутенер: Кто виноват, меня не интересует. Ответственность за то, что происходит в моем бюро, несу я. Обнажите тела немедленно!
Клиент: Вы подонок!
Сутенер: С чего вы это взяли?
Клиент: Только подонки боятся отвечать за поступки других.
Сутенер: Любопытная мысль. Вы журналист?
Проститутка: Нет, он филер.
Сутенер: Туда ему и дорога.
Клиент: Вы не верите в отпущение грехов?
Сутенер: Верю, но филеров это не касается.
Клиент: Почему такая дискриминация?
Сутенер: Понятия не имею, но это так.
Клиент: Вижу, меня всеми средствами пытаются вывести из себя.
Сутенер: А то, что я с рождения вне себя, это никого не волнует!
Проститутка: Успокойся, Петер! Как только рабочий день кончится, я помогу тебе войти в себя.
Сутенер: Ты делаешь это только из корысти. Милосердная искренность тебе чужда.
Проститутка: Зато мне не чуждо искреннее милосердие.
Сутенер: Это невыносимо! Ну и женщина! Она всегда ставит мои глубокие, лично прожеванные мысли с ног на голову.
Клиент: Вы недотепа.
Сутенер: Без вас знаю.
Проститутка: Мне начинает надоедать та половинчатость. Как кинжал вытаскивают из ножен или с пылесоса снимают чехол, так и мой рабочий инструмент перед тем, как привести в действие, необходимо извлечь из оболочки.
Клиент: Как вам не стыдно?! При посторонних…
Сутенер: Я не посторонний.
Клиент: Я имел в виду не вас.
Проститутка: Мне давно стало ясно, что одежды я стыжусь больше, чем ее отсутствия.
Клиент: Петер! Вы ее плохо одеваете.
Проститутка: Прошу всех учесть, что лишь в процессе непосредственного труда моя душа освобождается от тирании тела и счастливо бродит по стране воспоминаний.
Клиент: Ребра видны! Петер! Вы ее еще и плохо кормите.
Сутенер: Вранье. Это особенность ее конституции.
Клиент: Кстати, Петер, она утверждает, что до работы в вашем бюро была химиком, кандидатом наук?
Сутенер: По внешности не скажешь, не так ли?
Проститутка: Отвратительно. Вы говорите обо мне, как о вещи.
Сутенер: Эта вещь вас возбуждает?
Клиент