ак же, когда шагнет на лавандового разбойника. Ухмыльнулся. Хотелось верить, что Тел — ар-Керрин тоже в плену иллюзий.
Собрался с силами и оглушительно свистнул. Элла испуганно повернулась в его сторону, но контроля над посохом не потеряла. Авар на всякий случай замахал руками и закричал что есть мочи: «Иди ко мне!». Но девушка его или не услышала, или не поняла. Он помялся немного и принялся искать ориентир. Цель, на которую можно равняться, чтобы разрушить морок. Вокруг не было ничего примечательного, только деревья, незаметные для Эллы из-за колдовства леса. Мужчина ухмыльнулся. Если нет маяков, надо их создать, над его вещами местная магия не властна. Запрыгнул на ветку ближайшего дерева и, скинув плащ, привязал его так, чтобы тот был хорошо виден со стороны. Спрыгнул на землю и побежал к Элле.
Искорке явно приходилось несладко. На лбу застыла морщинка, бисеринки пота выступили около виска, пальцы до белых костяшек сжали посох. Авар встал рядом, чуть левее, прикрывая ее бок и спину, и осмотрел поле боя. Монстры были еще далеко, на расстоянии пяти-шести прыжков, но нападать не спешили, ждали, пока у противника закончатся силы. Элла в совершенной растерянности пыталась сотворить что-то, но что именно, Авар не понимал. Он посмотрел в ту сторону, откуда пришел, и с удовлетворением увидел там небольшое серо-коричневое облако своего плаща.
— Иди за мной! — приказал он Элле.
Девушка вздрогнула: явно не заметила его прихода. Авар положил руку ей на плечо, обозначая свою реальность. Элла уменьшила напор, направляемый на монстров, и начала медленно отступать в сторону спутника.
— Хотела переместить его, — проговорила она, делая паузу после каждого слова, — а он разделился. Я так испугалась.
Авар ухмыльнулся и в очередной раз восхитился Тел-ар-Керрином, этим занимательным созданием богов.
— Береги силы, наш друг ждет, когда ты устанешь, — он аккуратно потянул Эллу за плечо в нужном направлении, девушка все норовила свернуть куда-то не туда.
— Поле бьет нас обоих, — тяжело выдохнула она.
— Точнее вас троих, — ухмыльнулся Авар, снова посмотрел на плащ и мысленно прикинул расстояние до него. — Только мы сейчас его покинем, а эти двое тут останутся.
Подхватил Эллу на плечо как тяжелый мешок с добром и побежал. От неожиданности ученица Кнута чуть не выронила посох и потеряла контроль над заклинанием. Тел-ар-Керрины удивленно уставились в ее сторону и ринулись в атаку. Девушке хотелось закрыть глаза от ужаса: два тяжелых сгустка тьмы с диким ревом мчались в ее сторону, время от времени визжа и фыркая. Уши снова разрезало болью, вокруг все мелькало с непривычной для бега скоростью, а ее терзали две мысли: нельзя бояться и потерять посох. Авар резко и высоко подпрыгнул, и на Эллу сверху упала пахнущая сыростью тряпка с закрепленной на ней тонкой сосновой веткой. Мужчина пробежал еще немного, а потом остановился и поставил ношу на землю.
Элла стянула с головы полотно, оказавшееся плащом рыжего собрата, бросила на землю ветку и прислушалась. Где-то вдалеке раздавался визг Тел-ар-Керринов: вероятно, они так и остались на поле. Вокруг был мрачный серый вечерний лес, а с неба моросил дождь. Пахло сырой землей. Авар стоял рядом, слабо улыбался и пытался восстановить дыхание. Видимо, марш-бросок дался ему тяжело. Элла улыбнулась, по всему выходило, несколько минут передышки у них есть.
— Скажи, Огонек, — ей отчего-то захотелось назвать спутника именно так, — а все дети Повелителя неба такие быстрые?
— Я воин, — выдохнул Авар, а затем снова тяжело вздохнул, — и я тренированный. Но это было быстро даже для меня.
— Это было даже немного страшно, — заметила Элла и накинула на Авара плащ. Он застегнул заклепку и надел капюшон. С благодарностью посмотрел на спутницу. Все-таки запомнила, что он не любит дождь.
— Пойдем, нам бы теперь здесь не заплутать. К тому же непонятно, как долго поле еще удержит монстров, — Авар вздохнул. — Еще мне очень хочется знать, у нас теперь два Тел-ар-Керрина или все-таки один…
Элла ухмыльнулась:
— Мне тоже интересно. Тут еще есть нюанс.
Авар оглянулся на спутницу и приподнял бровь, а ученица Кнута продолжила:
— Я произносила заклинание перемещения четыре раза. Если он раздваивался каждый раз, то где остальные?
Рыжий собрат задумчиво покачал головой:
— Хочется верить, что у тебя ничего толком не вышло.
— Знаешь, мне тоже, — Элла улыбнулась и взяла спутника под руку. Нахмурила брови: — Послушай, мы вроде уже проходили эту сосну!
— Похожую, — Авар кивнул. — Эту загадку я уже разгадал.
Мужчина повернул в нужном направлении, спутница последовала за ним. Где-то заухал филин.
— Скоро стемнеет, — скорее интересуясь, что делать, чем констатируя очевидное, сообщила Элла.
Авар обнял ее за плечи:
— Я вижу в темноте, если ты не устала, можем продолжить путь. Или передохнуть до рассвета, думаю, Тел-ар-Керрин еще немного погостит на поле.
— Давай передохнем, — предложила Элла. — Недолго. Если придет Тел-ар-Керрин, мы его услышим.
— Хорошо, — согласился Авар, — только надо какой-нибудь веревкой связать руки, чтобы не потеряться, или спать, держась за руки… Даже не знаю, что придумать.
— Да хоть в обнимку, — Элла ухмыльнулась, а потом хихикнула. — Рядом с великим воином ничего не страшно. Ты, кстати, что — то хотел рассказать про детей Повелителя неба.
Авар отмахнулся:
— Утром. Этот разговор для свежей головы.
Авар проснулся на рассвете. Еще не выпуская Эллу из объятий, он исхитрился выглянуть из-под ветвей сосны, под которой они устроили ночлег. Никого. Он сильнее прижался к спине девушки. Искорка пришла ночью, несмотря на выросшую по всему телу шерсть, она замерзла. Авар уткнулся носом в ее затылок и прислушался к биению сердца. Даже во сне оно часто и громко стучало. Дочь демона напоминала кролика, что жил у него в детстве: такое же теплое, нежное и пугливое создание. А попытки Эллы казаться взрослой и грозной походили на старания кролика отстоять свой загончик от сородичей и выглядели так же забавно. Прижал ее сильнее и подавил порыв погладить шею спутницы. Шерсть уже успела сойти, и ненароком напомнить Искорке поползновения Тура Авару не хотелось.
Вздохнул. Надо просыпаться, завтракать и идти дальше. Если повезет и лес будет путать и монстров тоже, день пройдет спокойно, а к ночи они выйдут к тропинке, где ожидает колдун. После встречи должно стать легче. Если, конечно, Кнут говорит правду, и им нужно кинуть клубки в кратер, чтобы Тел-ар-Керрин прыгнул за ними. Клубок есть не только у Эллы, так что колдуну придется помогать ученице, сколько бы сил у него ни осталось.
Авар не верил ни одному слову Кнута. Узор не складывался. Нет, на первый взгляд, рассказ колдуна стыковался с легендами, поведанными отцом, но в версии старика не было одного обязательного для здешних мест условия. Не было назидательного возмездия. Согласно его рассказу, какая-то кара все-таки была — если Тел-ар-Керрин не вернется в Обитель нитей через день после осеннего равноденствия, он лишится разума и начнет разрушать все вокруг без разбора, а боги вынуждены будут спуститься, чтобы он не добрался до их дома. Но кара эта была для всех, а Авар не верил, что существо, потревожившее Обитель нитей, оставят в покое так легко, наверняка для него боги припасли особенные гостинцы. А их, подарков, в рассказе Кнута не было. Либо колдун не знал чего-то, либо чего-то не договаривал. Знать бы что.
Вздохнул. Не мешало бы еще выяснить — что ждет там, на выходе из леса у колодца желаний? Выдержат ли они испытания или не получат никакой награды? А может, не выдержавших и вовсе ждет наказание? И как понять, что они пришли и настало время затребовать свое? Колодец желаний — это обычная яма с водой или что-то другое? Тряхнул головой. Разберутся. Им просто придется это сделать.
Еле нашел в себе силы оторваться от Искорки. Вылез из-под сосны, удостоверился, что его торба на месте, и достал оттуда кусок вяленого мяса. Порезал его на небольшие части, перелил воды из бездонной фляги во флягу, отданную подругой, и разбудил Эллу.
Поели торопливо, но спокойно. Лес еще не успел проснуться, вокруг стояла такая тишина, что, казалось, ее можно потрогать рукой. Даже птицы — и те отчего-то молчали. Повинуясь общему настроению, путники тоже не разговаривали, только переглядывались и улыбались друг другу. Пусть где-то недалеко бродил Тел-ар-Керрин, лес обещал непонятные испытания — все равно лучше утра не было уже давно.
Только двинулись в путь, когда услышали странные звуки. Насторожились: рычал не Тел-ар-Керрин, кто-то другой незваный пришел навестить их. Элла схватила Авара за руку и затаила дыхание.
Мужчина жадно втянул носом воздух, хмыкнул, высвободил руку и сделал пару шагов вперед. Элла осталась на месте, она лишь крепче сжала посох. Запахло чем-то приторно сладким, заросли бузины зашевелились, и оттуда вышел кмыр. Один. Сердце Эллы застыло в сжатом положении, и девушке перестало хватать воздуха. Зверь посмотрел вокруг желтыми глазами, слегка наклонил свою рогатую морду набок, когда разглядывал ученицу Кнута, а потом шагнул к Авару. Девушка наконец-то пришла в себя и, зажмурив глаза, стала шептать заклинание.
— Не надо, Элла, — остановил ее мужчина. Он стоял напротив кмыра и рассматривал его, как модница новое платье.
Зверь тоже не отставал: он наклонил свою морду ниже, видимо, рассчитывая откусить Авару голову. Элле стало не по себе. Зачем Огонек медлит? Жизнь, что ли, не дорога? Одно резкое движение рогатого, и ничего уже не поправишь!
Авар ее опасений не разделял. Он подошел к кмыру почти вплотную, протянул руку погладить его по покрытой редкой шерстью холке. Прямо как лошадь. Зверь зарычал.
Рыжий собрат руку не отнял. Не спуская с кмыра взгляда, он заговорил тоном, которым впору было сюсюкать с младенцем:
— Заблудился, приятель? Ничего, я подскажу куда идти.
Зверь моргнул и попытался схватить протянутую руку Авара. У Эллы внутри что-то ухнуло, но реакция у рыжего собрата была превосходная, руку он в обиду не дал.