вшись в ехидной улыбке, заговорил:
— Страх делает смешными даже самых могущественных из моих гостей. Я дух этого леса, меня зовут Ладр. Готов исполнить одно ваше желание. Только несложное.
Глаза Эллы сузились, и она поинтересовалась.
— Почему только одно?
Дух смерил ее презрительным взглядом:
— Потому что ты, дочь Адлары, испытания не прошла. А исполненное желание — это приз. Его надо заслужить.
— И что же я сделала не так? — Элла с сомнением посмотрела на духа. Она не ожидала подвоха, все книги говорили, что лес достаточно пройти насквозь.
Ладр сложил руки на груди и ухмыльнулся:
— Для начала ты украла проклятый листик у одного забавного старичка. А он, между прочим, свою часть соглашения выполнил, он тебя отпустил.
Авар задумчиво посмотрел на спутницу. Элла опустила голову. Даже в полутьме было видно, как сильно она расстроена. Свет жуков из голубого стал кроваво-красным, юноша задумчиво почесал подбородок и продолжил:
— Хочу предупредить тебя, дочь Адлары, что если ты до следующего новолуния не вернешь лист обратно, ты умрешь.
Ученица Кнута подняла на духа глаза:
— Не беспокойся, верну.
Ладр рассмеялся, звонко и весело. Поменял ноги местами и подмигнул:
— Я бы не был так уверен, — он покачал головой. — Листовик поел и проспит до зимы, а когда он спит, пробраться к нему невозможно. Он не какой-нибудь вшивый маг из вашего палочного братства, — тут дух покосился на посох и ухмыльнулся: — Но ты симпатична мне, и в глазах твоих вижу раскаяние, я помогу, чем могу.
Элла молчала. А жуки снова поменяли цвет свечения на желтый, и юноша неторопливо трансформировался в человека в плаще с натянутым по самый нос капюшоном.
— Рядом с листиком в твоем кармане, дочь Адлары, лежит клубок. Его ты тоже украла. Если до следующего новолуния отдашь его тому, чья нить, избавишься от проклятия Листовика. Нет — умрешь.
— Ладр, не слишком ли суровое наказание за мелкий проступок? — Авар счел своим долгом вмешаться, тем паче что почтительности к духам последнее время у него поубавилось. — Найти обладателя нити почти невозможно.
Цвет плаща человека стал оранжевым.
— Все вопросы, сын Силаты, надо задавать до того, как берешь чужое, — дух тяжело вздохнул. — Не всегда достаточно не попадаться.
Желтоглазый поморщился, ему уже успело надоесть, что почти каждый знает о нем больше, чем нужно. Элла взяла его за руку, то ли призывая не вмешиваться, то ли в поисках поддержки. Авар осторожно сжал ее ладонь.
— Ладно, дам подсказку, — смягчился Ладр. — Клубки не хранят событий, только чувства. Путешествуя по нити, смотришь на мир глазами ее обладателя. Тебе все понятно, дочь Адлары?
Элла кивнула. Дух снова изменил свою форму. На этот раз он превратился в девушку, нежное и милое создание. Она с улыбкой посмотрела на Авара.
— Ты благополучно избежал большинства провокаций. Всем бы такое чутье. Слушаю твое желание, сын Силаты. Только помни, я не всемогущ.
Желтоглазый ехидно улыбнулся. Он подозревал нечто подобное.
— Какое существенное дополнение!
Девушка нахмурила брови и надула губки. Пожала плечами. На ее щеках проступило нечто похожее на румянец.
— Могу передумать, если тебе не нравится.
— Вот уж не надо, — покачал головой Авар. — Хочу, чтобы Тел-ар-Керрин оставил нас в покое и вернулся в Обитель нитей.
— Ты сумасшедший? — удивился дух. — Я же сказал, я не всемогущ.
— Хочу, чтобы ты снял с Эллы проклятие.
— Какое из двух? — девушка ухмыльнулась.
— То, что из-за листика, — Авар поймал себя на мысли, что успел забыть — звериные изменения во внешности спутницы — это тоже проклятие.
— Не могу, — улыбнулось милое создание.
Желтоглазый разозлился: зачем тогда спрашивал, если выбора нет? Издевается Ладр, что ли?
— Тогда второе, — сыну Эскала стало интересно, чем все это закончится.
Девушка покачала головой.
— Его может снять только сама Элла.
— А что ты тогда можешь? — запальчиво кинул Авар.
Красавица мечтательно подняла глаза к темному небу.
— Я могу, например, — протянула она, — задержать Тел-ар-Керрина в моем лесу на пару дней. Больше не получится, но на пару дней, моих сил, думаю, хватит.
— Идет, — согласился Авар.
Девушка расплылась и превратилась в тучу светлячков. Снова наползла непроглядная тьма. Насекомые сделали три круга по поляне и словно растворились в воздухе, прихватив тьму с собой. Кусты исчезли, а сразу за пнем путники разглядели тропинку. Ни слова не говоря, они поднялись с насиженных мест и последовали по ней.
Элла заставила посох светиться, и Авар пропустил ее вперед. Вскоре они вышли на поляну и, разглядывая все вокруг, почти одновременно поняли, что покинули Туманный лес.
Нашли место для ночлега по другую сторону от поляны. Наскоро перекусили оставшимся сыром, Элла поделилась водой. Костер разводить не стали, ночь не обещала быть холодной. Заснули почти сразу, усталость взяла свое.
Перед рассветом Авар проснулся от холода, все-таки ночь обманула. Эллы рядом не было. Резко подскочил на ноги, испугался, не случилось ли чего, но потом сообразил, лес вокруг обыкновенный, здесь ученица Кнута может за себя постоять. Желтоглазый посмотрел на полную луну, вспомнил о сроке, отпущенном на поиск хозяина нити, и снова испугался за Искорку. Надо все-таки ее найти, чтобы не натворила дел от расстройства. Хотя переживать из-за проклятья еще рано, пока нужно предотвратить явление богов. Надо загнать Тел-ар-Керрина обратно к Тэону.
Последнее время Авар все чаще ловил себя на мысли о нереальности происходящего. Все вокруг напоминало не в меру дурной сон. По-хорошему надо было бояться всего: превращения Эллы, странных духов, Тел-ар-Керрина, пришествия богов, но все это выглядело настолько сказочным, что и страха не было, только усталость. Он казался себе полководцем, который вместо легких учений угодил вместе с вверенными ему людьми в грандиозную заваруху. Они вроде держатся, но все вокруг так плохо, что верится в происходящее с трудом.
Вздохнул. Прислушался. Где-то недалеко кто-то тихо плакал, время от времени жалобно всхлипывая. Авар накинул плащ и пошел на звук. В пятидесяти шагах на сломанном стволе березы сидела Элла и рыдала. Она растирала слезы шерстяными руками и тихонько сморкалась в носовой платок. Мужчина примостился рядом и обнял спутницу. Ученица колдуна уткнулась ему в плечо.
— Для меня одной этого слишком много…
Авар погладил девушку по голове.
— Для любого в одиночку этого много, не только для тебя, — запустил пятерню ей в прическу.
— Но ты не одна. У тебя есть я. И Кнут. Он, конечно, себе на уме, но мы в одной лодке, и ему так или иначе придется нам помогать.
Подруга подняла на него заплаканные глаза:
— Авар, ты не понимаешь, что происходит? Чтобы заманить Тел-ар-Керрина в жерло, нужен хотя бы один клубок. Кнут свой не отдаст, а тот, что у меня, жутко нужен мне самой. Я умру, если не отдам его владельцу нити к новолунию. Я не знаю, что делать…
— Зато я знаю, — сообщил сын Эскала. — Мы не будем спрашивать колдуна, хочет ли он отдать свой клубок, мы возьмем его без разрешения.
— У нас получится? — неуверенно прощебетала Элла.
— А у нас есть другой выход? — улыбнулся желтоглазый в ответ.
— Ты, верно, забыл, Васку, я всегда получаю желаемое, — Отал отсалютовал кубком и сделал несколько глотков вина. — И в этот раз сокровище от меня не уйдет.
Обед подходил к концу, слуги перестали маячить вокруг, и мужчины перешли к разговорам о делах. Терпкий запах вишни настраивал на неторопливую беседу. Горел камин, и тепло разливалось по обеденному залу, несмотря на то, что из-за дождя в замке было сыро и прохладно. Васку с сомнением посмотрел на собеседника, но тоже приподнял кубок и пригубил. Ему решительно не нравилась бравада Отала. Элла не так проста, чтобы праздновать победу заранее. Он потеребил пальцами холодную тонкую серебряную ножку кубка и аккуратно осадил господина:
— Надо действовать осторожно, Отал. Кнут — сильный колдун, и, если он не захочет отдать Эллу, мы можем потерять людей. Причем совершенно напрасно, потому что девчонка тоже может отказаться возвращаться. А про дележ сокровища я и думать боюсь.
Отал нахмурил брови:
— Я ее опекун, она сделает так, как я велю, — тут Отала осенило, он пригубил еще вина и довольно улыбнулся. — К тому же Герт сказал, что после солнцестояния Элла колдуну будет не нужна. Он приведет ее к себе в дом, только чтобы выполнить свою часть сделки с ней.
— Она тоже обладает силой, Отал, — Васку одним махом опустошил кубок, положил в рот подцепленный вилкой кусочек бекона и потянулся к бутылке, чтобы обновить вино. — К тому же я не доверяю ни Герту, ни этой служанке, как ее там. — тут мужчина наморщил лоб, — Вилии, кажется.
Господин кивнул. Не хотелось признавать, но Васку наверняка прав. Однако и он, Отал, отступать не намерен. Он хочет свою долю сокровища почившей супруги.
— Возьми больше людей и устройте засаду по всем правилам, — лицо отчима Эллы исказила ухмылка. — Неужели бывалые воины не сладят с девчонкой и стариком? Пусть даже те не совсем обыкновенные. Как бы могучи они ни были, силы их ограничены и пополняются долго. Элла неопытна, а на убийство надо решиться, так что вряд ли кто-то серьезно пострадает от ее рук. Герт на нашей стороне. По-моему, надо быть полным бездарем, чтобы провалить подобное мероприятие.
Васку покачал головой:
— Я думаю, надо действовать лаской, надо попробовать уговорить Эллу.
— Все разговоры закончились после ее отказа от предложения Тура, — отрезал господин.
— Отал, она как загнанный зверь, ей нечего терять, — Васку снова пригубил вина из кубка. — Она не вернется, если действовать слишком грубо. Страх не позволит. Я бы напомнил ей о матери, о том, что Адлара хотела видеть вас семьей. О младших братьях, которые нуждаются в заботе. Пообещал бы оградить ее от Тура и отложить брак. Только после этого стоило бы предлагать ей вернуться и спрашивать о сокровище.