сокий и ладный, он казался облаком, спустившимся с небес.
— Что застыла? Проходи, не стесняйся, — Эскал слегка подтолкнул Эллу к двери дома. — Вещей у тебя нет?
— Только торба, — дочь Тэона остановилась напротив дубовой двери, дотронулась до ручки, потянула на себя и вошла в открывшееся пространство.
Эскал за ней не последовал. Остался снаружи. Уже через порог протянул ей свиток, скрепленный знаком стража Обители нитей. Протянул той самой рукой, с браслетом.
— Держи, это письмо Тэона.
Элла не слышала его. Она смотрела на зеленый ремешок и старалась унять дрожь. Она вцепилась в посох обеими руками и обратилась к богам с одной лишь просьбой — помочь удержать себя в руках. В глазах потемнело и стало нечем дышать. Заболели пальцы рук. Внезапно она услышала голос Эскала, тихий, будто издалека, но уверенный и внятный. «Все хорошо, девочка. Все хорошо», — успокаивал он.
Очнулась в комнате, светлой и просторной, сидя на необъятных размеров кровати. Около большого окна лежала торба, на нее облокотился посох. В руках держала письмо. Хвала богам! Браслета в руках не было. Не было его и в кармане платья. Элла вздохнула с облегчением. Распечатала послание отца. Почерк у демона был необычный, буквы казались квадратными, а завитушки и вовсе возникали из ниоткуда и уходили в никуда. Тэон писал:
«Дорогая Элла,
надеюсь, Кнут пригодился тебе у кратера Горла богов. Я не сразу, но понял — изумрудный клубок оказался у тебя случайно и ты не готова к встрече с Тел-ар-Керрином. Тебе требовались умелый помощник и жертва, за которой Тель мог бы прыгнуть в жерло. В остальном я положился на твою сообразительность. Пообещал Тайре забвение, если она выведет колдуна из Мира мертвых, глупышка так измучена пребыванием здесь, что даже и не задумалась, могу ли я выполнить обещанное. Она наверняка сердится на меня, но это все ерунда по сравнению с тем, что с тобой все в порядке.
Так или иначе, я рад, что смог тебе помочь. Все вернулось на круги своя: Тел-ар-Керрин снова в своей клетке, Кнут гостит у огненной бездны. Он умудрился спрятать клубок и никак не умрет, но мой брат Таола считает — это временно, скоро колдун сам вернет свою нить, чтобы, наконец, сдохнуть. Что ни говори, а мертвые не так чувствительны к боли.
Девочка моя, как хорошо, что я узнал о тебе!
У существ, подобных нам с твоей матерью, редко случаются дети. Большое счастье и удача, что у меня есть ты. Ты получилась у нас если не в бескрайней любви, то в безудержной страсти совершенно точно. Я знаю, тебя ждет счастливая судьба.
Не нашел твоего клубка в Обители, из чего могу смело заключить — ты такая же, как мы с Адларой. Значит, не будет издевкой пригласить тебя захаживать в гости хотя бы раз в сто лет. И мне приятно, и тебе полезно. Поболтаем, покормим Тел-ар-Керрина, погадаем, где чья нить в полотне. Будет желание — познакомлю тебя с другими стражами. Ты в любой момент можешь связаться со мной, Эскал объяснит как. Помни, ты всегда можешь рассчитывать на мою помощь.
Учись не давать себе воли. Многие подвластные тебе силы никому больше не подчиняются и могут натворить много бед. Старайся не ссориться с богами, они могущественны и не знают милосердия. Береги тех смертных, что рядом с тобой, не трать их время попусту. Их жизнь слишком коротка. Но и себя не давай в обиду, ты у себя одна и другой никогда не будет. Помни, у тебя длинная, но тоже единственная жизнь.
Эскал поможет тебе освоиться с Искусством, но учиться ладить с перепавшими по наследству от меня и матери силами тебе придется самой. Здесь он бессилен. Не ленись. Лень ведет к скуке. А когда вечность у твоих ног, скука губительна.
Всегда помни, что у тебя есть семья. Я.
С любовью, папа.
Чуть не забыл: кристалл, что давал тебе, лучше вернуть в Мир Мертвых. Тебе он уже без надобности, а само его существование может сказаться на равновесии мироздания. Создавал его из того, что было под рукой, и не все нужно давать смертным. Эскал знает, как это сделать».
Элла отложила письмо отца и глубоко вдохнула. Значит, она тоже вечная. Как там говорилось в книгах? Бессмертные наделены божественной сущностью и не могут умереть, первородные были свидетелями создания мира и могущественны настолько, что их почти нельзя убить, а вечные живут ровно до того момента, пока кто-нибудь не уничтожит их. Усмехнулась. Пора составлять план на ближайшую тысячу лет, но для начала надо осмотреть перепавшее жилище.
Здесь, на втором этаже, располагались две светлые комнаты: одна с большой кроватью и шкафом, другая с письменным столом, креслом и пустым стеллажом. Огромные, в человеческий рост, окна выходили на маленькое озеро, с плавающими в нем яркооранжевыми птицами. Дочь Тэона полюбовалась на пернатых немного и спустилась вниз.
На первом этаже все было скромнее. Потолки пониже, окна поменьше. Зато там стояли три кресла и чайный столик. От общего пространства отделилась маленькая комнатушка с очагом. Из открытых окон настойчиво пахло шиповником. Элла улыбнулась. Приятно, когда хотят порадовать, цветущий в середине осени кустарник — явно сюрприз мага.
Вернулась наверх. Вынула из торбы книгу и запасное платье. Убрала в шкаф. В самом углу кабинета нашла разобранный мольберт и краски. Снова улыбнулась: здесь ждали именно ее. Устроилась в кресле напротив стеллажа, откинула голову на спинку и прикрыла глаза.
Какое счастье, что наконец-то не нужно никуда бежать! Никто не преследует, никто не хочет убить или наложить заклятье. Хорошо! Не хватает только чашки теплого ароматного ягодного киселя и Авара для компании.
В дверь внизу постучали. Элла лениво выбралась из кресла и спустилась открыть. Авар подхватил ее в объятья сразу, как увидел.
— Пойдем ужинать. Родители ждут. Мама, самый суровый землевладелец территорий детей Повелителя неба, хочет познакомиться с моей возлюбленной.
Элла нахмурилась. Авар добродушно рассмеялся и поцеловал ее.
— Я сказал родителям о нас. Не то чтобы они в восторге, но своего я добился. Если ты захочешь, мы можем пожениться, помолвку расторгнут, никто противиться не станет.
— Я подумаю, — улыбнулась Элла и посмотрела Авару в глаза. — Мне кажется, тебе надо убедиться, что жениться на мне — это правильно.
— Мне все равно, правильно это или нет. Я вижу свое завтра только с тобой. Пойдем. Отец не любит опозданий.
Желтоглазый взял подругу за руку и потянул за собой. Элла осталась на месте.
— Я хотела спросить, твой отец ничего не говорил про браслет?
Авар опять рассмеялся.
— Он сказал, что если метания такой силы были из-за меня, то я в надежных руках. Сказал, что кожей чувствовал твои попытки сдержаться.
— Но…
— Ты его не взяла, если тебя это интересует. Зеленый предмет остался у хозяина, — сын Эскала ухмыльнулся. — Ты лишилась чувств.
— Я не напугала учителя?
Авар шумно вздохнул.
— Мне это надоело. Я жутко голоден, я не хочу опаздывать, а ты постоянно задаешь вопросы и никуда не идешь, — он подхватил Эллу на руки и потащил прочь из дома. — Для вопросов будет и вечер, и ночь, и утро. Подозреваю, я буду частым гостем в твоем доме, хочу все-таки убедить тебя выйти замуж. Я как-то не привык, чтобы мне отказывали. Буду брать измором.
Элла захихикала и, чмокнув в шею, прижалась к его груди.
— Договорились.
Авар сильнее сжал возлюбленную в руках. Теплая и нежная, она казалась самым дорогим подарком судьбы. Достойной наградой за все испытания.
Дул легкий прохладный ветерок, пахло осенней листвой. Впереди маячили белоснежные стены родительского замка.
Эпилог
Элла как раз добавила пару капель лавандового масла в зелье, когда в комнату вихрем ворвался Авар. К запаху лаванды примешался едва заметный оттенок корицы. Девушка не испугалась, за полгода ученичества у Эскала она твердо усвоила — во владения учителя бесцеремонно вторгается только его сын. Все прочие, включая супругу наставника, стучатся и терпеливо ждут, пока их пригласят.
Влюбленные не виделись три дня, желтоглазый сопровождал мать в поездке к союзникам, и Элла обрадовалась его возвращению: книги, заклинания и зелья развлекали до поры, но вечерами Авара не хватало. Эскал ушел еще до того, как ученица поставила варево на огонь, но Элла жестом остановила Авара, пытавшегося обнять ее. Мысленно допела отмеряющую время песенку, сняла колбу с кипящей жидкостью с огня и аккуратно поставила на стол. Улыбнулась и нырнула в любимые объятья.
Слова потребовались не сразу. Лишь когда стало понятно, что заходить дальше здесь просто неприлично, Авар вкрадчиво поинтересовался:
— Что делаешь на этот раз? Эликсир вечной молодости?
— Что-то в этом роде, — Элла довольно улыбнулась, поцеловала его и потянулась за томом в дорого инкрустированной кожаной обложке, что мирно покоился рядом с варевом. Полистала и ткнула пальцем посередине страницы: — Я тут покопалась немного в библиотеке твоей матери и вот что нашла там. Старый рецепт борьбы с вашей хворью, но по описаниям похоже, что он помогал. Некоторые ингредиенты непонятны, но Эскал обещал выяснить, что это такое.
Авар нахмурил брови, он отлично помнил эту книгу — переходящая из поколения в поколение семейная реликвия, в нее и не заглядывал никто толком.
— Как тебе пришла мысль искать лекарство в наставлениях молодой жене?
Девушка хихикнула и пожала плечами:
— Я не искала. Точнее, я предположила, что природа болезни с магией не связана и решила смотреть там, где нет упоминаний об Искусстве. Совершила набег на замковую библиотеку и случайно наткнулась на эту книжку. Мне стало интересно, я полистала и нашла вовсе не то, что ожидала.
— Золотая чешуя… Ты читала ее? Зачем? — рыжий собрат наклонил голову набок и внимательно посмотрел на возлюбленную.
Элла опустила глаза:
— Хотелось узнать кое-что, — замялась на мгновение. Покраснела.
Возлюбленный продолжил пристально рассматривать ее. Тут его осенило. Он улыбнулся и спросил: