Нас же, как черти драли. Понимание того, что Самойлов рядом, смотрит, и ему нельзя, заводило нас ещё больше. Признаться, мы специально его дразнили... Но ему об этом не известно...
– Хорошо.
– Конечно-конечно.
Мы, искренне уверяя брюнета, строили самые честные и наивные лица на земле, но он не повёлся...
– Блядь, врёте же. Я предупредил, - бросил недовольный Самойлов и двинулся ко входу.
– Ну, что Катюш, будем паиньками? - лукаво спросил Малиновский.
– Постараемся, - в тон ему, хихикнула в ответ.
В клубе нас уже ждали друзья парней, пришлось сдвинуть несколько столов, для такой большой компании. Все гудели, общались и были на веселе. Вначале ребята шушукались по поводу наших отношений с Малиновским. Я ведь встречалась с Антоном, да и все думали, что мы двоюродные брат и сестра. Но постепенно народ узнал правду и свыкся с нашей парой, в общем, перестали шептаться и приняли факт наших отношений. Неудобную тему о моем бывшем, больше не поднимали, как и то, что из-за Самойлова, Лизу больше никто в эту компанию не приглашал. После их расставания ее сделали персоной нон грата.
Громкая музыка, дым кальянов и весёлый смех, все это создавало особую атмосферу, в которой хотелось отрываться по полной. К Глебу сразу приклеилась какая-то блондинистая мадам, которую я видела впервые. Самое отвратное то, что он охотно с ней общался, бросая на меня взгляды из серии: "Ревнуешь?".
Мы сидели напротив друг друга, поэтому обзор на ее интимные нашептывания в его ухо, глупые ужимки и смешки, был великолепный. Сам напросился, мстительно подумала я и повернулась к блондину.
– Горя-я-я, - протянула ему на ухо, заставляя отвлечься от беседы с рыжим парнем и замереть с бокалом в руке.
– М-м-м? - удивлённо посмотрел он на меня, моя рука уже расположилась на его ширинке.
– Давай поиграем? Он смотрит? - с придыханием прошептала, лизнув мочку Егора и целуя его шею.
– Да-а-а, - коварно отозвался Малиновский, сразу включаясь в игру. Поставил стакан и нырнул рукой под моё коротенькое платье, лаская кожу и пуская приятные волны по телу, - Ещё немного и пар из ноздрей пойдет, - хмыкнул он, поворачиваясь ко мне и развязно целуя в губы. Провела руками по торсу мужчины, зарылась пальцами в его волосы и, немного прогибаясь в спине, просто транслировала волны неподдельного, между прочим, возбуждения. Простонала в рот блондину, когда он коснулся моих трусиков, захватил своими губами мою нижнюю и стал посасывать. Я воспламенилась, как тлеющий уголёк, на который плеснули керосином. Это было так неприлично, так пошло, и мы творили это все на людях. Окружающим, в большинстве своём, было плевать, мы пара, ничего необычного, но темные глаза брюнета просто прожигали нас. Мы чувствовали его возбуждение на расстоянии, его ярость и желание присоединиться.
– Если мы продолжим в том же духе, то я возьму тебя прямо здесь, - предостерёг меня Малиновский, убирая руку и отстраняясь. Волосы растрепанные, глаза горят, в штанах у него огромный бугор, возбудила я его знатно. Теперь этого и не скрыть.
– Я сама сейчас тебя изнасилую, - хмыкнула в ответ, - Пойду освежусь, - поднялась со своего места и отправилась в туалет. Мне необходима передышка, иначе я взорувсь. Между ног мокро, пульс в ушах стучит набатом, поиграли, блин.
Я покинула основной зал и свернула в узенький, плохо освещенный коридор, ведущий к туалетам. Но до уборной я так и не дошла. Знакомые сильные руки схватили за талию и утащили с траектории моего движения. Разъярённый Самойлов поднял меня над полом, и быстро направился прочь из нужного мне коридора. Я взвизгнула и испуганно спросила:
– Мы куда? Вдруг кто-то увидит?
– Поздно, - рыкнул Глеб, - Добилась чего хотела? Я же предупреждал..., - с этими словами, он запихнул меня в комнату для приватов и закрыл дверь на замок.
– А как же Егор? - тоненько пискнула, наблюдая за тем, как слетевший с катушек Глеб, глубоко дышал. От него исходили волны желания, секса и... опасности. Мой возбужденный самец…
– А он подождёт, - снова рыкнул Самойлов и, схватив меня за шею, припечатал к стене, впиваясь в губы жадным поцелуем...
Я с головой тонула в его страсти... Сильные руки властно, на грани боли сжимали мою шею. Губы яростно и требовательно атаковали мой рот, выбивая весь воздух из лёгких, снося все мысли лавиной какого-то животного, первобытного возбуждения... Внизу живота всё горело и изнывало от желания. Я безумно хотела этого мужчину, без нежности и ласки. Так, как умел только Самойлов.
Маленькая, душная комната, словно, стала ещё меньше, Глеб заполнил собой все пространство вокруг. Его горячий язык, рука, что слегка придушивала меня, он весь такой властный, напористый. От наших стонов, и его возбужденного члена, которым он в нетерпении тёрся о моё бедро, свело все мышцы, между ног стало влажно и горячо... Трусики мешали и раздражали, всё зудело от желания сбросить их, встать на четвереньки и молить, чтобы Глеб взял меня, намотав волосы на свой кулак, ритмично, дико, заставляя выкрикивать его имя...
– Сучка, - выдохнул он рвано. Отстранился и, отпуская меня, нервно и нетерпеливо задрал подол платья. Он, как с ума сошел, что-то шептал, ругался матом, развратно целовал меня, покусывая мои губы. Звук расстегиваемой ширинки добил меня окончательно. Тело трясло от возбуждения, пальцы не слушались, как и ноги, я просто прислонилась к стене, не в силах что-либо говорить или делать. Здесь и сейчас, я хотела лишь одного, чтобы он выпустил своего демона наружу, чтобы делал со мной то, что ему хочется...
И он сделал, углубив поцелуй и наплевав на прелюдию, Самойлов приподнял меня за талию. Отодвинул мокрые трусики в сторону и резко, полностью вошёл в меня. Я обнимала его торс ногами и, как ненормальная покрывала мужское лицо и шею влажными, неприличными поцелуями, больше похожими на засосы. С упоением вдыхала его умопомрачительный запах и наслаждалась им. Брюнет протяжно застонал, а я вскрикнула от неожиданности. Его толстый член легко заполнил меня и начал растягивать под свои размеры. Всё внутри сжималось и сокращалось, я могла лишь, закусив губу, сдерживать полустоны.
Самойлов качнул бедрами, словно пробуя меня на вкус, а затем, впившись пальцами в мою кожу, со звериным рыком начал агрессивно и беспощадно трахать меня. Каждый выпад, как толчок к бездне, жёсткий, резкий, до упора. Он вколачивался на бешеной скорости, срывая свою злость. До боли сжимал нежную кожу ягодиц, доказывая, что я принадлежу ему.
– Этого ты хотела? - сквозь сцепленные зубы, рокотал на ухо Глеб. Он не остановился и на долю секунды, грубо трахал меня, брал свое так, что сознание мутилось, - Этого добивались, маленькая сучка?
– Да... Да... Да..., - как в бреду, скулила и всхлипывала. Сквозь шлепки наших тел, сквозь хлюпающие звуки моего желания, я совсем не слышала звуки клубного веселья. Это было что-то неописуемое. Только мы, только вдвоём.
– Ты кончишь со мной, - припечатал Самойлов, выходя из меня и молниеносно опуская на ноги. Перед глазами всё смазалось, и вот, я уже стою лицом к стене, упираясь в нее руками. Глеб шлёпнул меня по попке, потом резко вставил в меня два пальца и повернул их. Коленки затряслись, я прогнулась в спине, шире расставляя ноги, и принялась сама насаживаться на его руку. Внутри всё скрутилось в тугую спираль, в ожидании разрядки. Но брюнет сделал лишь пару выпадов, и заменил свои наглые пальцы, горячим и все ещё влажным членом.
– А-а-ах, - простонала, хватаясь за стену.
Откинула голову назад, так он входил еще глубже, под другим углом. В глазах зарябило. Самойлов, будто подсмотрел мои мысли, схватил за шею и стал наращивать темп. Он двигался во мне, как заведенный, надавливал и массировал мой клитор, шлепал по нему... Боже... Меня унесло в открытый космос. Я содрогалась в его руках, так много всего для меня одной. Трахающий мою узкую дырочку член, пальцы, терзающие мою набухшую горошину, и рука, властно и крепко сжимавшая мою шею. Меня имели, как кошку, которую в подворотне поймал здоровенный котяра и, взяв за холку, трахал ее истекающую и податливую дырочку...
– Да... Так... Кончай, сучка, - приказывал брюнет, убирая руки и хватая меня за талию. Его толчки стали чаще и мощнее, меня просто безжалостно насаживали на член. Я потерялась во времени и пространстве, сквозь пелену страсти чувствовала, как достигает пика Самойлов, как рычит обильно кончая, как рвано двигается, замедляясь, - Бля, Катюха, ты лучшая, - выдохнул Глеб, выходя из меня и поправляя мне трусики.
– Ты ненормальный, - пораженно прошептала. Мне требовалось присесть, а лучше прилечь. Голова кружилась, конечности не слушались.
– Сама напросилась, - без капли сожаления и жалости, хмыкнул брюнет, - Давай, сначала я вернусь в зал, а потом ты, - застёгивая брюки и мимолётно целуя меня в губы, отдавал распоряжения мужчина. Открыл дверь и выглянул в коридор. Потом развязно подмигнул мне и с довольным, как у сытого кота лицом покинул комнату.
– Пипец, - выдала в пустоту.
Теперь стало стыдно и неловко перед Егором. Рассказать ему? Но как? Вдруг он обидится… Переспать и с ним, отдельно? Так мы перейдем на секс по отдельности. Кошмар... Меня съедало чувство вины и тревоги. Самойлов так быстро слинял, что мы не успели обсудить этот момент. Как дальше-то действовать!?
Глава 14
Я вкладываю душу в каждую строку,
За разом раз исписывая листья.
Да, может оправдать надежд я ваших не могу,
Но поступаю так, как шепчет моё сердце...
Ваша, Харли Напьер❤️
Я все же заглянула в дамскую комнату и привела себя в порядок, насколько это было возможно. В зал возвращалась на негнущихся ногах. Меня до сих пор немного потряхивало от пережитых эмоций, до конца не могла взять себя в руки. Мне катастрофически срочно требовалось рассказать всё Малиновскому. Чтобы не отдалиться с ним из-за общих с Самойловым секретов, или не испортить, чего доброго, наши отношения.