Аврора взяла Баттисту на руки.
— Ты можешь разогреть его утреннюю овсянку в микроволновке?
Я встал и взял одну из банок с едой, помеченную как «завтрак», затем поставил ее в микроволновку.
Аврора встала.
— Ты можешь покормить его, чтобы я могла быстро принять душ?
Она выжидающе подняла брови. Мне действительно не хотелось оставаться с ребенком наедине, не говоря уже о том, чтобы кормить его, но я опустился на стул и позволил Авроре посадить его мне на колени. Баттиста пытался прижаться к Авроре, очевидно, не желая, чтобы мы оставались одни, ровно как и я. В конце концов ей удалось его отпустить.
— Ты справишься.
Мы с Баттистой оба смотрели, как Аврора исчезла в ванной.
Вздохнув, я взял ложку и погрузил ее в еду. Баттиста позволил мне покормить его, хотя его взгляд то и дело устремлялся на дверь ванной, ожидая возвращения Авроры.
— Я тоже жду ее, приятель, — пробормотал я.
Аврора
На следующий день, убедив родителей в необходимости моего скорейшего переезда, я позвонила Карлотте, чтобы сказать ей, что перееду в нашу квартиру сегодня, а не через две недели, как планировалось изначально. Она сразу же заподозрила неладное, желая знать причину этому, и не сделал ли что-нибудь Невио. Я солгала, что просто больше не могу выносить его несносное присутствие на гонках, и спросила ее, может ли она тоже переехать пораньше. Диего запретил ей переезжать в квартиру одной, даже на несколько недель.
Когда мы с Невио прибыли в Лас-Вегас во второй половине дня, я снова предупредила его:
— Тебе нужно провести с ним день, пока ситуация не прояснится. Я позвоню тебе, когда ты сможешь привести его ко мне сегодня вечером.
Невио уставился на мальчика с огромными глазами, который тряс погремушкой и быстро сосал свою новую пустышку. Я сомневалась, что у него когда-либо раньше была погремушка, учитывая, насколько загипнотизированным он был.
— И что прикажешь мне с ним делать?
— Я не знаю. Отведи его в парк и погуляй с ним в коляске. Я приготовила для тебя порции его молока и положила в сумку для кормления столько детского питания в бутылочках, что его хватит на неделю.
— Я не смогу заботиться о нем больше нескольких часов, Рори, поверь мне.
Я стиснула зубы.
— Ты говорил это раньше, и я постараюсь избавиться от всех, кроме Лотты, как можно скорее, но до тех пор ты несешь ответственность за своего сына. Мои родители все равно что-то подозревают. Они, наверное, думают, что у меня скоро случится нервный срыв.
Если дела и дальше будут развиваться таким образом, возможно, это действительно произойдет.
Он медленно кивнул, но я могла сказать, что ему это не понравилось. Он мог с этим смириться. Я выпрыгнула из машины и направилась к охраняемым воротам особняка моей семьи. Они открылись, когда я подошла к ним, и Невио тронулся с места, когда передо мной появился папа.
— Что это значит? — спросил папа, глядя вслед уезжающему Невио.
Я пожала плечами.
— Я думаю, он хочет вернуться на гонку. Или, может быть, он в настроении кого-нибудь убить. С Невио никогда не знаешь наверняка.
Папа прищурился, глядя на меня.
— Что происходит, Аврора?
Я вздохнула, выигрывая время, чтобы придумать ответ.
— Когда я помогала в наркологическом диспансере, мне вспомнился Невио. Он пристрастился не к наркотикам, а к острым ощущениям от убийства, и я подумала, что могла бы помочь ему в этом. Но он неизлечим, и меня просто тошнит от его выходок. Я хочу помогать людям, которые действительно хотят и нуждаются в моей помощи.
Папа кивнул, но его подозрения остались.
— Я мог бы сказать тебе это раньше. Характер Невио постоянен и, вероятно, однажды сделает его Капо, внушающим страх. Если ему иногда удастся держать себя в руках, может быть, он даже станет уважаемым человеком. Но тебе нужно заботиться о себе, а не о нем. Мы с твоей мамой беспокоимся. Менять планы в срочном порядке — не в твоем стиле, Аврора.
— Я чувствую, что моя жизнь находится в невесомости. До сих пор каждый шаг вперед для меня был ясен, но теперь, когда я закончила школу, появилась неопределенность. Мне трудно, потому что я хочу знать, что ждет меня впереди, но я не знаю. — Это даже не было ложью. Казалось, еще ничего не решено. Я не была уверена, чем займусь в будущем, но в то же время мои возможности были ограничены как у дочери высокопоставленного мафиози.
Папа кивнул, затем приподнял бровь.
— Мы могли бы устроить свадьбу, тогда в одном можно было бы быть уверенным.
Я могла сказать, что он говорил несерьезно.
— Тебе было бы труднее отдать мою руку, чем мне вступить в брак.
Он усмехнулся.
— Верно, и я не знаю ни одного мужчину, который был бы достоин тебя.
Я улыбнулась.
— Полагаю, он должен быть высокопоставленным членом Каморры.
Папа покачал головой.
— Он должен быть хорошим человеком, готовым обращаться с тобой как с королевой.
— Что означает, что я никогда не выйду замуж, — пробормотала я. Хотя Невио подходил под последнее как будущий Капо, он определенно не был хорошим человеком, даже по стандартам моего отца, и он был очень далек от того, чтобы относиться ко мне как к королеве.
Папа обнял меня за плечи и повел к нашему дому. Мама уже ждала нас в дверях.
— Твоя мама снова хочет поговорить с тобой о твоем переезде.
После первоначальной попытки уговорить меня пожить у них еще несколько недель, я уговорила их согласиться на то, чтобы я переехала сегодня. В основном потому, что я притворилась, что у Карлотты было бы разбито сердце, если бы я бросила ее сейчас.
Мне оставалось только упаковать свою одежду и средства по уходу, так как квартира уже была оборудована всем остальным, что могло нам понадобиться. Папа ввел код безопасности в лифте, и он начал подниматься на этаж, где находилась наша с Карлоттой квартира. На этаже была еще одна квартира, но она была пуста. У меня было ощущение, что это не было совпадением, потому что квартиры на всех остальных этажах были заняты. Было трудно жить нормально, если твой отец был Головорезом Каморры.
Диего и Карлотта уже были там, когда мы приехали. Я обняла Карлотту, взволнованная возможностью разделить с ней это место, но беспокойство из-за необходимости заботиться о Баттисте приглушило мое волнение. Карлотта еще даже не знала, и я могла только догадываться, как она отреагирует. Она внимательно посмотрела на меня, ее глаза сузились.
— Все в порядке? — прошептала она.
— Позже, — одними губами ответила я. Я не хотела, чтобы папа подумал, что мое беспокойство связано с тем, что я живу одна. Он бы без колебаний воспользовался этим и настоял, чтобы я жила дома.
Папа и Диего обошли каждую комнату квартиры — две спальни, общую ванную комнату и гостиную с открытой кухней, — чтобы еще раз проверить ее на предмет каких-либо проблем с безопасностью. За несколько недель до этого они уже проверили каждый дюйм всего комплекса. Охранникам, вероятно, уже надоела папина критика и предложения по улучшению.
Мама пошла со мной в мою комнату. Она помогла мне застелить простыни и повесить несколько фотографий нашей семьи, Карлотты и меня. Как только все было на своих местах, за исключением моей одежды, которую я хотела разложить по шкафам позже, мама вздохнула.
— Вау, это действительно задело меня сильнее, чем я думала. — В ее глазах заблестели слезы.
Я подошла к ней и обняла ее.
— Я всего в десяти минутах езды на машине, и у тебя все еще есть Давиде.
Мама кивнула, но я могла сказать, что на самом деле это ее не утешило. Мне тоже было немного грустно, но я также хотела жить отдельно вместе с Карлоттой. Я хотела сама отвечать за приготовление пищи, за работу по дому… А теперь еще и за ребенка.
Вошел папа. Он обнял маму, и она прижалась к нему.
— Она в безопасности, Леона.
— Сомневаюсь, что мама плачет из-за соображений безопасности, — сказала я со смехом.
Мама тоже засмеялась, но как-то сдавленно. Папа нахмурился, и она легонько шлепнула его по руке.
— Я в порядке. Прочитай ей лекцию, которую ты наверняка имеешь в запасе.
— Здание тщательно охраняется, Аврора. Никому не сообщай коды безопасности.
Вот почему Невио придется тайком пронести Баттисту в квартиру и оставить бедного ребенка внутри до тех пор, пока мы с ним не придумаем план, как заводить его в квартиру и выводить оттуда так, чтобы это оставалось незамеченным. Или пока мы не найдем объяснение, почему ко мне приходит ребенок, или, что будет лучшим решением, пока Невио не расскажет своим родителям, и они не найдут лучшее решение для мальчика. Ему нужен дом, семья, и это могли дать только Фальконе.
— Я знаю, папа. Я знаю, где находятся все аварийные кнопки в этом здании. Я знаю имена и лица всех охранников на территории… — я замолчала, увидев выражение папиного лица. — Со мной все будет в порядке.
Пятнадцать минут спустя нам с Карлоттой наконец удалось выпроводить ее брата и моих родителей из квартиры. Как только дверь закрылась, Карлотта вздохнула, улыбнулась и бросилась к дивану, где разлеглась на нем, широко раскинув руки.
— Свобода!
Я ухмыльнулась.
— Не совсем, но лучше, чем ничего. — Я быстро сообщила Невио, что путь свободен. Как сыну Капо, никакая охрана не помешала бы ему войти в помещение. Мне просто интересно, как он затащит Баттисту в квартиру.
Я опустилась рядом с Карлоттой, пытаясь придумать самый мягкий способ сообщить ей новость о нашем новом госте.
— Ты пригласишь Массимо к себе теперь, когда твой брат больше не дышит тебе в затылок? — спросила я вместо этого.
Карлотта поджала губы.
— Мы просто друзья.
Я с сомнением посмотрела на нее.
Она пожала плечами.
— Зачем ему приходить одному? Может быть, эта троица придет на вечер кино или около того, но ты вообще хочешь, чтобы Невио был рядом? Я думала, ты пытаешься установить некоторую дистанцию между вами.
Теперь, когда я согласилась позаботиться о его сыне, это сработает просто великолепно. Почему я была такой слабачкой к людям, которые нуждались в помощи?