– Если бы королевский двор беспокоился о нас, он бы обеспечил охрану школы. Но этого никто не сделал, – заметила я. – Альва по крайней мере защищает своих людей. – Я зажала рот ладонью и села. – Ты прав. Должно быть, мне стоит быть поосторожнее с розовым фруктовым пуншем.
– Из-за роз здесь прямо дышать нельзя, – поморщился Джекс. – Может, выйдем наружу, на свежий воздух?
Я помотала головой:
– Не могу. Принцесса Роза может быть здесь с минуты на минуту.
Джекс вздохнул:
– Послушай, воришка, нам нужна твоя помощь. Шпион уже добрался до огров и сорвал мирные переговоры. А что он сдаст Альве в следующий раз? Если Альву и дальше будут снабжать информацией, она скоро узнает, что СИТИ находится под защитой Румпеля, и тогда сможет сорвать и эту сделку тоже. Боюсь, наш запас времени уже на исходе.
– Поэтому я и здесь, – подчеркнула я. – Я пытаюсь выяснить, кто он, этот негодяй. В этом клубе постоянно обсуждают манифест Альвы. Кто-то здесь наверняка знает, кто сдаёт Альве школьные секреты. – Я снова бросила взгляд на суетящуюся Оливию. – Оливия! Роза хотела, чтобы салфетки были сложены в виде лебедей, а не розеток!
Кажется, Джексу мои слова не показались убедительными:
– Значит, ты поэтому не сказала нам про свою затею с Клубом? – Я промолчала. – Знаешь, мне не хватает моей напарницы. – Я покраснела. – Заниматься грязной работой без твоих криминальных талантов, воришка, оказалось гораздо труднее. Так почему ты всё-таки утаила от нас, что заделалась фрейлиной?
– Я... я не знаю, – выдавила я, и Джекс внимательно посмотрел на меня. – Ну хорошо, хорошо! Я ничего не сказала вам, потому что решила, что смогу вычислить предателя сама, без посторонней помощи, ясно? – Джекс состроил рожу. – А потом оказалось, что здесь не так уж ужасно, как я думала. – Лицо у меня уже горело. Подумать только, я ведь почти призналась, что ККФ мне нравится! Определённо с розовым фруктовым пуншем надо завязывать!
Джекс помолчал.
– Я не узнаю тебя, воришка. Всё это очень на тебя не похоже. Как и тот разговор, который Джослин, по её словам, подслушала вместе с Максин, когда ты общалась с Оливией.
Щёки у меня, наверное, стали совсем пунцовые. Неужели Джексу известно и об этом разговоре тоже? Я умирала от стыда – и в то же время злилась. Выходит, теперь мои друзья (некоторые из них, видимо, бывшие) сплетничают обо мне у меня за спиной?!
– Принцесса Роза лично пригласила меня, – заявила я. – И я не виновата, что больше они в этом семестре никого из новеньких не приняли. Принцесса Роза считает, что у меня есть лидерские способности. А вдруг я смогу многого достичь под её руководством? И если ей и впрямь так нравится работа моего отца, как она говорит, возможно, «Обувь Коблера» скоро будет продаваться и в других странах, – с тоской сказала я. – Моя семья заслуживает дома попросторнее, чем наш старый сапог! До сих пор меня все только ругали, что я веду себя неправильно. И что делать, если мне нравится, когда меня хвалят за правильные поступки?
Джекс положил руку мне на плечо. От меня не ускользнуло, что другие девицы поглядывают на нас.
– Воришка, пойми одно: принцесса Роза старается только для себя. Рапунцель говорила отцу, что на этой неделе Роза ни разу не появилась на переговорах с ограми. Она ссылается на то, что слишком занята в школе, но при этом все знают, что она красуется в редакции «Долго и счастливо» с безупречной причёской и распивает чаи с Малюткой Бо-Пип. Не знаю уж, какие у неё дальнейшие планы, но ты лучше подумай о себе. У тебя есть настоящие друзья, которые никогда от тебя не отвернутся. – Он чуть помолчал. – И прежняя ты тоже никогда не отвернулась бы от них.
– Доброе утро, дамы! – Принцесса Роза грациозно впорхнула в зал в ярко-розовом платье и огромной тиаре. Заметив Джекса, она чуть не споткнулась. – О, я вижу, у нас гости?
Джекс снова поклонился:
– Принцесса, для меня великая честь видеть вас. – Девицы вокруг дружно разразились хихиканьем, которое было уже не заткнуть никакими платочками. – Прошу извинить меня за вторжение. Я искал мисс Джиллиан.
Принцесса, кажется, даже покраснела:
– О, какие манеры! Дамы, этот юноша определённо знает, как вести себя в обществе. Я бы охотно рекомендовала его в наш клуб, хотя, конечно, молодых людей мы в него не принимаем.
– Отчего же, Ваше Высочество? – вежливо осведомился Джекс, но я расслышала в его голосе опасные нотки. – Молодой человек может оказаться столь же полезен принцессе, как и юная девица. А может быть, даже и более – скажем, если вы испытываете нужду в физической силе – как, например, сейчас, когда вы несёте такую большую коробку. – Он поспешил к принцессе и взял ношу из её рук.
– Никогда не думала о том, чтобы принимать в Клуб придворных-юношей, но вы, пожалуй, заставите меня пересмотреть мои взгляды, – сказала Роза, когда Джекс водрузил коробку на стол. – Благодарю вас, что вы обратили моё внимание на такое упущение, мистер...
– Джекс Портер, к вашим услугам. – Он снова поклонился под восхищённые вздохи девиц.
– Ваше лицо кажется мне знакомым, – сказала Роза, с любопытством разглядывая его.
– Едва ли это возможно, Ваше Высочество. Мой отец владеет фермой в вашем королевстве, но никто из нас никогда не имел удовольствия побывать в королевском дворце. Я слышал, что он необычайно красив. Вы ведь, наверное, только что вернулись оттуда? Насколько мне известно, на этой неделе там проходили важные переговоры.
Вот негодник!
– Ах нет, я была очень занята... Но скоро я туда непременно наведаюсь. – Роза быстро сменила тему. – Дамы, прошу вас, прежде чем вы отправитесь на встречу со своими родными, подойдите все ко мне. У меня приготовлены подарки! – Принцесса открыла коробку и достала из неё кипу ярко-розовых лент, на каждой из которых сияла каллиграфически выведенная серебристая надпись «Королевские фрейлины». – Чувствуете это розовое благоухание? Прелестный штрих, не правда ли? И, разумеется, они зачарованы, – сказала Роза. Девицы дружно зааплодировали, после чего мы все выстроились в очередь, чтобы получить свою ленту. – Не забудьте, что нижний конец перевязи должен быть слева. Именно так мы, принцессы, носим их при встрече с нашими подданными.
Джекс ненавязчиво прочистил горло:
– Прошу извинить меня, Ваше Высочество, но вы, должно быть, хотели сказать – справа? Именно так вы носили такую ленту раньше. Я имел наслаждение видеть вас, когда вы почтили вашим присутствием нашу деревню.
Принцесса нахмурилась:
– О, как глупо с моей стороны! Вы совершенно правы, мистер Джекс. Прекрасно, что вы столь внимательны. – Она снова пристально взглянула ему в лицо. – Так вы уверены, что мы раньше не встречались?
– Нет, к моему великому сожалению. Боюсь, мой отец сегодня занят работой и не сможет посетить школу, но я проведу этот день с семьями моих друзей, Олли и Максин.
– А разве они не огры? – поёжилась Оливия. – Я думала, огры сейчас перешли на сторону Альвы.
– Не все, – вежливо поправил её Джекс, а я невольно подумала о другом: оказываются, семьи моих друзей проведут этот день вместе... но никто из них не пригласил меня. Наверное, они знают, что я сказала о Максин. У меня засосало под ложечкой.
– Дамы, позвольте с вами попрощаться. – Джекс снова поклонился обществу и выскользнул за дверь.
Рейза вздохнула:
– Надеюсь, мы его ещё увидим.
– Возможно, нам стоит пригласить мистера Джекса и других достойных молодых людей на наше следующее чаепитие, – изрекла принцесса Роза. – А сейчас я должна поделиться с вами кое-какими неутешительными новостями. Мне больно сообщать вам, что принцесса Элла и другие представители королевского двора отклонили моё приглашение присоединиться к нам сегодня. – Девицы сокрушённо заахали, а принцесса Роза утёрла одинокую слезинку и с вызовом вздёрнула подбородок. – По словам Рапунцель, они считают, что посещение СИШ в эти беспокойные времена слишком рискованно, но я с ней не согласна. Именно сейчас мы все должны выступать единым фронтом. Я всё время повторяю вам, что сила – в числе. Иногда мне кажется, что Альва отчасти права: правление Чароландией действительно пора менять. – К моему удивлению, некоторые девицы вокруг согласно закивали, и я постаралась запомнить их лица. Потом можно будет проследить за ними – вдруг они заговорят с кем-нибудь подозрительным? – О, боюсь, я совсем потеряла голову, раз говорю такие вещи.
Прозвенел звонок на перемену.
– Что ж, полагаю, это всё. Прошу вас, приводите сюда свои семьи, чтобы я могла поприветствовать их. И не забывайте о реверансах!
Я вышла в коридор, надеясь увидеть Джекса и объясниться, но в заполонившей школу толпе разглядеть кого-нибудь было невозможно. Феи ехали на плечах троллей, гоблины шагали рука об руку с гномами. Все улыбались, как учила нас мадам Клео на семинаре «Очаруй мир: как развить в себе позитивную магию». Моя новая перевязь сияла так ярко, что все оборачивались и глазели на неё.
– Помогите! Помогите! Я ослеп! Эта перевязь ослепила меня! – Ко мне направлялся Олли, и я вздохнула с облегчением. Хоть он ещё со мной разговаривает. Сегодня он нарядился пиратом, и его пояс украшала пряжка в виде черепа со окрещёнными костями. Он дурашливо прикрыл глаза ладонью. – Как я могу говорить с тобой, если даже не способен взглянуть на тебя из-за этого ослепительного сияния?
Я схватилась за перевязь, чтобы снять её, но в этом не было необходимости.
– Если мы пойдём рядом и будем смотреть вперёд, нам ничто не помешает. – Рональд Гертруд, пробегая мимо, помахал мне рукой. Я не стала ему отвечать. – Ты на меня не злишься?
– Я не хочу на тебя злиться, – легко ответил Олли, пока мы шагали в сторону главного вестибюля школы, откуда доносились звуки музыки. Размахивая магическими помпонами, группа поддержки СИШ выступала с акробатическим номером, а члены Клуба коврового воздухоплавания кружили под потолком, разбрасывая конфетти, которые эльфы-уборщики безуспешно пытались сметать с такой же скоростью. Преподаватели встречали гостей, входящих через высокие парадные двери. – То, что случилось с Максин, совсем не похоже на Джилли, которую я знаю.