Мои губы раскрываются, выпуская глухой стон — в крови будто кипятком плеснуло, едва я представила. Краснею от смущения и… желания. Стыдно признаваться себе, но да, я очень этого хочу!
Алирха познать. Быть с двумя. Лисах всё равно не останется в стороне. Не выдержит долго. Присоединится к нам. Хорошо. Пусть так и будет. Я хочу узнать, как это будет!
— Ты хочешь этого, Ева? — спрашивает Алирх позади меня, сжимая властными ладонями мои ягодицы. — Мы все трое хотим.
— Да… — выдыхаю я в губы Олса.
Поцелуй Олса требовательно-нежен. Он берёт мои губы неспешно. Ласкает меня языком внутри моего рта, и я пылко отвечаю ему, подаваясь к нему ближе.
Хочу почувствовать его, твёрдого, рельефного, совершенного. Глажу по кожаной броне, нащупывая ремешки и застёжки.
— Что ты хочешь, Ева? — спрашивает Олс, опаляя дыханием мои губы.
— Потрогать тебя. Хочу.
Усмехается.
— Не так быстро, любимая, — быстрый лёгкий поцелуй в губы. — Мы же хотим показать младшему брату, как подготовить тебя.
Замираю, глядя ему в глаза.
— Любимая? — тихо спрашиваю я.
— Любимая, — уверенно кивает он и улыбается. — Едва увидел. Сразу узнал. Моя. Та, которую искал, — прикосновения его твёрдых губ к моим губам, — единственная. Жена моя. Люблю тебя.
Не даёт ответить, что тоже люблю. Обрушивается властным поцелуем на мои губы, пьёт моё дыхание, вторгается языком, заставляет хотеть намного большего.
Алирх ласкает мою спину, так, как это умеет делать он, возбуждающе задевая завязки на платье. Поднимаясь к волосам, гладит шею под ними. Потом вниз по спине. Поглаживает ягодицы. Спускается горячими ладонями на бёдра. И снова вверх, тревожа, пробуждая всё больше и больше желания.
До меня доносится ритмичная песнь барабанов. Мелодичная, умелая, с жёстким неспешным ритмом. Это именно песнь… Красиво, гулко, особый звук, ни разу такую не слышала.
Олс отпускает мои губы. Я поворачиваюсь на звук и улыбаюсь восхищённо.
Лисах, чуть поодаль от нас, взял связанные верёвкой высокие узкие барабаны. Он полностью обнажён. Сидит, скрестив ноги и распустив свои длинные чёрные волосы по широким мощным плечам.
Барабаны закрывают его пах, и Лисах бьёт по ним длинными сильным пальцами, неотрывно глядя на меня.
У меня аж дух захватывает, как он красив в этот момент. В свете огней в жаровнях в центре шатра. Они пляшут в такт возбуждающему ритму на изумрудной коже Лисаха. Подчёркивают его мощный рельеф идеального воина.
Суровые гармоничные черты его лица ещё притягательнее от шальной полуулыбки, от тёмного пристального взгляда, горящего желанием и предвкушением.
— Красиво как… — тихо говорю я.
Лисах подмигивает мне. Его пальцы хлёстко и быстро бьют по барабанам, могучие мускулы на широких плечах и предплечьях бугрятся, жилы рельефно прорисовываются в такт его движениям.
— Да, я тоже сейчас буду смотреть на красивое! — громко и низко говорит Лисах, широко улыбаясь. — Как будет хорошо моей любимой! Насмотрюсь! И присоединюсь!
Я широко улыбаюсь.
— Любимой? — уже смело спрашиваю я.
— Конечно! — довольно кивает Лисах, замедляя ритм, делая его томным, неспешным, чувственным. — Полюбил тебя, Ева. Сразу. Едва увидел. Не отвлекайся. Я тебе ещё много раз скажу!
Глава 20. Пробуждение
Я запрокидываю голову и смеюсь, счастливо, искренне. Так, как никогда не смеялась.
Всё сразу становится таким лёгким, правильным.
— Любимые мои, я вам так благодарна за эти слова, — улыбаюсь я, глядя на любующихся мною мужей. — Лисах, Олс, Алирх. Люблю вас. Люблю!
Алирх позади меня обнимает меня обеими руками, поворачивает моё лицо к себе и целует. Медленно, неспешно, пробуя меня на вкус.
— И мы тебе благодарны, — он прижимает меня к себе, давая почувствовать поясницей своё огромное каменное возбуждение. — Теперь молчи, Ева. Закрой глаза. И чувствуй.
Я улыбаюсь широко и включаюсь в эту игру. Мне самой очень интересно, как же они буду учить Лисаха со мной обращаться.
На мои глаза опускается мягкая повязка. Теперь ничего не вижу. Погружаюсь в звук барабанов и потрескивание углей в жаровнях. Вдыхаю лёгкий запах ароматного дыма, и притягательный, желанный запах моих мужей.
— Это, чтобы ты не смотрела, а больше чувствовала, — жаркий шёпот на моей шее.
Алирх собирает мои волосы обеими руками, закручивает их в жгут и легко закрепляет узлом на голове.
— Смотри, Лисах, — говорит Алирх, обжигая жарким дыханием мою открытую шею сзади. — У нашей жены очень чувствительная спина.
Я вздрагиваю от поцелуев поверх ворота платья. Олс впереди меня ласкающим движением проводит пальцами по ключицам.
— Торопиться не надо, — добавляет Олс хрипло, — дай жене прочувствовать. Пробудиться всей коже.
Он сдавливает оба полушария груди руками. У меня вырывается глухой стон.
— Вот так ей тоже нравится, погрубее, — продолжает Олс, — но силу сдерживай. Ева у нас очень нежная.
Я облизываю губы. Вздрагиваю от того, что их тут же касаются губы Олса. Быстрые сильные пальцы Алирха и Олса ловко справляются с завязками на платье. Обнажают меня мгновенно полностью.
Властные руки Алирха на моих ягодицах. На моей спине — его горячие опытные губы выводят чувственный узор.
На моей груди — твёрдые искусные губы Олса… Он играет языком с моими сосками, превращая их в тугие горошины, поочерёдно прикусывает их, втягивает ртом, мнёт полушария руками.
Ах!.. Оба мужа подхватывают меня и укладывают на мягкую постель. На всё моё тело обрушивается дождь жадных поцелуев, умелых касаний властных рук, лёгких возбуждающих укусов, прикосновений горячих языков.
Я стону, выгибаюсь всем телом. Нет ни малейшего участка моего тела — не тронутого, ни заласканного. Только мои нижние губы они оба не трогают. Хотя там уже всё давно пульсирует, горит, жаждет прикосновений, требует проникновений.
— Ах… Олс, как же ты… Алирх! Ом…
— Да, Ева, а теперь мы повернём тебя вот так. Тут ты тоже очень чувствительная.
Алирх и Олс ласкают меня, продолжая рассказывать хриплыми голосами Лисаху о том, что именно они со мной делают. Я слышу их едва сдерживаемое желание. Но они безупречно владеют собой, погружая меня всё глубже и глубже в океан наслаждения.
Мои стоны всё громче, подтверждая правильность их слов. В моей крови лава, дыхание давно потеряно, и я вся растворилась в этом чувственном урагане.
Когда напряжение становится невыносимым, Алирх целует меня, медленно овладевая моим ртом. Несмотря на повязку на глазах точно знаю, что он.
Его жаркий поцелуй становится последней каплей — я вспыхиваю ярким, томным, длинным наслаждением… Моё тело содрогается, удерживаемое Олсом. Я громко стону в губы Алирха. А ведь они даже меня между ног не трогали… Это я так от одних их поцелуев, ласк и прикосновений!..
Только сейчас я понимаю, что, обнимая Алирха, мои руки уже на его обнажённой коже… Мой муж обнажился. Я чувствую, как бугрятся под моими ладонями его могучие мускулы. Это дико возбуждает меня, учитывая, что из-за повязки на лице я до сих пор не могу видеть.
Зато я слышу медленный ритм барабанов, думаю о том, каково сейчас Лисаху. И представляю, как моё тонкое тело смотрится в руках двух огромных мощных орков, покрывающих моё тело прикосновениями, поцелуями, томительными ласками.
Именно в этот момент Олс властно раскрывает мои бёдра и обрушивается умелым поцелуем на мои нижние губы. Меня выгибает, мой крик наслаждения тонет под властными губами Алирха — он и не думает разрывать поцелуй, наоборот, целует жёсче, овладевая мною опытными губами и языком.
Теперь только звук барабанов, треск углей. Мужья больше не говорят. Целуют меня всё требовательнее, сильнее. Я снова вспыхиваю удовольствием под их губами, дрожа всем телом, чувствуя, как сразу за томительным напряжением расслабляюсь вся… становлюсь податливой глиной в их требовательных руках.
С моих глаз сдёргивают повязку. Я смотрю в торжествующе горящие глаза Алирха.
— Красавица моя. В глаза твои смотреть хочу, — хрипло говорит он и предвкушающе улыбается. — Так намного лучше. Теперь мы сделаем… кое что ещё.
Я облизываю губы, и Алирх тут же опускает на них горящий взгляд.
— Пей, любимая, — говорит рядом Олс своим возбуждающе низким, хриплым от сдерживаемого желания голосом.
Я пытаюсь взять стакан с узорчатым краем подрагивающими пальцами, но Олс подносит его к моим губам. Жадно пью из его рук восхитительно освежающий незнакомый напиток. Благодарю его, и он целует меня, медленно-медленно, выпивая мой несдержанный стон.
Олс выпускает меня из объятий, и Алирх поворачивает меня лицом к Лисаху!
Мускулистый, красивый, Лисах смотрит на нас. Бьёт по барабанам неспешно, в чувственном ритме. И смотрит на меня исподлобья горящим тёмным взглядом.
Кажется, я вспыхну новым наслаждением от одного взгляда Лисаха, как жадно, мрачно, возбуждённо он на меня смотрит. Да и от одного его вида.
— Смотри брат, теперь ещё, очень важное, — хрипло говорит Алирх. — Ева, давай покажем Лисаху, как подготовить тебя.
Алирх садится на подушки, скрестив ноги. Устраивает меня перед собой, спиной к себе. Одной рукой держит меня крепко, прижимая к себе, а другой гладит моё бедро.
Я вспыхиваю от смущения, от понимания, что сейчас будет, и точно… Алирх осторожно, но непреклонно сжимает моё колено. На другое моё колено опускается рука Олса.
Они медленно разводят мои ноги широко, показывая меня Лисаху… Мои щёки вспыхивают смущением, но я даже зажмуриться не могу. Я не в силах отвести глаз от Лисаха, от того, как пристально он смотрит на мои пульсирующие желанием нижние губы.
Я резко втягиваю воздух от того, как медленно Олс опускает пальцы на мои нижние губы. Он осторожно трогает меня, нажимает на щель, раздвигая нижние губы, погружается пальцами, распределяя мою влагу, её так много…
— Главное, Лисах, не торопиться, — продолжает рассказывать Олс. — Смотри, какая она мокрая. Очень хочет уже. Но ещё не время. Можно и нужно поласкать ещё. Ей нравится посильнее, но передавить нельзя. Смотри на её лицо. Слушай, как стонет. Её тело всё тебе расскажет.