Источник — страница 116 из 420

А ты что так завёлся?"Well, I'm not letting you.- Ну так я тебе не позволю.I'm not giving the sons of bitches that kinda treat."Не доставлю этим гадам такого удовольствия."Mike," Roark said softly, "there's nothing else for me to do."- Майк, - тихо сказал Рорк, - мне больше ничего не остаётся."Hell, yes, there is.- Чёрта с два!I told you before.Я и раньше тебе говорил.You'll be listening to reason now.А сейчас ты послушаешься умного совета.I got all the dough you need until ... "У меня хватит денег, чтобы ты..."I'll tell you what I've told Austen Heller: If you ever offer me money again, that'll be the end between us."- Я скажу тебе то, что когда-то сказал Остину Хэллеру. Если ты мне ещё раз предложишь деньги, между нами всё будет кончено."But why?"- Но почему?
"Don't argue, Mike."- Не спорь, Майк.
"But ... "-Но...
"I'm asking you to do me a bigger favor.- Я прошу тебя о более важной услуге.
I want that job.Мне нужна работа.
You don't have to feel sorry for me.И не надо меня жалеть.
I don't."Я себя не жалею.
"But ... but what'll happen to you, Red?"- Но... но что с тобой будет, рыжий?
"Where?"- Когда?
"I mean ... your future?"- Ну... в будущем.
"I'll save enough money and I'll come back.- Заработаю денег и вернусь.
Or maybe someone will send for me before then."Или кто-нибудь пришлёт за мной раньше.
Mike looked at him.Майк посмотрел на него.
He saw something in Roark's eyes which he knew Roark did not want to be there.Он увидел в глазах Рорка что-то такое, чего, как понял Майк, Рорку совсем не хотелось показывать.
"Okay, Red," said Mike softly.- Ладно, рыжий, - тихо сказал Майк.
He thought it over for a long time. He said:Он долго что-то обдумывал, а потом сказал:
"Listen, Red, I won't get you a job in town.- Слушай, рыжий. Работу в городе я тебе искать не стану.
I just can't.Не могу.
It turns my stomach to think of it.При одной мысли наизнанку выворачивает.
But I'll get you something in the same line."Но кое-что в этом духе я тебе устрою.
"All right.- Хорошо.
Anything.Всё что угодно.
It doesn't make any difference to me."Мне безразлично.
"I've worked for all of that bastard Francon's pet contractors for so long I know everybody ever worked for him.- Я так долго работал у всех любимых подрядчиков этой скотины Франкона, что знаю всех, кто там работает.
He's got a granite quarry down in Connecticut.У него есть гранитная каменоломня в Коннектикуте.
One of the foremen's a great pal of mine.Один из прорабов - мой хороший друг.
He's in town right now.Он сейчас в городе.
Ever worked in a quarry before?"Ты когда-нибудь работал на каменоломне?
"Once.- Работал.
Long ago."Очень давно.
"Think you'll like that?"- Думаешь, тебя это устроит?
"Sure."- Вполне.
"I'll go see him.- Я навещу его.
We won't be telling him who you are, just a friend of mine, that's all."Мы не скажем ему, кто ты такой. Просто друг, и всё.
"Thanks, Mike."- Спасибо, Майк.
Mike reached for his coat, and then his hands fell back, and he looked at the floor.Майк потянулся было за пальто, но опустил руки и посмотрел в пол.
"Red ... "- Рыжий...
"It will be all right, Mike."- Всё будет хорошо, Майк.
Roark walked home.Рорк пошёл домой.
It was dark and the street was deserted.На улице было темно и пустынно.
There was a strong wind.Дул сильный ветер.
He could feel the cold, whistling pressure strike his cheeks.Рорк чувствовал, как тугой, холодный, свистящий воздух бьёт его по щекам.
It was the only evidence of the flow ripping the air.Это было единственное ощутимое проявление ветра.
Nothing moved in the stone corridor about him.Ничто не шевелилось в каменном коридоре, окружавшем Рорка.
There was not a tree to stir, no curtains, no awnings; only naked masses of stone, glass, asphalt and sharp corners.Ни деревца, которое могло бы шелохнуться, ни занавесок, ни тентов - лишь голые массы камня, стекло, асфальт, острые углы.
It was strange to feel that fierce movement against his face.Было даже странно ощущать на лице яростные порывы ветра.
But in a trash basket on a corner a crumpled sheet of newspaper was rustling, beating convulsively against the wire mesh.Но в урне на углу шелестел смятый лист газеты, судорожно колотясь о проволочные прутья.
It made the wind real.И ветер перестал казаться нереальным.
In the evening, two days later, Roark left for Connecticut.Через два дня вечером Рорк уехал в Коннектикут.
From the train, he looked back once at the skyline of the city as it flashed into sight and was held for some moments beyond the windows.Из поезда он на мгновение увидел панораму города, промелькнувшую за окнами.
The twilight had washed off the details of the buildings.Детали зданий были смыты сумерками.
They rose in thin shafts of a soft, porcelain blue, a color not of real things, but of evening and distance.Дома поднимались тонкими колоннами мягкого голубого цвета. Этот цвет не был их настоящим цветом - его создавали вечернее освещение и расстояние.
They rose in bare outlines, like empty molds waiting to be filled.Дома поднимались прямыми контурами, как ещё не заполненные каркасы.
The distance had flattened the city.Расстояние сделало город плоским.
The single shafts stood immeasurably tall, out of scale to the rest of the earth.Лишь одиночные шпили небоскрёбов стояли неизмеримо высоко, вне всякого соотношения со всем окружающим.
They were of their own world, and they held up to the sky the statement of what man had conceived and made possible.Они образовывали свой собственный мир и свидетельствовали перед небом об осуществлённых замыслах человека.
They were empty molds.Они были пустыми формами.
But man had come so far; he could go farther.Но если человек оказался в силах создать их, он способен создать и неизмеримо большее.
The city on the edge of the sky held a question - and a promise.Город на фоне неба таил в себе вопрос - и надежду.
Little pinheads of light flared up about the peak of one famous tower, in the windows of the Star Roof Restaurant.На вершине одной знаменитой башни, в окнах ресторана "Звёздная крыша", мерцали крохотные точечки света.
Then the train swerved around a bend and the city vanished.Потом поезд сделал поворот, и город исчез.
That evening, in the banquet hall of the Star Roof Restaurant, a dinner was held to celebrate the admittance of Peter Keating to partnership in the firm to be known henceforward as Francon & Keating.В этот вечер в банкетном зале "Звёздной крыши" состоялся ужин в честь вступления Питера Китинга в партнёры фирмы, которая отныне должна была называться "Франкон и Китинг".
At the long table that seemed covered, not with a tablecloth, but with a sheet of light, sat Guy Francon.Г ай Франкон сидел за длинным столом, покрытым, казалось, не скатертью, а полотнищем света.
Somehow, tonight, he did not mind the streaks of silver that appeared on his temples; they sparkled crisply against the black of his hair and they gave him an air of cleanliness and elegance, like the rigid white of his shirt against his black evening clothes.Сегодня он как-то не слишком грустил по поводу серебряных прядей, появившихся у него на висках. Они ярко сверкали на фоне его чёрных волос и придавали ему чрезвычайно опрятный и элегантный вид, равно как и жёстко накрахмаленная рубашка, надетая к чёрному вечернему костюму.
In the place of honor sat Peter Keating.На почётном месте восседал Питер Китинг.
He leaned back, his shoulders straight, his hand closed about the stem of a glass.Он откинулся в кресле, расправив плечи и держа в пальцах ножку бокала.
His black curls glistened against his white forehead.На его белом лбу блестели чёрные кудри.
In that one moment of silence, the guests felt no envy, no resentment, no malice.В этот момент тишины гости не чувствовали ни зависти, ни обиды, ни злобы.
There was a grave feeling of brotherhood in the room, in the presence of the pale, handsome boy who looked solemn as at his first communion.