Источник — страница 160 из 420

"That's right.- Это верно.That's exactly right ... Look, Dominique, you've hardly touched your food."Совершенно верно... Послушай, Доминик, ты почти ни к чему не притронулась."I'm not hungry."-Я не голодна."Well, what architect would you recommend?"- Ну хорошо, а какого архитектора ты могла бы рекомендовать?"Think, Joel.- Подумай, Джоэл.Who is there, at the moment, that everybody's talking about?О ком сейчас все говорят?Who gets the pick of all commissions?Кто получает наибольшее чисто заказов?Who makes the most money for himself and his clients?Кто приносит больше всего денег себе и своим клиентам?Who's young and famous and safe and popular?"Кто молод, знаменит, надёжен и популярен?"Why, I guess ... I guess Peter Keating."-Господи, я полагаю... я полагаю, это Питер Китинг."Yes, Joel.- Да, Джоэл.Peter Keating."Питер Китинг."I'm so sorry, Mr. Roark, so terribly sorry, believe me, but after all, I'm not in business for my health ... not for my health nor for my soul ... that is, I mean, well, I'm sure you can understand my position.- Мне так жаль, мистер Рорк, чертовски жаль, поверьте, но всё же я занимаюсь бизнесом не ради своего здоровья... не ради своего здоровья и не для души... поэтому, то есть я уверен, что вы войдёте в моё положение.And it's not that I have anything against you, quite the contrary, I think you're a great architect.Дело не в том, что я имею что-то против вас, совсем наоборот, я считаю, что вы исключительный архитектор.
You see that's just the trouble, greatness is fine but it's not practical.Понимаете, в этом-то и проблема: исключительность - это великолепно, но совсем непрактично.
That's the trouble, Mr. Roark, not practical, and after all you must admit that Mr. Keating has much the better name and he's got that ... that popular touch which you haven't been able to achieve."В этом-то и вся трудность, мистер Рорк, непрактично, и, кроме того, вы должны признать, что мистер Китинг более известен и у него есть эта... доступность, которой вы не можете похвастаться.
It disturbed Mr. Sutton that Roark did not protest.Мистера Сьюттона смущало, что Рорк не пытался протестовать.
He wished Roark would try to argue; then he could bring forth the unanswerable justifications which Dominique had taught him a few hours ago.Он хотел бы, чтобы Рорк попытался спорить; вот тогда он привёл бы те непререкаемые доводы, которые усвоил от Доминик пару часов назад.
But Roark said nothing; he had merely inclined his head when he heard the decision.Но Рорк ничего не сказал, услышав его решение, только склонил голову.
Mr. Sutton wanted desperately to utter the justifications, but it seemed pointless to try to convince a man who seemed convinced.Мистер Сьюттон очень хотел изложить ему эти доводы, но казалось совершенно бесполезным пытаться убеждать человека, который выглядел уже убеждённым.
Still, Mr. Sutton loved people and did not want to hurt anyone.Но всё же мистер Сьюттон любил людей и не хотел никого оскорбить.
"As a matter of fact, Mr. Roark, I'm not alone in this decision.- На самом-то деле, мистер Рорк, я не сам пришёл к этому решению.
As a matter of fact, I did want you, I had decided on you, honestly I had, but it was Miss Dominique Francon, whose judgment I value most highly, who convinced me that you were not the right choice for this commission - and she was fair enough to allow me to tell you that she did."На самом-то деле я хотел нанять вас, я решил иметь дело с вами, совершенно честно, но мисс Доминик Франкон, чьи суждения я в высшей степени ценю, убедила меня, что, выбрав вас, я поспешил; и она была настолько любезна, что позволила мне сообщить вам её мнение.
He saw Roark looking at him suddenly.Он увидел, как вдруг взглянул на него Рорк.
Then he saw the hollows of Roark's cheeks twisted, as if drawn in deeper, and his mouth open: he was laughing, without sound but for one sharp intake of breath.Затем он увидел, что впалые щёки Рорка втянулись ещё глубже, а его рот открылся, - он смеялся, беззвучно, лишь дыхание его участилось.
"What on earth are you laughing at, Mr. Roark?"- Отчего вы смеётесь, мистер Рорк?
"So Miss Francon wanted you to tell me this?"- Так это мисс Франкон пожелала, чтобы вы мне всё сказали?
"She didn't want me to, why should she? - she merely said that I could tell you if I wished."- Она не пожелала, зачем это ей? Просто сказала, что я могу сказать это вам, если захочу.
"Yes, of course."- Да, конечно.
"Which only shows her honesty and that she had good reasons for her convictions and will stand by them openly."- И это говорит только о её честности и о том, что убеждения её обоснованы и она готова высказать их открыто.
"Yes."- Несомненно.
"Well, what's the matter?"-Так в чём же дело?
"Nothing, Mr. Sutton."- Ни в чём, мистер Сьюттон.
"Look, it's not decent to laugh like that."- Послушайте, но так смеяться неприлично.
"No."- Крайне неприлично.
His room was half dark around him.В комнате сгущалась темнота.
A sketch of the Heller house was tacked, unframed, on a long, blank wall; it made the room seem emptier and the wall longer.Эскиз дома Хэллера, без рамки, был приколот кнопками к длинной белой стене; он создавал ощущение, что стена комнаты ещё длиннее, а сама комната ещё более пуста.
He did not feel the minutes passing, but he felt time as a solid thing enclosed and kept apart within the room; time clear of all meaning save the unmoving reality of his body.Рорк не чувствовал, как бежит время, он ощущал его как некую твёрдую субстанцию, которая сгустилась в комнате и отставлена куда-то в сторону; время, уже ничего более не заключающее в себе, несло единственную реальность - реальность его неподвижного тела.
When he heard the knock at the door, he said:Услышав стук в дверь, он крикнул:
"Come in," without rising."Входите!" - не меняя позы.
Dominique came in.Вошла Доминик.
She entered as if she had entered this room before.Она вошла так, будто и раньше бывала здесь.
She wore a black suit of heavy cloth, simple like a child's garment, worn as mere protection, not as ornament; she had a high masculine collar raised to her cheeks, and a hat cutting half her face out of sight.На ней был чёрный костюм из тяжёлой ткани, простой, как одежда ребёнка, которая служит лишь для защиты тела, а не для его украшения; высокий мужской воротник поднимался к её щекам, а шляпа скрывала половину лица.
He sat looking at her.Он сидел и смотрел на неё.
She waited to see the derisive smile, but it did not come.Доминик ожидала увидеть насмешливую улыбку, но её не появилось.
The smile seemed implicit in the room itself, in her standing there, halfway across that room.Улыбка, казалось, незримо витала в комнате, в том, что она стоит вот тут, посреди неё.
She took her hat off, like a man entering a house, she pulled it off by the brim with the tips of stiff fingers and held it hanging down at the end of her arm.Она сняла шляпу, как входящий в помещение мужчина, - стянула с головы за края кончиками напряжённых пальцев и держала опущенной вниз рукой.
She waited, her face stern and cold; but her smooth pale hair looked defenseless and humble.Она ждала, лицо её было спокойным и холодным, но мягкие волосы выглядели беззащитно и смиренно.
She said:Она сказала:
"You are not surprised to see me."-Ты не удивлён, что я здесь.
"I expected you tonight."- Я ждал, что ты придёшь сегодня.
She raised her hand, bending her elbow with a tight economy of motion, the bare minimum needed, and flung her hat across to a table.Она подняла руку, согнув её в локте чётким и экономным движением, - ровно столько усилий, сколько требовалось, - и бросила шляпу через всю комнату на стол.
The hat's long flight showed the violence in that controlled jerk of her wrist.Затяжной полёт свидетельствовал о силе, которая была заключена в её руке.
He asked:Он спросил:
"What do you want?"- Чего ты хочешь?
She answered:Она ответила:
"You know what I want," her voice heavy and flat.- Ты знаешь, чего я хочу, - голосом страдающим и ровным.
"Yes.- Знаю.
But I want to hear you say it.Но я хочу услышать, как ты это скажешь.
All of it."Всё.
"If you wish."- Если хочешь.
Her voice had the sound of efficiency, obeying an order with metallic precision.- В голосе её зазвучала нотка деловитости, подчиняющаяся приказу с механической точностью.