– Да ты что?!
– Угу. Три и пять лет за мошенничество в девяносто втором и двухтысячном годах соответственно, три года за участие в деятельности ОПГ в две тысячи втором!
– Ого!
– Во-во! Настоящее имя нашей «небесной сладости» Марьяна Жемчугова.
– И как тебе удалось это узнать?
– Агния – голова: ей удалось стырить пару листовок, которые эта самая Марьяна втюхивала своей «пастве» прямо на «молебне», и пластиковый стаканчик, из которого она пила воду – не «святую», заметь, а из кулера, – и ее пальчики прекрасно отпечатались и там, и там!
– И что же еще о ней известно?
– По национальности Жемчугова-Услада цыганка, что немаловажно для составления психологического портрета. Ты ведь в курсе, что в этой среде надуть, обмишурить, нагреть человека другой национальности преступлением не считается? Я сейчас не говорю о всей нации в целом – некоторые ее представители вполне приличные люди, но, согласись, мало кто из цыган предпочитает настоящую работу своему древнему занятию! Что интересно, Марьяна не сразу встала на скользкий путь. Она окончила театральный институт и поступила в театр цыганской песни!
– Ух ты, актриса?
– Ну да. Поначалу карьера шла неплохо, но потом наступили «лихие девяностые», и театр развалился. Артисты разбежались по кабакам, а для Марьяны места не нашлось – возможно, дело в неуживчивом характере: по местам отсидки ее, между прочим, характеризуют как женщину властную, хитрую и способную на подлость во имя достижения собственных целей. Таким образом, актерская карьера Марьяны закончилась, едва успев начаться, и она, помыкавшись без средств к существованию, занялась традиционно цыганским ремеслом – гаданием и целительством. Внезапно открылось, что у Марьяны недюжинные гипнотические способности, и она умело ими пользовалась, выманивая у клиентов деньги за привороты-отвороты, присушки, талисманы против сглаза и порчи, а также за порошки и притирания непонятного состава, выдаваемые за целебные травы. В первый раз ее взяли, когда один из обманутых клиентов прибежал в милицию и сдал ее со всеми потрохами. Выйдя на волю, Марьяна стала осторожнее, но от ремесла своего не отказалась – и загремела за решетку повторно. Когда ее взяли, под окнами СИЗО человек тридцать каждый день устраивали митинги с требованием выпустить «целительницу»! Тем не менее ее вновь закатали. По выходе Марьяна, очевидно, решила, что пора завязывать с неблагодарным «колдовским» занятием, и примкнула к организованной преступной группировке, занимавшейся сбытом наркотиков – также, кстати, довольно распространенное среди ее братии занятие. Но недолго вилась веревочка: ее снова взяли, и наша Марьяна сдала всех своих подельников. Из-за внушительного «боевого» прошлого, условным сроком ей отделаться не удалось. Выйдя, Марьяна, судя по всему, сделала правильные выводы. Она поняла, что с деньгами лучше не связываться.
– Отсюда и серебро с золотом?
– Ага. Трофименко пришлось как следует потоптать землю-матушку, чтобы выяснить, куда уходит рыжье и седина[7] – они, как ты понимаешь, отнюдь не растворяются в воде!
– Это физически невозможно!
– Даже если бы было возможно, наша «услада» не дает ему на это времени: как только «паства» расходится, всю ювелирку выгребают из воды, прячут в сейф, а на следующий день развозят по ломбардам. Присматривают за всем некий гражданин Онищенко, сожитель Марьяны, и ее правая рука Людмила Баранова.
– Но я все-таки не понимаю, зачем такие сложности? В конце концов, эта Жемчугова – не первая и не последняя, кто промышляет такими темными делишками, так почему не брать деньгами?
– Э-э нет, Андрей Эдуардович, ты не понимаешь. Надежда Услада помогает страждущим совершенно бесплатно, а это – дело неподсудное. Даже на ее сайте в Интернете, который показала мне Агния, информация дана очень скупо и расплывчато: она ничего не обещает и не требует, просто предлагает помощь!
– Какого рода помощь-то?
– Из того, что там написано, создается впечатление, что исключительно психологическую. У нее нет лицензии, но за это не осудишь.
– Но как же золото...
– А это – добровольные взносы «в общее благо», во как! Клиенты же не платят за посещение «Святого источника», а жертвуют ювелирные украшения и столовое серебро на «целительную воду», которую доставляют якобы из-за тридевяти земель, а потом ее «намаливает» лично Надежда Услада, под иконами там, с кадилом и свечами!
– Таким образом, все это как бы идет не на оплату ее услуг, а предназначено исключительно для пользования самих же «прихожан»?
– Ну вот ты и просек идею! Умно, да? Если бы не Лиля да не уверенность Агнии в невиновности Кана Кая Хо, это могло бы еще продолжаться долгие годы. А я-то, я-то, дурак, решил не влезать в расследование Толмачева! Подумал, что Кан – обычный врач-взяточник, и даже не попытался проверить умерших пациенток. Я копал его окружение, разбирался в их с Дмитриевым запутанных отношениях – даже разыскал ту девицу, которую они когда-то не поделили...
– Ну, ведь Вакуленко и Жихарева умерли от естественных причин, Артем, так кто же сможет тебя обвинить?
– А вот тут ты ошибаешься, Андрюша, по крайней мере, в отношении Жихаревой!
– Так, это что-то новенькое!
– Ее уже, конечно, давно схоронили, но мне удалось получить результаты вскрытия. Кстати, выяснилось, что сестрица Ольги очень настаивала на том, чтобы вскрытие не производилось – она мотивировала это тем, что сестра и так настрадалась, да и тяжелый онкологический диагноз... Однако патологоанатом, к счастью, оказался человеком честным: он объяснил, что не имеет права соглашаться на ее просьбу, так как сестра покончила с собой, что автоматически инициирует процесс вскрытия.
– И что, он что-нибудь нашел?
– Я передал результаты Кадреску – от его «орлиного» взора ничто не укроется.
Штатный патологоанатом ОМР Леонид Кадреску отличался вздорным нравом, но как специалист был совершенно незаменим: равных ему, пожалуй, не нашлось бы во всем Питере, и Андрей в очередной раз поздравил себя с тем, что ему удалось заманить Леонида в отдел – ему ни разу с тех пор не пришлось об этом пожалеть.
– Кадреску все тщательно проверил и сделал заключение о том, что препараты, обнаруженные в квартире Ольги, не соответствуют тем, от которых она умерла!
– То есть? Ты же сам говорил, что у нее там целый чертов склад?
– Это так, но Жихарева умерла от передозировки того, чего никогда не принимала!
– Как же это сразу не обнаружили?
– Понимаешь, Жихарева же являлась онкологической больной. Этот диагноз здорово «замыливает» глаз: если не ищешь что-то конкретное, то принимаешь суицид как нечто, само собой разумеющееся! В ее квартире нашли сильнодействующие препараты, она умерла от отравления сильнодействующими препаратами – чего еще искать-то? Тем более что в ее крови и тканях обнаружили и те лекарства тоже, но не в таких дозах, от которых можно умереть.
– Это могло означать, что она принимала их до того, как отравилась?
– Верно. Похоже, кто-то не желал пускать дело на самотек, а потому подготовился к нему со всем тщанием.
– Значит, речь об убийстве?
– Похоже на то. Но мне еще многое нужно проверить. А Кана я отпускаю – можешь передать Агнии.
– Но кто же убил Павла Дмитриева? Разве его смерть и смерть Жихаревой как-то связаны?
– Есть у меня кое-какие мысли на этот счет, но, позволь, я пока что оставлю их при себе: давай подождем, пока вся мозаика сложится, идет?
– Что скажете, Леонид?
До этого минут десять Агния нетерпеливо расхаживала по кабинету Кадреску и, как только он появился, задала ему этот вопрос.
– В воде нет следов ни золота, ни серебра. На самом деле, другого результата и ожидать не приходилось: я в жизни не слыхал о «золотой» воде, а серебряную получают способами, ничем не напоминающими «технологию» этой дамочки, Услады. Серебряная вода, как правило, получается электролизным методом, а никак не путем «настаивания» – тем более в медной посуде! Есть еще способы контакта с посеребренными поверхностями или растворением солей серебра, но вода, полученная первым методом, обладает большим бактерицидным эффектом. Кроме того, стоит помнить, что не всякое серебро полезно для здоровья. Природное серебро всегда имеет в своем составе такие ядовитые металлы, как кадмий и свинец, а украшения и посуду часто изготавливают из серебра не самой высокой пробы, поэтому в них могут содержаться канцерогенные примеси. Накопление в организме человека свинца и кадмия приводит к почечной недостаточности, инфаркту, раку, циррозу печени, тяжелым расстройствам мочеполовой системы и так далее.
– Значит, такую воду пить вовсе не полезно?
– Совершенно верно. Само по себе использование таких предметов в быту не опасно, но в случае употребления серебряной воды опасность резко возрастает. Кроме того, любые промышленные серебряные изделия содержат технологические легирующие добавки, которые изменяют свойства серебра. Вследствие этого для приготовления серебряной воды необходимо применять серебро с пробой 999,9 и выше, а это, как мы понимаем, не наш случай. К счастью, электролизный метод Усладой не применялся, так что...
– А больше ничего интересного?
– Ну почему же – ничего? – пожал плечами Леонид. – Разумеется, никакими «волшебными» целительными свойствами раствор не обладает, зато там полно наркотиков и седативных препаратов.
– Что?!
– Дозы невелики, но как объяснить то, что они вообще там находились?
– Кажется, я смогу! – пробормотала Агния. – Да, а что насчет тех шприцов и ампул, которые передала та девочка?
– А-а, это тоже интересно: почти везде препараты щедро разбавлены физраствором или другими дешевыми растворами.
– Значит, Лиля правильно подозревала! Выходит, пациенты Центра не зря жаловались на то, что препараты не помогают? Мне нужно срочно поговорить с Карпухиным!