Таково было состояние дел в Македонии[5].
50. (1) В Азии[6], как только повсеместно распространилась весть о смерти Антипатра, она первым делом возбудила переворот, так как каждый обладающий властью предпринимал усилия в своих собственных целях. Антигон, который был главным из них, уже одержал победу над Эвменом в Каппадокии и забрал его армию, и он также полностью победил Алкета и Аттала в Писидии и присоединил их отряды[7]. Кроме того, Антипатр назначил его верховным главнокомандующим Азии, и в то же время он был назначен стратегом великой армии[8], по этим причинам он был полон гордости и высокомерия. (2) Полный честолюбивых надежд добиться верховной власти, он решил не исполнять приказов ни от царей, ни от их опекунов; ибо он считал само собой разумеющимся, что он сам, обладая наилучшей армией, завладеет сокровищами всей Азии, так как никто не был в состоянии противостоять ему. (3) В то время у него было шестьдесят тысяч пехотинцев, десять тысяч всадников и тридцать слонов, а в дополнение к этим он надеялся также подготовить другие силы, если будет необходимость, так как Азия могла бесконечно обеспечивать оплату для наемников, которых он мог бы собрать. (4) С такими планами на уме, он вызвал историка Иеронима, друга и земляка Эвмена из Кардии, который укрылся в крепости называемой Нора[9]. После попытки привлечь Иеронима к себе дорогими подарками, он направил его в качестве посланника к Эвмену, призывая последнего забыть битвы, которые велись против него в Каппадокии, стать его другом и союзником, и получить подарки во много раз ценнее того, чем он ранее обладал и величайшую из сатрапий, и в общем быть первым из друзей Антигона и его соучастником в совместном предприятии[10]. (5) Антигон также сразу созвал совет из своих друзей, и, после того как он ознакомил их со своим замыслом достижения верховной власти, назначил сатрапии некоторым из наиболее важных друзей и военные должности другим; и, удерживая большими надеждами всех их, он наполнил их воодушевлением своими начинаниями. В самом деле, он имел в виду пройти через Азию, отстранить существующих сатрапов, и преобразовать руководящие посты в пользу своих друзей.
51. (1) Пока Антигон был занят этими делами, Арридей, сатрап Фригии Геллеспонской, раскрыв его замысел, решил обеспечить безопасность своей сатрапии, а также укрепить наиболее значимые города гарнизонами[11]. Так город Кизик был стратегически наиболее важен и очень большой, он послал против него отряд пехоты, состоящий из более чем десяти тысяч наемников, тысячи македонян и пятисот персидских лучников и пращников. Он имел также восемьсот всадников, все виды снарядов, катапульты как для копий, так и для камней, и все другое снаряжение надлежащее для штурма города. (2) После внезапного нападения на город и захвата великого множества народа в окрестных землях, он занялся осадой, пытаясь устрашить горожан и заставить их принять гарнизон. Поскольку нападение было неожиданным, большинство кизикенцев были отрезаны в деревне, и только немногие остались в городе, но они были полностью готовы к осаде. (3) Решившись, тем не менее, сохранить свою свободу, они открыто отправили послов для переговоров с Арридеем о начавшейся осаде, заявив, что город сделает все для него, кроме приема гарнизона, но тайно, призвав молодых мужчин и выбранных рабов, которые были пригодны для этой цели, они вооружили их и снабдили стены защитниками. (4) Когда Арридей настаивал, чтобы город принял гарнизон, послы сказали, что они хотели бы провести совещание с народом по этому поводу. Сатрап согласился и они получили перемирие, и в этот день и следующую ночь они совершенствовали свою подготовку к противостоянию осаде. (5) Обманутый Арридей упустил случай и не оправдал своих ожиданий, ибо кизикенцы обладали городом, который был силен и очень легко защищался от нападений со стороны суши благодаря расположению на полуострове, а так как они контролировали море, они легко отразили врага. (6) Кроме того, они послали за солдатами в Византию, и за снарядами и всем остальным, что употребляется для отражения нападения. Народ Византии поставил все это быстро и охотно, кизикенцы стали самоуверенны и противопоставили свое мужество против опасности. (7) Они также сразу отправили военные корабли курсировать вдоль берега, вызволили и вернули тех, кто оставался в сельской местности. Вскоре у них было достаточно солдат, и после гибели большого числа осаждающих, они избавились от осады. Таким образом Арридей, превзойденный в военном искусстве кизикенцами, вернулся в свою сатрапию ничего не добившись.
52. (1) Случилось так, что Антигон замешкался в Келенах, когда он узнал, что Кизик осажден. Решив завладеть подвергшимся опасности городом, в виду своего предстоящего предприятия, он отобрал лучших из всей своей армии, двадцать тысяч пехотинцев и три тысячи всадников. (2) Взяв их, он в спешке отправился, чтобы помочь кизикенцам. Он немного опоздал, но издал доброжелательный по отношению к городу манифест, хотя не сумел овладеть им целиком. (3) Он направил послов к Арридею, выдвинув против него следующие обвинения: во-первых, он посмел осадить греческий город, который был союзником и не виновен ни в каком преступлении, а во-вторых, он очевидно намеревался восстать и обратить свою сатрапию в частное владение. Наконец, он приказал ему оставить свою сатрапию и, сохранив единственный город в качестве места жительства, оставаться спокойным. (4) Арридей, однако, выслушав послов и осудив высокомерие их слов, отказался оставить свою сатрапию, и сказал, что занимая города гарнизонами, он делает первый шаг в войне до победного конца с Антигоном. В соответствии с этим решением, после обеспечения городов охраной, он отослал часть своей армии со стратегом во главе. Он приказал последнему связаться с Эвменом[12], снять осаду крепости, и когда он освободит Эвмена от опасности, сделать его союзником. (5) Антигон, который очень хотел отомстить Арридею, направил войско вести войну против него, а сам он с достаточно сильной армией отправился в Лидию, из которой он хотел изгнать сатрапа Клита. (6) Последний, предвидя нападение, обеспечил наиболее важные города гарнизонами, а сам отправился на корабле в Македонию разоблачить царям и Полиперхонту дерзкий мятеж Антигона и просить о помощи. (7) Антигон взял Эфес при первом же штурме с помощью некоторых сообщников внутри города. После того, как Эсхил Родосец привез морем в Эфес из Киликии на четырех кораблях шестьсот талантов серебра, которые были посланы в Македонию царям, Антигон наложил руку на него, заявив, что оно ему нужно, чтобы расплатиться с наемниками. (8) Тем самым он дал понять, что он начал действовать в своих целях и против царей. Затем после штурма Сим, он поочередно выступал против городов, приобретая одни с помощью силы, и привлекая других путем убеждения.
53. (1) Теперь, когда мы закончили обзор деятельности Антигона, мы должны повернуть наш рассказ к судьбе Эвмена. Этот человек испытал великие и невероятные перевороты судьбы, постоянно разделяя благо и неудачи сверх ожидания. (2) Например, в период, предшествующий этим событиям, когда он сражался на стороне Пердикки и царей, он получил сатрапию Каппадокию и соседние области, в которых, как владелец большой армии и многих богатств, стал знаменит своею удачею. (3) Ибо он победил в генеральном сражении Кратера и Неоптолема, прославленных полководцев, командующих непобедимым македонским войском, и убил их на поле боя[13]. (4) Но хотя он и приобрел репутацию неодолимого, он испытывал такое изменение судьбы, что он потерпел поражение от Антигона в большой битве и вынужден был укрыться с несколькими друзьями в одной весьма малой крепости[14]. Запертый там, окруженный врагом двойной стеной, он не имел никого, кто бы подал ему помощь в его собственном несчастье. (5) Когда осада длилась уже год[15] и надежда на спасение была оставлена, вдруг появилось неожиданное избавление из его положения; Антигон, который осаждал его, и стремится к его уничтожению, изменил свой план, пригласив его участвовать в своем собственном предприятий, и после получения залога, связав его клятвой, освободил от осады[16]. (6) Так неожиданно спасшись после значительного времени, он остался в настоящем в Каппадокии, где собрал вместе своих бывших друзей и тех, кто когда-то служил под его началом и теперь бродил по стране. Так как он был высоко уважаем, он быстро нашел много людей, разделивших с ним свои ожидания, и завербованных им для участия в походе. (7) В конце концов, через несколько дней, в дополнение к пятистам друзьям, которые были осаждены в крепости с ним, он имел более двух тысяч солдат[17], которые следовали за ним по своей доброй воле. С помощью фортуны он достиг настолько большого усиления мощи, что он взял себе царскую армию и защищал царей против тех, кто дерзко пытался положить конец их правлению. Но мы должны рассказать эти события более подробно чуть позже в их надлежащем месте[18].
54. (1) Теперь, когда мы достаточно поговорили о делах в Азии, мы должны обратить внимание на то, что имело место в то же время в Европе[19]