19. (1) Историк Диодор в своем сравнении Антиохии на Оронте и Сиракуз, говорит, что Сиракузы — тетраполис[24].
20. (1) Когда, после падения Сиракуз, жители явились к Марцеллу как просители, он распорядился, что свободнорожденных надо пощадить, но все их имущество должно быть взято в качестве добычи[25].
(2) Будучи неспособны добывать пищу после завоевания из-за своей нищеты, сиракузяне согласились пойти в рабство, с тем чтобы, продав себя, получать пищу от тех, кто их приобрел. Так Фортуна наложила на завоеванных сиракузян сверх их других потерь, несчастье настолько печальное, что вместо предложенной свободы, они добровольно выбрали рабство[26].
21. Освобождением заложников Сципион[27] показал, что время от времени добродетель одного человека бывает способна отменить взыскания царей на нации.
22. (1) Кельтибер Индибел[28], добившись прощения от Сципиона, снова зажег пламя войны, когда подходящий случай предоставился ему. В самом деле, те, кто благоволит подлецам, в добавок расточая свое покровительство, не осознают, что чаще всего взращивают себе врагов.
23. (1) Карфагеняне, завершив Ливийскую войну[29], отомстили нумидийскому племени микатанов, включая женщин и детей, и распяли всех, кого захватили. В результате, их потомки, памятуя о зверствах, постигших предков, утвердились как яростные враги карфагенян.
24. (1) Он[30] не оставил без описания величайшие достоинства этого мужа, (я имею в виду, конечно, Газдрубала), но наоборот подтверждает их. Гасдрубал был сыном Гамилькара, прозванного Барка, наиболее выдающегося человека своего времени, в виду того, что во время Сицилийской войны он был единственным вождем, который неоднократно бил римлян, а после завершения Гражданской войны[31] он первым делом переправил армию в Испанию. Как сын такого отца, Газдрубал проявил себя достойным отцовой славы. По общему мнению, после своего брата Ганнибала он был следующим наилучшим карфагенским полководцем; соответственно, Ганнибал оставил его командовать армией в Испании. Он участвовал во множестве сражениях по всей Испании, постоянно восстанавливая силы после каждой неудачи, и твердо встречая в лицо многочисленные и разнообразные неудачи. И даже, когда он был загнан во внутрь страны, его выдающиеся качества позволили ему собрать воедино большую армию и, вопреки всем ожиданиям, достичь Италии[32].
(2) Если бы Гасдрубал наслаждался поддержкой Фортуны, римляне, по общему мнению, не смогли продолжать борьбу одновременно и против него и против Ганнибала. По этой причине мы должны оценивать его качества, основываясь не на его достижениях, а согласно его целям и предприятиям. Ибо эти качества подвластны человеческой власти, но исход их действий находятся в руках Фортуны.
КНИГА 27.
Фрагменты. Набиc тиран Спарты; злодеяния Племиния в Локрах; Сципион против карфагенян.
Переводчик: Мещанский Д.В. Agnostik.
1. (1) Набис[1], тиран Спарты, приговорил к смерти сына покойного царя Ликурга Пелопса, который был еще мальчиком. Это была мера предосторожности, с тем, чтобы, когда он достиг бы юношеского возраста, ободренный своим благородным происхождением, однажды не вернул бы свободу своему отечеству. Набис лично выбрал и предал смерти тех лакедемонян, которые были самые совершенные[2] и собрал со всех сторон наймитов самого подлого пошиба, чтобы защитить свою власть. В результате грабители храмов, воры, пираты и люди, приговоренные к смертной казни, устремились в Спарту со всех направлений. Ибо поскольку путем нечестивых деяний Набис сделал себя тираном, он полагал, что именно такие люди должны обеспечить ему наибольшую безопасность.
(2) Набис, тиран Спарты, придумал множество видов наказания[3] для граждан, в убеждении, что, унижая свою родину, он укрепит свое собственное положение. И действительно, когда подлец достигает власти, невозможно чтобы он, так я думаю, переносил свою удачу как подобает смертному.
2. (1) Как pontifex maximus, он был вынужден, в силу религиозных обязанностей, не покидать окрестностей Рима[4].
2a. Похожим способом Сципион, согласно сообщению Диодора, предложил сицилийским аристократам выбор: присоединиться к нему в походе на Ливию, или передать его людям лошадей и рабов[5].
3. (1) С флотилией из семи кораблей критяне начали заниматься пиратством и ограбили множество судов. Это оказало удручающее действие на тех, кто занимался морской торговлей, вследствие чего родосцы, рассудив, что такое беззаконие касается их тоже, объявили войну критянам.
4. (1) Племиний, которого Сципион назначил наместником в Локрах[6], снес сокровищницу Персефоны, так как был поистине нечестивым человеком, и он разграбил и увез их имущество. Локры, глубоко оскорбленные этим, обратились за защитой к клятвенному слову римлян. Кроме того, два военных трибуна сделали вид, будто потрясены этим преступлением. Их поведение, однако, оправдывалось не каким-либо возмущением по поводу случившегося; напротив, они не сумели получить долю в грабеже, и поэтому выдвинули обвинение против Племиния. (2) Божественное Провидение быстро наложило на них все наказания, которые полагались за их грехи. Ибо воистину этот храм Персефоны, говорят, наиболее известен во всей Италии и хранился неоскверненным людьми страны во все времена. (3) Так, например, когда Пирр доставил свои войска из Сицилии в Локры, столкнувшись с солдатскими требованиями оплаты, был вынужден из-за нехватки средств наложить руки на сокровища, и, говорят, разыгралась такая буря, что он был вынужден опять выйти в море, а его флот потерпел крушение, поэтому Пирр, пораженный страхом и благоговением, умилостивил богиню и отложил свой отъезд, пока не вернул сокровища.
(4) Трибуны после перерыва с притворно-благочестивым негодованием выступили как поборники локров и принялись поносить Племиния и грозились предать его суду. Брань быстро переросла в побои, и трибунам, повергнутым наземь, помяли уши и носы и разбили губы. (5) Племиний отдал трибунов под арест, подверг жестоким пыткам и покончил с ними. Религиозные страхи Римского сената были сильно возбуждены разграблением храма; кроме того, политические противники Сципиона, найдя подходящий повод для его дискредитации, предъявили обвинение, что Племиний всецело действовал в согласии с его желаниями. (6) Сенат отправил эдила и двух народных трибунов в качестве уполномоченных с приказом доставить Сципиона как можно скорее в Рим, если они обнаружат, что святотатство свершилось с его одобрения; иначе, — дозволить ему переправить армию в Ливию. Пока уполномоченные были в пути, Сципион призвал Племиния, посадил его на цепь, и занялся обучением армии. Народные трибуны были изумлены этому[7], и превозносили Сципиона. (7) Что касается Племиния, он был возвращен в Рим, помещен под стражу сенатом и, пока находился в тюрьме, умер; сенат конфисковал его имущество и, возместив из государственной казны недостачу того, что было украдено из храма, посвятил его богине. Также было провозглашено, что локры должны быть свободны, и что любой солдат, владеющий имуществом, принадлежащим Ферсис[8], если не сможет восстановить его, будет отвечать жизнью.
(8) После этих мер касательно дела Племиния, провозглашенных как жест доброй воли по отношению к локрам[9], люди, укравшие большую часть посвятительных даров, и пораженные возмездием, которое пало на трибунов и Племиния, пали жертвой суеверного страха. Такое наказание, что некто, кто осознал преступление, страдали в тайне, даже если успешно скрывали свои переживания от прочих смертных. Поэтому эти люди, измученные душевно, избавились от своей добычи, в попытке умилостивить богов.
5. (1) Ложь, сказанная при надлежащих обстоятельствах, иногда приносит большую выгоду[10].
6. Когда Сифакс[11] и другие были проведены перед ним в цепях, Сципион разрыдался от зрелища человека прежде преуспевающего и царского звания. Вскоре, в согласии со своей решимостью практиковать умеренность, даже посреди успехов, он приказал Сифакса освободить от цепей, вернул шатер, и позволил держать свиту. В то время как он держал его в плену, хотя и на вольном режиме[12], он относился к нему доброжелательно и зачастую приглашал к своему столу.
(2) Сципион, захватив в плен царя Сифакса, освободил его от цепей и обращался с ним любезно[13]. Личная военная вражда, считал он, должна быть средством достижения победы, но поскольку жребий плена сейчас выпал на царскую особу, он сам, будучи просто человеком, не должен делать ничего дурного. Ибо существует, как кажется, божество Немезида, что наблюдает за жизнью человека и