В двери собора, открытые со всех четырех сторон, бесконечным потоком шли люди. Сотни горящих факелов на стенах, и Луна в зените — придавали всему этому совершенно фантастические оттенки. В основном здесь были старики, старухи, кучи странных детей. Кто одет побогаче, а кто и совсем в обносках. А вот и коза. С козлятами. И с мешками вдоль спины. Держатся уверенно, обособленно от всех…
Но на их компанию оглядывались и здесь. Вот что ты будешь делать? В обоих мирах они как на ладони, всегда привлекут внимание.
Рыцарь без меча, но с кистенем, в маскировочных доспехах и бордовом шлеме. Колдун с саблей, в меховом плаще из неведомого зверя, неоновой кольчуге, и обручем, со светящейся звездой — на голове. Ведут мальчика, с щитом и копьем.
Та ещё картинка. В цирке такого не увидишь, а уж невинная прогулка без сопровождения санитаров, просто по улицам города…
Отец, не колеблясь, подошел к одному из стражников на входе:
— По приказу Царь-девицы, Марьи Моревны. Принять сего отрока в Собор. Определить место и довольствие.
Служивый приосанился.
— Где отрок то?
— Вот, — и отец выдвинул Сашку из-за себя.
Охранник почесал голову.
— Так он же воин.
— И что? — грозно спросил отец. — Он еще маленький.
— Наверх, — ответил стражник. — Все кто оружие в руках может держать — все наверх, к бойницам, или по периметру. Найди Ивана-стрельца. А лучше Андрея-солдата, который одногогий. Они тебе определят участок. Давай, парень, не задерживай.
— Тебя как зовут, солдат? — обратился отец к собеседнику.
— Емелей звали, с утра.
— Емеля, слушай крепко. Вернусь, и лично с тебя спрошу. Вот за этого мальца, — железный палец как будто невзначай уцепился за отворот рубахи, торчащей из-под кольчуги.
Стражник без всяких эмоций освободил свою одежду.
— Ты, герой, вот что… — сказал он спокойно. — Вернись. Это главное. И держись там покрепче. Чтобы было куда возвращаться. Усёк, герой?
— Я всё понял. Вернусь. Не сомневайся, — отчеканил Иван Иванович, и круто развернувшись, быстро пошагал к стенам. За ним почти вприпрыжку припустил и Милослав Мстиславович.
Глава 10
Глава 10. Приступ
Сашка белкой прыгал по ступеням, желая как можно быстрей оказаться наверху. Ступеней оказалось много. Поэтому начиная порхающей бабочкой у подножья, мальчик приполз к окончанию больше похожий на осоловевшего сурка.
С другой стороны, сказывались отсутствие ужина и как минимум второй час ночи при обилии стрессовых ситуаций. Серьезное испытание даже для молодого организма.
— Ничего, справимся, — сжимал зубы Сашка. — Сколько же здесь этажей? Снаружи то и не особо высоким казался. Ну, девятый этаж. Может двенадцатый. Но не пятьдесят два! Сказки все это…
Наверху народу было гораздо меньше. И все, конечно, вооружены. И большинство — стрелковым оружием. То есть луками и арбалетами. А у одного, в форме кавалергарда времен Елизаветы, с деревянной колотушкой вместо ноги — так и вообще, натуральный мушкет.
— Это вы Андрей-солдат? — вежливо поинтересовался Сашка у мушкетёра.
— Я, — как показалась лениво отозвался тот.
— Рядовой Александр для прохождения службы временно прибыл в ваше распоряжение, — четко изложил ситуацию мальчик.
Калека посмотрел на него с чуть большим интересом.
— Прибыл? Молодец. Белке в глаз со скольких шагов попадаешь? — с ехидцей спросил солдат. Саня понял, по довольным лицам вокруг — сейчас будет веселье. С перекатами, из хохота в хихиканье, и обратно.
— Стрелять могу, но стрелковому бою обучен слабо, — отрапортовал мальчик. — В приоритете — удар копьем. Могу матёрого кабана прошибить с любого ракурса. Воина в латном доспехе высокого качества пробиваю в грудь в девяти случаях из десяти! («Наверно…» — пронеслось в это время в голове). Разрешите продемонстрировать?
И Александр со всей решимостью взял копьё наперевес.
— Не надо ничего демонстрировать, — успокоил его Андрей. — Будешь в ближнем круге обороны колокола. Раз уж стрелковому бою не обучен. Кто же тебя вымуштровал так, маленький воин? — не удержался от вопроса калека.
— Отец. Дед. И книги, — сам не зная почему ответил мальчик.
— Вот, слыхали? Недоросли, — обернулся Андрей к другим защитникам «акрополя». — Книги. Парень и слушал, и сам обучался прилежно. Поэтому жизнь понимает, может, лучше другого взрослого. А на вас даже отцовский ремень плохо действует. Только кожа на одних местах утолщается, хоть сапоги тачай.
Послышались робкие смешки.
— Иди, парень, вон к тому огню, — указал Саше направление Андрей. — Есть хочешь? Вон там на лавках мешки, хлеб ещё свежий. Следи за барабанами. Как задробят — сразу к колоколу, и не дай ему замолкнуть. Все понял?
— Понял, — отозвался Сашка. И ещё осознал, что есть хочется ужасно.
И хлеб, и молоко в кувшине рядом оказались удивительно вкусными. И только потом Александр добрался до своего «действительного» места службы. В ушах постоянно стоял какой-то рокот. В городе было непонятно, откуда он происходит. Но здесь, на высоте, сразу был виден его источник. Сразу за стенами Стольного Града начиналось поле. По идее, сейчас оно должно было быть полностью в снегу. Хоть и март на дворе, но сугробы сойдут только через месяц. Однако на много километров вокруг не было ни единого белого клочка. Все пространство было вытоптано, а начиная уже с двухсот метров от стен — стояло войско. Сашка смотрел на это все с крыши Собора, и чувствовал, что волосы под шапкой с бомбоном начинают шевелиться.
Их было многие и многие тысячи. Десятки тысяч. Вполне возможно — сотни. Город был велик, но его защитники на стенах казались пылинками перед лавиной.
И ещё, на равном расстоянии от главных ворот, стены делали провал. Там, в этих Переделах, закрывая собой пустоту, протянулись три ниточки. Три заслона. Первый, Опытный, и Ветеранский.
Где-то там, в первых рядах, стоял и Иван Детдомовский. Но то, что было перед ним, клубилось грозными тучами…, то, что хотело пройти в Град — было неодолимо. Орков расположили подальше от эльфов. Гномы наоборот, старались быть поближе к человеческим рыцарям. Латников же был полный набор. Аж в глазах рябило. В зелёных доспехах, в красных, белых, черных, с плащами всех расцветок — от золотых до серо-буро-малиновых. В самых первых рядах стояло мертвое войско — скелеты и зомби. От их неподвижности коченели руки. А вот и отряд оборотней, десять тысяч голов, не меньше. Великаны, самые натуральные: человеческие, и тролли, и каменные. Над всем этим мечется просто невообразимое количество летающих теней. Которые с крыльями, есть на метлах, а другие и сами по себе, просто левитируют.
— И это ещё драконов нет, — сказал густой бас сзади.
Обернувшись, Сашка увидел здоровенного мужика с кучерявой бородой и огромным молотом. Даже непонятно, как такой таскать можно, но мужик держал его в руке легко, словно и не чувствовал тяжести.
— Фрол, — представился мужик.
— Александр, — отозвался Сашка. — А я знаю одного Фрола. Мы вместе в типографии работаем. Только он лысый. И без бороды.
Здоровяк даже не улыбнулся.
— Ты к нам шел? — спросил он. — Тут место охраны Грозового колокола. А я его звонарь.
Вот теперь Александр увидел колокол. Он как раз этим летом был в Москве, в Кремле. Там повидал Царь-колокол. Так вот тот, московский, был… Нет, не младшим братом. Скорее — младенцем перед самым большим из родственников. Потому что здесь, под крышей акрополя, висели и другие колокола. Но всем до Грозового было далеко.
— Да, я к вам. Меня Андрей-солдат сюда определил.
— Эк их сегодня привалило, — словно не услышав ответа пророкотал бородач. — Веселое будет дело. Даже не понимаю, как мы выстоим. И специально ночью подошли. Ночью у летающих преимущество будет. Как их снизу то бить, в темноту стрелы пускать? Ладно, пошли, Александр.
— Ты не смотри что их много, — бурчал в бороду Фрол. — Они без головы. Нет у них единоначалия. Куча всего, а толку пшик. Чтобы с толком воевать, надо чтоб все из одного центра шло. Вроде и сам себе голова над дружиной, а все равно громаде подчиняешься. А у них наоборот — громада, где всяк сам себе король да царь.
И только он произнес последние слова, как где-то далеко размерный бой больших барабанов превратился в дробь.
— Началось, — послышалось отовсюду. — Началось…
Сашку оттеснили от стен, лучники заскрипели луками.
— По команде, — послышался задорный голос. — Бей дружно, не робей!
Командовал все тот же солдат-инвалид. Лучники так тесно стояли у парапета, что Сашке не было видно решительно ничего. Он только слышал нарастающий шум и странный треск, как будто рядом постоянно ломали прутья. Целыми вениками…
— Давай!
«Чего давай?» — захотелось спросить Саше.
И через секунду раздался звук:
— Бомм!
Александра от него вдавило в землю. Это просто нереально. Это звук колыхал сам воздух. Было прямо видно, как звуковые волны неспешно расходятся в стороны.
— Всё! — крикнул кто-то. — Мертвяков уложили!
Кого уложили? Куда уложили? И, в конце концов — как и зачем?
— Бомм! — снова грянул гром за спиной. Когда трехсекундное оглушение отступило, Александр услышал другие выкрики:
— По гарпиям! По гарпиям бей! Они огненное варево на город кидают!
— Первый светлый заслон прорвали!
— Бомм!
Сашка ринулся туда, откуда послышались новости про прорванный «первый заслон». Да как его могли прорвать? Там же отец! Сказки все это… то есть — враки… фантастика…
Саня с трудом втиснулся между лучниками:
— Как первый заслон прорвали? — задыхаясь спросил он.
— Да не, вранье! У тебя, паря, там есть что ли кто?
Сашка ответить не успел.
— Бомм! — потонули все звуки в звоне колокола.
— Какое вранье? Порвали как нитку! Слепой что ли? — послышался другой голос.
— Нитку то может и порвали, да узелочек то остался! — возразил первый голос. — Так что я спор выиграл!