ена многих католических праздников и дней различных святых.
Другими своими реформами Иосиф II пытался добиться обновления в рационалистическом духе жизни монашеских орденов и монашеского мира XVIII столетия в целом. Были закрыты различные монастыри, служившие исключительно созерцательным целям и уже не выполнявшие былых социальных или образовательных функций. Из их имуществ были созданы специальные религиозные фонды, средства которых шли на содержание церкви.
Этим двум комплексам реформ, направленным против отношений, сложившихся в римской церкви, сопутствовали преобразования, давшие огромные преимущества и церкви, и государству, – усовершен- ствование территориальной структуры церкви и увеличение количества приходов позволили каждому подданному находить духовную опеку в непосредственной близости от своего жилища. Были упорядочены границы епархий и ликвидированы епархиальные права епископств, центры которых находились за пределами Австрии (например, в Пассау), а также создано несколько новых диоцезов, главы которых имели резиденции в наследных землях императора.
В 1785 г. были основаны новые епархии в Линце и Санкт-Пёльтене, границы прочих диоцезов были изменены таким образом, что они стали совпадать с границами коронных земель. К этой централизации и реорганизации католической церкви относилось также создание центральных учреждений по подготовке католических священнослужителей, так называемых генеральных семинарий, которые наряду с преподаванием – под контролем государства – теологии должны были осуществлять подготовку «чиновников в черных рясах».
Исследователи не едины в вопросе, можно ли определять термином «йозефинизм» те реформы Иосифа II в религиозной сфе- /206/ ре, которые не были связаны с католической церковью. Проведенные им преобразования, касавшиеся других религиозных общин, также несли на себе печать просветительских идей и пошли на пользу, прежде всего, трем религиям. Патентом Иосифа II о веротерпимости за протестантами, которые после победы контрреформации долгое время могли лишь тайно исповедовать свою веру, было впервые признано законное место в государстве, хотя окончательное уравнение в правах протестантов обеих конфессий с их католическими согражданами было осуществлено лишь в XIX столетии. Религиозную свободу получила и греческая православная церковь. Евреи при императоре Иосифе II были освобождены от прозябания в гетто, пройдя первый отрезок пути к превращению в полноправных граждан.
Уже одно перечисление явлений, связанных с термином «йозефинизм» и самой атмосферой этого времени, отчетливо указывает на корни религиозной политики Иосифа II. Реформы католической церкви были порождены духом Просвещения, выступившего против излишеств барочного католицизма. Но не менее заметны здесь и централистские тенденции, направленные на создание государственной церкви. Третий импульс религиозной политики Иосифа имел национально-экономический характер, особенно повлиявший на отношение монарха к подданным-некатоликам, или, как их называли в то время, «акатоликам». Предприниматели протестантского исповедания, прибывшие из западных областей империи, стали впервые играть заметную роль в экономике в эпоху Марии Терезии. Многие мануфактуры были основаны предпринимателями, происходившими из Рейнской области и Нидерландов. Они приносили с собой капитал, профессиональные знания, предпринимательский дух, целеустремленность; зачастую вместе с ними в страну прибывали и работники-протестанты. Даже Мария Терезия, боровшаяся с тайным исповеданием протестантизма и переселявшая протестантов из Верхней Австрии в Трансильванию, была вынуждена проявлять терпимость к этим предпринимателям, необходимым трону. В Вене им даже дозволялось принимать участие в протестантских богослужениях в часовнях шведского, датского или нидерландского посольства. Иосиф был гораздо последовательнее в этом вопросе. Он понимал, что покровительство этим людям и их привлечение к службе на благо государства должны сопровождаться признанием за ними определенных прав. То же можно сказать и о право- /207/-/208/ славных, игравших важную роль в венской торговле, и о иудеях, в финансовом капитале которых нуждался двор. Нет нужды подчеркивать, что подобные экономические соображения также коренились в просветительских идеях.
Обеспокоенный закрытием монастырей и учреждением генеральных семинарий папа Пий IV устремился в Вену, однако так и не сумел заставить императора отказаться от реформ. Под конец своего правления Иосиф II, как казалось, даже мог потерять две из своих провинций. Централистская административная реформа, набор солдат и «германизация», запланированная из соображений «полезности», возмутили Венгрию, где Иосиф, испытывавший неприязнь ко всяческим церемониям, до сих пор не короновался короной св. Стефана. Против реформ императора бунтовали и Нидерланды.
После смерти Иосифа II императором на недолгое время сделался его брат Леопольд. Еще в 1765 г. он под именем Пьетро Леопольдо взошел на престол Великого герцогства Тосканского, в котором провел коренные преобразования. Его подход к политике оказался более прагматичным, он обладал чувством реальности и был к тому же настроен в конституционалистском духе. Если Иосиф II в конечном счете являлся пусть и просвещенным, но все же деспотом, Леопольд пытался сделать сословия органичным элементом системы управления. Это позволило ему умиротворить две мятежные провинции и спасти многие из реформ своего брата. Порой было достаточно лишь устранить некоторые крайности, чтобы сохранить суть нововведений. Воздействие реформ Иосифа II еще долго ощущалось в XIX веке. Сам он стал «героической фигурой», видеть его «своим» желали представители многих течений, возникших в новом столетии. Люди 1848 г. видели в нем освободителя крестьян и либерала, немецкие националисты – «Иосифа Немецкого», и даже социал-демокра- ты испытывали некоторую симпатию к этому монарху. Противоположностью этому являлось единодушное неприятие императора со стороны католической церкви, влияние которой ему столь успешно удалось ограничить.
После ранней и неожиданной смерти Леопольда II в 1792 г. к власти пришел его старший сын Франц II, воспитанный в Вене Иосифом II как «императорский ученик». Однако по масштабу личности он был далеко не равен дяде и отцу. Обстоятельства эпохи также не благоприятствовали просветительским или ранне- /209/ либеральным реформам. Французская революция повергла европейские династии и дворянскую элиту в ужас и вызвала ответную консервативную волну. Так окончилась эпоха великих реформ, однако произведенная ими перестройка государства в духе просвещенного абсолютизма сохраняла свое значение, пусть и с некоторыми ограничениями, до 1848 года. /210/-/211/
Австрия и Наполеон
/211/ Полвека просвещенного абсолютизма имели следствием внутреннюю консолидацию и централизацию монархии. С возвышением Пруссии, впервые ставшим очевидным в ходе войны за австрийское наследство, у Австрии появился в Германии новый мощный противник. В экономическом отношении монархия Габсбургов отставала от Западной Европы, несмотря на все попытки проведения меркантилистской политики. Центральную роль по-прежнему играли дворянство и церковь, буржуазия в современном смысле слова находилась лишь в стадии становления. Данная социальная ситуация лучше, чем реформы, объясняет, почему в Центральной Европе не возникло движения, направленного на кардинальные общественные преобразования и сопоставимого по масштабам с Французской революцией 1789 г. Последняя с полным основанием рассматривается как переломное событие европейской истории, ибо она оказала воздействие на всю Европу. С одной стороны, европейские государства более двух десятилетий боролись против революционной, а затем против наполеоновской Франции, с другой – достижения революции, хоть и в несколько ослабленной форме, распространялись на большую часть континента. Новым идейным течениям, национализму, либерализму или конституционализму, было в долгосрочной перспективе суждено формировать облик монархии Габсбургов.
Не подлежит сомнению решительное неприятие революции австрийскими правящими кругами – после первоначальных симпатий к ней со стороны просвещенных монархов Иосифа и Леопольда. Особенно оно обострилось после казни французской ко- /212/ ролевы, представительницы династии Габсбургов Марии Антуанетты, и ее родственников. Австрия вступила в антифранцузскую коалицию и с перерывами боролась против Франции до окончания наполеоновских войн.
В различные фазы этой длительной войны, в ходе которой Наполеон, многие годы считавшийся непобедимым, завоевал половину Европы, европейские монархии несли существенные территориальные потери. Не вдаваясь в детали, можно отметить, что /213/ Габсбурги потеряли земли на западе (Австрийские Нидерланды, Переднюю Австрию, позднее Тироль и Форарльберг) и на юге (итальянские владения). Правда, в качестве компенсации или вознаграждения они получили некоторые другие территории (Венецианскую область, Далмацию, Истрию, Западную Галицию и Зальцбург).
Габсбургам приходилось на династической основе сотрудничать с «выскочкой» Наполеоном, очень нуждавшимся в легитимации своей власти. Эрцгер- цогиня Мария Луиза вышла замуж за французского императора, который ради этого развелся с первой женой. В этом браке она родила сына, позже получившего титулы /214/Roi de Rome («римского короля») и герцога Рейхштадтского. Когда Наполеон был отправлен в ссылку, Мария Луиза не разделила его судьбу, а, проявив немалое своеволие, пошла собственным путем. Уже при жизни законного супруга у нее появились дети от другого мужчины. Позже Мария Луиза стала регентшей в Парме и Пьяченце, еще дважды выходила замуж и вела жизнь, совершенно не соответствовавшую моральным идеалам венского двора.
Пребывая в зените славы, Наполеон дважды (в 1805 и 1809 гг.) сумел дойти до Вены и вступить в город. В 1809 г. брату императора, эрцгерцогу Карлу, командовавшему императорской армией, впервые удалось разгромить корсиканца, но пышно отпразднованная победа при Асперне имела, скорее, психологическое, нежели военное значение. Стало ясно, что Наполеон не является непобедимым, однако последовавшее вскоре поражение Габсбургов в битве при Ваграме быстро обесценило эту победу.