По отношению к либералам съезд настоятельно рекомендует товарищам:
«1) разъяснять рабочим антиреволюционный и противопролетарский характер буржуазно-демократического направления во всех его оттенках, начиная от умеренно-либерального, представляемого широкими слоями землевладельцев и фабрикантов, и кончая более радикальным, представляемым Союзом освобождения и многочисленными группами лиц свободных профессий;
2) энергично бороться, в силу изложенного, против всяких попыток буржуазной демократии взять в свои руки рабочее движение и выступать от имени пролетариата или отдельных групп его».
С организациями социалистов-революционеров съезд поручил Центральному комитету и местным комитетам входить в случае надобности во временные боевые соглашения, причем местные соглашения должны заключаться лишь под контролем ЦК.
В ряде остальных резолюций съезд предписал между прочим: организовать пролетариат для немедленного осуществления революционным путем 8-часового рабочего дня и других рабочих требований; усилить пропаганду и агитацию; предпринять шаги к объединению с национальными социал-демократическими организациями; вести идейную борьбу с меньшевиками; пользоваться всеми случаями для открытого выступления партии и стараться приобрести влияние на легальные и полулегальные организации[45].
Таким образом, Ленин и его сторонники добились своей цели. Отныне большевизм уже не являлся только фракционным партийным течением. Закрепленный резолюциями партийного съезда, он стал официальным, руководящим течением партии.
Одновременно с III съездом проходила и конференция меньшевиков, в которой участвовали делегаты Петербургской и Одесской групп Центрального комитета; комитетов: Смоленского, Николаевского, Харьковского, Киевского, Екатеринославского, Кутаисского и Донского; союзов: Донецкого, Сибирского, Крымского, Украинского; периферии Московского комитета и Сормовской периферии. Конференция также дала ряд резолюций, главнейшая из которых следующая:
О вооруженном восстании:
«Ставя себе задачей подготовлять массы к восстанию, социал-демократия стремится подчинить их своему влиянию и руководству и использовать в интересах рабочего класса. Принимая во внимание, что:
1) возможность приурочить одновременное и повсеместное восстание к заранее назначенному сроку и подготовить его конспиративно-организационными средствами исключается уже одной слабой организованностью передовых слоев пролетариата и неизбежно стихийным характером революционного движения тех именно народных масс, быстрое вовлечение которых в борьбу с царизмом является залогом нашей победы;
2) благоприятные условия для победоносного восстания создаются, прежде всего, непрекращающимся брожением в массах и растущей дезорганизацией реакционных сил, – социал-демократия в целях подготовки восстания должна прежде всего: а) расширять свою агитацию в массах на почве текущих политических событий; б) связывать со своей политической организацией, подчинять ее влиянию самостоятельно возникающие социально-экономические движения пролетарских масс; в) укреплять в массах сознание неизбежности революции, необходимости быть всегда готовыми к вооруженному отпору и возможности его превращения в каждый момент в восстание; г) установить самую тесную связь между борющимся пролетариатом разных местностей, чтобы сделать возможным для социал-демократии инициативные действия по превращению подготовляющихся стихийно движений в планомерные восстания. Установить возможно большее общение между пролетарским движением в городах и революционным движением в деревне; д) заинтересовать посредством широкой агитации в революционной борьбе пролетариата за демократическую республику возможно более широкие круги населения, дабы обеспечить боевым действиям пролетариата, руководимого классовой партией, возможно более активную поддержку непролетарских групп. Только на почве такой всесторонней работы социал-демократии может быть приближен момент восстания, может быть облегчено подчинение его нашему руководству и могут приобрести более или менее серьезное значение техническо-боевые приготовления наших партийных организаций к восстанию».
О захвате власти и участии во временном правительстве:
«Решительная победа революции над царизмом может быть ознаменована либо учреждением временного правительства, вышедшего из победоносного народного восстания, либо революционной инициативой того или иного представительного учреждения, решающего под непосредственным революционным давлением народа организовать всенародное Учредительное собрание. И в том и в другом случае такая победа послужит началом новой фазы революционной эпохи. Задачей, которая ближайшим образом ставится этой новой фазе объективными условиями общественного развития, является окончательная ликвидация всего сословно-монархического режима в процессе взаимной борьбы между элементами политически освобожденного буржуазного общества за осуществление своих социальных интересов и за непосредственное обладание властью. Поэтому и временное правительство, которое взяло бы на себя осуществление задач этой, по своему историческому характеру буржуазной революции, должно было бы, регулируя взаимную борьбу между классами освобождающейся нации, не только двигать вперед революционное развитие, но и бороться против тех факторов, которые угрожают основам капиталистического строя.
При таких условиях социал-демократия должна стремиться сохранить на всем протяжении революции такое положение, которое лучше всего обеспечит возможность двигать революцию вперед, не свяжет ей руки в борьбе с непоследовательной и своекорыстной политикой буржуазных партий и предохранит ее от растворения в буржуазной демократии. Поэтому социал-демократия не должна ставить себе целью захватить или разделить власть во временном правительстве, а должна оставаться партией крайней революционной оппозиции. Эта тактика, конечно, не исключает целесообразности частичного, эпизодического захвата власти и образования революционных коммун в том или другом городе, в том или другом районе, в интересах содействия распространению восстания и дезорганизации правительства.
Только в одном случае социал-демократия по своей инициативе должна была бы направить свои усилия к тому, чтобы овладеть властью и по возможности дольше удерживать ее в своих руках, – именно в том случае, если бы революция перекинулась в передовые страны Западной Европы, в которых достигли уже известной зрелости условия для осуществления социализма. В этом случае ограниченные исторические пределы русской революции могут значительно раздвинуться, и явится возможность вступить на путь социалистических преобразований.
Строя свою тактику в расчете на сохранение за социал-демократической партией в течение всего революционного периода положения крайней революционной оппозиции ко всем сменяющимся в ходе революции правительствам, социал-демократия лучше всего может подготовиться и к использованию правительственной власти, если она попадет в ее руки».
Выработав затем еще несколько резолюций, избрав в качестве своего обособленного в партии центра организационную комиссию и постановив считать «Искру» по-прежнему центральным органом, конференция тем самым оформила самостоятельное существование в партии фракции меньшевиков[46].
Приведенные выше резолюции III съезда и конференции вполне определяют главное различие враждовавших партийных фракций в тактических взглядах того времени. Большевики определенно шли на подготовку вооруженного восстания с целью образования временного, с участием социал-демократов, революционного правительства, которое созвало бы Учредительное собрание, и уже это последнее должно было установить демократическую республику. Меньшевики же с целью достижения республики намечали два пути – первый через вооруженное восстание и временное, без участия социал-демократов, революционное правительство; второй же путь через Учредительное собрание, созываемое по инициативе какого-либо представительного учреждения. В последнем случае они как бы уклонялись немного от прямого революционного пути и приближались к тактике крайних оппозиционных «буржуазных» партий, что еще более углубляло партийный раскол.
Лишь только резолюции были опубликованы, Ленин выпустил брошюру «Две тактики социал-демократии в демократической революции», в которой призывал сотоварищей по партии к изучению данных съездом и конференцией резолюций, дабы определить, которая из фракций уклоняется от принципов марксизма, и уяснить себе конкретные задачи социал-демократического пролетариата в демократической революции.
Ленин доказывал, что только решения III съезда, т. е. резолюции, выработанные большевиками, соответствуют учению Маркса, достойны социал-демократии и должны проводиться в жизнь всеми членами партии. Разъясняя их, Ленин задавал, между прочим, вопрос: какие реальные общественные силы способны одержать решительную победу над царизмом, и давал следующий ответ: «Такой силой не может быть крупная буржуазия, помещики, фабриканты, „общество“, идущее за освобожденцами… Нет, силой, способной одержать решительную победу над царизмом, может быть только народ, т. е. пролетариат и крестьянство… Решительная победа революции над царизмом есть революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства. Больше некому одержать решительную победу над царизмом. И такая победа будет именно диктатурой, т. е. она неизбежно должна будет опираться на военную силу, на вооруженные массы, на восстание, а не на те или иные легальным, мирным путем созданные учреждения.
Это может быть только диктатура, потому что осуществление преобразований, немедленно и непременно нужных для пролетариата и крестьянства, вызовет отчаянное сопротивление и помещиков, и крупных буржуа, и царизма. Без диктатуры сломить это сопротивление, отразить контрреволюционные попытки невозможно. Но это будет, разумеется, не социалистическая, а демократическая диктатура».