Севастопольского Морского кадетского корпуса перевели на военное положение. Занятия не прекращались, но 18 января 1920 года Командующий Черноморским флотом вынужден был издать приказ о переводе в Морское собрание полуроты гардемаринов для усиления расквартированного там отряда охраны Крымского побережья и для несения регулярной караульной службы в городе. Правда, подобные новые функции гардемаринов не освобождали их от посещения занятий в Корпусе. Они совмещали несение караульной службы и патрулирование улиц Севастополя с присутствием на занятиях и лекциях. Другая же полурота гардемаринов и кадет охраняла территорию и здания Морского кадетского корпуса, в том числе и прилегавшие к нему земельные участки с их огородами, полями и строениями – руководство опасалось нападения повстанцев.
Между тем положение частей Добровольческой армии в Крыму настолько ухудшилось, что неожиданно для всех 28 октября 1920 года, в 4 часа утра, по флоту был объявлен приказ о начале эвакуации. В Морском Корпусе объявили тревогу и отдали срочное распоряжение о подготовке личного состава к эвакуации из Севастополя. Второй взвод гардемарин выделили в караул, а остальные воспитанники вместе с офицерами преподавателями приступили к упаковке корпусного имущества, оборудования и перевозке его на пристань, где была пришвартована баржа «Тили».
В ее трюм, в течение нескольких дней и ночей кадеты и гардемарины загружали упакованные тюки обмундирования, ящики с книгами, съестными припасами, учебными приборами и всякой другой утварью. Утром 30 октября груженная имуществом Морского Корпуса баржа отошла от пристани и направилась к стоявшему в Южной бухте Севастополя линейному кораблю «Генерал Алексеев».
Гардемарины на крейсере заменили палубную и машинную команды, встали к котлам и судовым машинам, несли вахтенную службу. После разгрузки оборудования на палубу линкора «Генерал Алексеев» старшие гардемарины заняли караульные посты у артиллерийских погребов, складов с оружием, в машинном отделении, охраняя их от возможных диверсий со стороны уходивших на берег матросов. Свободные от нарядов гардемарины грузили на корабль уголь и перевозили на шлюпках из портовых складов боеприпасы и необходимые материалы.
Свидетели этих трагических дней помнят, как тысячи людей под траурный звон колоколов и свет пожарищ грузились на корабли покидавшего Россию флота. Уходившие суда вели люди, которые, как их отцы и деды, с петровских времен свято почитали славу Андреевского флага. Уходивший флот не имел больше национальной принадлежности, поскольку его флаг не принадлежал отныне суверенному государству. К Константинополю корабли уже подходили под флагом Франции – страны, предоставившей флоту возможность базироваться в ее территориальных водах.
31 октября, в семь часов утра, «Генерал Алексеев» вышел на внешний рейд Севастополя и стал на якорь у Стрелецкой бухты, неподалеку от крейсера II ранга «Алмаз». Старший офицер линкора старший лейтенант А.Н.Павлов сформировал машинные команды, дополнив вахты кочегаров пассажирами – юнкерами казачьего училища. Из гардемаринов и кадетов организовали вахту сигнальщиков. Кадеты провели работы по перегрузке вещей Морского Корпуса с палубы в корабельный трюм.
31 октября 1920 год, в 23 часа, «Генерал Алексеев» снялся с якоря и вышел в открытое море. Вот так буднично и закончил свое существование Севастопольский Морской Корпус в бухте Голландия. Закончилась, возможно, одна из самых скорбных, но и гордых страниц истории Русского флота.
Знак об окончании Морского Корпуса. (не был вручен ни одному выпускнику МК в Севастополе и Бизерте)
(знак из коллекции автора)
Начало строительства Морского Корпуса. Бухта Голландия.1916 год.
Десятники строительства Морского Корпуса в Севастополе.
Посещение командованием Черноморского флота Морского Корпуса.
Рота Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича на прогулке. Вверху справа видны корпуса недостроенного Морского Корпуса.
Рота Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича с директором корпуса С.Н.Ворожейкиным.
Линейный корабль «Генерал Алексеев» в Северной бухте Севастополя. Видны флигеля и здание Морского Корпуса в бухте Голландия.
Знаменный флаг Морского Корпуса и навершие древка флага.
Автор с изготовленной им копией Знаменного флага Морского Корпуса в музее Севастопольского ВВМИУ. 2007 год.
Копия Знаменного флага Морского Корпуса подарена автором музею СВВМИУ. Третий слева – А.А.Каменский, хранитель музея, много сделавший для возрождения истории Севастопольского ВВМИУ. 2007 год.
Зарождение и становление авиационных мастерских в бухте Голландия
После окончания гражданской войны морская авиация Черного моря подверглась реорганизации. Приказом Реввоенсовета республики №-2874/574 от 26 декабря 1920 года была введена должность начальника воздушного флота Черного и Азовского морей, а 3 марта 1921 года сформирован штаб воздушного флота Черного и Азовского морей. Этот день стал отмечаться как день рождения Советской Черноморской авиации. Начальником воздухофлота назначили морского летчика М.М.Сергеева, военкомом – И.В.Куцко, начальником штаба – Н.М.Тулупова.
Предусматривалось создание двух гидродивизионов, состоящих каждый из двух гидротрядов и морского истребительного отряда. Для снабжения и мелкого ремонта предусматривались дивизионные склады-мастерские, а для снабжения и крупного ремонта – авиабаза моря. Но осуществить эти мероприятия полностью не удалось из-за недостатка гидросамолетов и личного состава. На 1 января 1921 года в морской авиации Черного моря было 33 гидросамолета (вместе с трофейными), из них половина – неисправные, поэтому было оставлено только два действующих гидротряда: гидротряд №-3 в Одессе в составе восьми гидросамолетов, гидротряд №-4 в Севастополе (бухта Нахимова (Матюшенко) в составе восьми гидросамолетов, истребительный отряд №-2 в Одессе в составе шести гидросамолетов и гидроавиационная база с мастерскими в Севастополе (склады-мастерские №-18 ВВС в Килен-бухте).
Все жилые и служебные помещения в бухте Нахимова (Матюшенко), Килен-бухте и Круглой бухте при уходе русского флота из Крыма в Бизерту были разрушены. Только кое-где уцелели ангары и спуски. 11 февраля 1922 года в бухту Круглую была переведена Самарская школа морской авиации. Школа разместилась в поселке Туровка, представлявшем из себя одни развалины. С 1924 года в Круглой бухте базировался 53-й отдельный гидротряд, раннее принимавший активное участие в боях с войсками Врангеля. В октябре 1928 года 53-й авиаотряд был перебазирован в бухту Голландия и переформирован в 63-ю отдельную авиаэскадрилью. На вооружении АЭ были четыре летающие лодки типа «Дорнье-Вааль». При 63-й АЭ были свои авиамастерские. Одновременно в бухте Нахимова базировалась 60-я отдельная АЭ. При 60-й АЭ также имелись свои авиамастерские. 31 октября 1929 года 60-я АЭ перебазировалась в бухту Голландия, а ее авиамастерские остались на старом месте.
Приказом ВВС МСЧМ №-135/45 от 4 октября 1929 года объявлялось о формировании в бухте Голландия 9-й авиабригады в составе:
60-й отдельной авиаэскадрильи;
63-й отдельной авиаэскадрильи;
9-й школы младших авиаспециалистов;
77 авиапарка.
9-й авиабригадой командовал участник гражданской войны В.К.Брегстрем, формированием 77-го авиапарка занимался летчик-наблюдатель стажер В.А.Варлов.
При 77-м авиапарке созданы авиамастерские на базе авиамастерских 63-й АЭ. Начальником авиамастерских был назначен старший авиатехник 63-й АЭ А.А.Берзин. Датой основания этих авиамастерских считается объявленная приказом ВВС МСЧМ №-135/45 дата начала формирования всех авиачастей Севастопольской морской базы по новой организации – 7 октября 1929 года. Есть все основания считать эту дату днем рождения Севастопольского авиационного предприятия, находящегося и действующего в настоящее время в бухте Омега.
Штатом №-39/18 для мастерских авиационного парка II разряда предусматривались должности: начальника, старшего авиатехника, двух младших авиатехников и четырех авиационных мотористов. Фактически в распоряжении А.А.Берзина находились лишь два младших авиамеханика и 17 вольнонаемных рабочих.
Оборудование мастерских в то время составляли: один токарный станок, два сверлильных станка, циркулярная пила, фуговальный станок по дереву, кузница на один горн с ручным приводом, автогенный аппарат.
Перед авиамастерскими стояла задача обеспечить боеспособность летных частей, базирующимися в бухте Голландия, мелкий и текущий ремонт гидросамолетов типа «Дорнье-Валь» и средний ремонт моторов типа BMV-6, ремонт плавсредств, автотранспорта, обслуживание аэродрома и отделов авиабригады.
Командир 77-го авиапарка Ф.Н.Варлов настойчиво ставил вопрос об увеличении штатов авиамастерских, мотивируя необходимость изменения штата большим объемом работ по среднему ремонту и переборке моторов. «Годовая практика работы мастерских показала абсолютную невозможность обслуживания запросов летных частей, вооруженных дюралиевыми самолетами, по выполнению всех предъявляемых требований технических частей летных эскадрилий. Вся тяжесть бесчисленного мелкого ремонта падает на мастерские парка и, дабы не срывать работы летных частей, приходилось содержать, подчас с не совсем законными комбинациями, добавочную рабочую силу.
В силу специфичности самолетов и оперативных требований к бригаде (ночные полеты) приходилось содержать сильную бригаду электриков и слесарей. В силу той же специфичности надо иметь квалифицированных дюралыциков, медников и слесарей» – докладывал Ф.Н.Варлов командованию 9-й авиабригады. Такая напряженность в работе мастерских возникла еще и потому, что с 1 января 1930 года эскадрильям 9-й авиабригады предписывалось иметь по шесть действующих самолетов типа «Дорнье-Валь» вместо раннее разрешенных четырех.
В 1931 году на территории Бонового городка на Северной стороне (в конце 90-х годов заво