ском пути их, таким образом, уже не было; вслед за ними должны были начать продвижение их ближайшие родичи — иранские племена. Конечно, нельзя исключить сохранение в пределах Иранского нагорья некоторых отставших групп индоарийцев (особенно дардо-кафиров), а также реликтовых племен древнейшего населения страны.
Появление индоарийцев в Индии еще не так давно было принято излагать как завоевательное вторжение племен высшей расы, частично истребившей, а частично поработившей и ассимилировавшей местное население, погрязшее в темноте и бескультурье. Открытие индской цивилизации в 20-годах нашего века доказало, что культура доарийского населения северо-запада страны была выше, чем у пришельцев, в разрушении же индской цивилизации, как указывалось в лекции 7, арии, видимо, важной роли тоже не играли.
Никаких данных, которые подтверждали бы факт единовременного и массового вторжения ариев в Индию с завоевательными целями, нет. По-видимому, не позже середины II тысячелетия до н. э. действительно началось просачивание индоарийских (по языку) племен в Индию, но оно было медленным и постепенным. Конечно, отношения пришельцев с местным населением (так же как и между собой) далеко не всегда были мирными, но в конце концов в результате этнических перемещений и взаимных контактов происходило поглощение пришельцев коренным населением Индии; в то же время пришельцы передавали ему свой язык.
Источники по истории Индии конца II — первой половины I тысячелетия до н. э
Как уже отмечалось нами, пока трудно утверждать наличие определенной преемственности между индской цивилизацией и последующей историей Индостана. Может быть, за это ответственны и ограниченность источников, и их недостаточная изученность. Да и характер источников различен. Если для III–II тысячелетий до н. э. почти единственным источником наших знаний о древней Индии являются данные археологии, то для конца II и первой половины I тысячелетия решающее значение сохраняют данные литературных памятников. К тому же и относятся они в основном к другой исторической области — Гангской.
Эти памятники — древнейшая индийская религиозная литература. Она состоит из сборников религиозных гимнов, жертвенных и магических формул, описаний ритуала, толкований и комментариев на священные тексты, но индийцами объединяется одним наименованием — Веда («знание»); в современной науке это название применяется обычно во множественном числе — «Веды». Период первой половины I тысячелетия до н. э., к которому относятся «Веды», часто называется в науке «ведическим». Разумеется, эта литература дает больше всего сведений о религиозных верованиях, но содержит данные и о культуре и экономике; данные же о политической истории крайне редки и разрозненны. Сильно снижает ценность источника неопределенность датировки отдельных частей «Вед». Все же большинство исследователей согласны в том, что мифологические части «Вед» — санхиты (древнейшая санхита — «Ригведа») — созданы в XI–IX вв. до н. э., объяснения ритуала (брахманы) — в VIII–VII вв. до н э. и древнейшие толкования религиозно-философского характера (араньякц, и упанишады) — в середине и конце I тысячелетия до н. э. Конечно, для историка это слишком широкие пределы, чтобы можно было делать выводы, которые удовлетворили бы всех.
К I тысячелетию до н. э. относятся памятники древнеиндийского эпоса, использование которого историком связано с чрезвычайно большими методологическими трудностями.
Освоение индоарийцами долины Ганга
Самым важным достижением в истории Индии с середины II по середину I тысячелетия до н. э. было хозяйственное освоение и заселение долины Ганга, до этого поросшей джунглями. Редкие поселения охотников и земледельцев существовали здесь и раньше; они связываются археологами с так называемой культурой медных кладов, носители которой проникали в долину Ганга с юго-востока. Возможно, что в конце II тысячелетия до н. э. в долину Ганга начинают спускаться и гималайские племена. Но главное направление колонизации шло с северо-запада на юго-восток — из современных Пенджаба и Раджастхана вдоль течения рек Джамны и Ганга. Показателем этого является распространение на восток «культуры серой расписной керамики», связываемое археологами с ариями, создателями «Вед». К середине I тысячелетия до н. э. долина Ганга была в основном освоена, хотя значительные территории еще оставались под лесами и болотами, особенно в отдаленных районах.
Главным техническим достижением, обеспечивавшим успех в этом грандиозном предприятии, было освоение металлургии железа. Железо, по-видимому, не было принесено в Индию ариями, скорее металлургия железа возникла здесь самостоятельно, так как обнаружен очаг ее в Восточной Индии (Западный Бенгал), относящийся к началу I тысячелетия до н. э.; а в Южной Индии (Майсур) железо появляется даже к XII–XI вв. до н. э., когда о тесных контактах с северо-западом страны говорить еще рано.
К середине I тысячелетия до н. э. и в долине Ганга основной отраслью хозяйства стало земледелие. Ведущим пахотным орудием был плуг, в который запрягали волов. Применялось искусственное орошение посредством каналов; известно было водочерпательное колесо. Из зерновых выращивались ячмень, пшеница, бобовые, просяные разных видов. Все большее распространение получал рис, возделывался хлопок, использовался сахарный тростник. Из масличных культур выращивались кунжут и лен.
Сохраняло важное значение скотоводство. Из домашних животных были известны коровы, буйволы, овцы, козы, ослы, верблюды. Лошади появились только во второй половине II тысячелетия до н. э., возможно в связи с переселением в Индию индоарийцев. Разводили их в основном на северо-западе страны; в глубине долины Ганга и в Южной Индии коневодство и позднее не привилось, так как климатические условия здесь не благоприятствуют разведению и хозяйственному применению лошадей; они использовались главным образом в военном деле. Главную роль в скотоводстве, как и у иранцев, играло разведение коров; в молениях, обращенных к богам, просьба дать обилие коров звучит чаще всего.
У индийцев ведического периода мы не встречаем таких крупных городов, как во времена расцвета индской цивилизации. Настоящие города в глубине долины Ганга возникают довольно поздно; пока не обнаружено ни одного, который можно было бы датировать ранее чем VIII в. до н. э. Да и более поздние не могут идти в сравнение с Мохенджо-Даро и Хараппой. Однако и эти города были не только административными, но и ремесленными центрами. Правда, почти все необходимое для сельского хозяйства производилось в самой деревне, но предметы вооружения, дорогие и высококачественные изделия для нужд знати (транспортные средства, украшения, ткани, посуда и др.) изготовлялись в городе. В источниках мы встречаем упоминания о литейщиках, кузнецах, ювелирах, гончарах, тележниках, плетельщиках матов и корзин, мясниках, цирюльниках, виноделах. Были мастера и более узких специальностей — колесники, изготовители лучной тетивы, вышивальщицы. Это свидетельствует о значительном разделении и специализации в ремесленном производстве.
Известно о существовании профессионального купечества и ростовщиков. В качестве мерила стоимости принимались коровы и наиболее распространенные шейные украшения — нишка. В конце VI — начале V в. до н. э. появляются первые предшественники металлической монеты в виде небольших брусков серебра с клеймом, удостоверяющим качество. Торговля велась сухим путем и по рекам. Упоминание еще в «Ригведе» стовесельных судов позволяет предполагать и наличие мореплавания. Торговые связи со странами Ближнего Востока, судя по косвенным данным, продолжали поддерживаться (Ассирийские цари VIII–VII вв. до н. э. захватывали в низовьях рек Тигра и Евфрата слоновые шкуры и кость, которые попадали сюда морским путем из Индии. Попытка введения культуры хлопка в Ассирии также, вероятно, указывает на связи с Индией.). Как показывает лингвистический анализ переднеазиатской терминологии, Индия вывозила на запад ценную древесину и благовония.
Общественный и государственный строй Северной Индии в первой половине I тысячелетия до н. э
У древних индийцев было широко распространено предание «о четырех веках». Согласно этому преданию, в первом из веков, «Совершенном» (Крита), люди жили счастливо, не зная болезней, тяжкого труда, частной собственности и общественного неравенства; все были добродетельны, и потому не было наказаний и государства. В каждом из последующих веков — Трета, Двапара и Кали — добродетельность людей снижалась на одну четверть, и соответственно постепенно ухудшались условия жизни людей. Особенно плох четвертый век, Кали, в котором живем и мы; он называется «темным» и «грешным»; прежние добродетельные нормы и правила жизни постоянно нарушаются, так как люди преисполнились всяческих пороков. Они начали угнетать, обманывать и оскорблять друг друга. Удержать людей от взаимного потребления теперь может только царь и только посредством суровых наказаний: так возникает государство.
Это сказание является искаженным представлением действительного хода исторического процесса. В веке Крита можно усмотреть идеализированное описание первобытнообщинного строя, в веках Трета и Двапара — период возникновения имущественного и общественного неравенства, в веке Кали — период сложившегося классового общества и обострения социальных противоречий. Обращает на себя внимание явное сходство предания с древнегреческим мифом о золотом, серебряном, медном и железном веке, только символика металлов здесь отсутствует.
Ведическая литература содержит самые ранние письменные данные об общественном развитии гангских племен. Сохранялась еще память о времени, когда предки, объединенные в общины (ганы), вместе владели имуществом, совместно трудились во главе со своими вождями (ганапати,), делили поровну плоды своего труда и как единое целое выступали перед богами. Но в наступившие времена все обстояло уже по-другому. Рядовой свободный индиец выглядит экономически вполне самостоятельным хозяином. Одним из показателей этого было проведение жертвенного ритуала, в большинст