воего главы.
Следующие несколько лет были не намного лучше анархии. Король находился в плену в Лондоне. Регентом считался наследный принц Карл, носивший звание дофин[57], который тогда был еще неопытен, слаб и труслив. Карл Злой, король маленькой страны Наварры[58] и притом знатнейший французский аристократ, беззастенчиво оспорил право Карла управлять Францией и добавил к ужасам иностранного вторжения все несчастья гражданской войны. Дофин созвал Генеральные штаты, но собрание депутатов от сословий королевства не оказало наследнику престола большой помощи. Радикальная часть сословных представителей, главой которой был купеческий прево Парижа Этьен Марсель, пыталась использовать эту возможность, чтобы ослабить королевскую власть и создать что-то вроде правительства из представителей третьего сословия. Современным читателям должен понравиться этот смелый шаг в сторону демократии, но на самом деле это было неподходящее время для дерзких экспериментов. Радикалы быстро опустились до кровопролития и насилия. Марсель вскоре был убит при попытке сдать Париж Карлу Злому. Восстание отчаявшихся крестьян, голодавших и деморализованных (Жакерия), было потоплено в крови, и, когда Иоанн был освобожден согласно договору, подписанному в деревне Бретиньи (в 1360 г.), во Франции снова установилось что-то похожее на мир.
Этот договор не был приятным для Франции. Правда, Эдуард не настаивал на своем очень сомнительном праве на французскую корону, но в остальном его требования были унизительными. Иоанн должен был выплатить выкуп в 3 миллиона золотых крон (огромная сумма в те времена) и отказаться от полного суверенитета не только над Кале, но и над практически всей Аквитанией. Так французская монархия потеряла добрую половину юга, и Черный принц создал в Бордо двор для наместников короля, своего отца. Лучшее, что можно сказать об этом времени, – что во Франции наконец был мир и появилась возможность восстановить страну. При Иоанне нельзя было ожидать заметных улучшений, но в 1364 г. этот безрассудный и любивший удовольствия король умер.
Дофин взошел на престол и начал править страной как король Карл V (1364–1380). Будучи наследником престола, он приобрел печальный опыт, и об этих событиях в истории осталась печальная память. Но несчастье стало для Карла хорошей школой. В нем не было ничего от героя, но не было также ни капли безрассудства. Физически он был слаб и оттого похож на ученого монаха-отшельника. В истории он остался как Карл Мудрый, один из умнейших монархов среди всех, которые правили Францией.
Угроза со стороны Англии слабела. Королевство Эдуарда III все же было тогда сравнительно бедным и было не в состоянии долгое время каждый год отправлять на континент новую армию, а лишь такие ежегодные нападения могли стать серьезной опасностью для Франции. Вскоре Черный принц был вынужден снова выступить в поход. Он повел свою армию из Бордо в Испанию, чтобы восстановить на престоле короля Кастилии Педро Жестокого, очень порочного и злобного человека, которого его подданные справедливо изгнали из страны. Черный принц победил (в 1367 г.), и Педро временно вернулся на свой трон. Но король Кастилии оказался очень неблагодарным протеже. Английский принц-полководец истощил силы своей армии и ослабил верность своих новых аквитанских подданных, установив для них тяжелые налоги. Недовольные из числа южан вскоре обратились за помощью в Париж, и Карл охотно выслушал их. За это время он спокойно и без шума реорганизовал свою армию, наполнил казну и теперь был готов разорвать договор, заключенный в Бретиньи. В 1370 г. война возобновилась.
Карлу повезло: он нашел себе очень талантливого военачальника – Бертрана дю Геклена, доблестного рыцаря из Бретани, который никогда не уклонялся от сражения, если оно могло дать ему преимущество, но ясно понимал, что пытаться победить английских лучников, атакуя их конницей в плотном строю, – просто безумие. Черный принц снова прошел со своей армией по французской земле, но все города встретили его запертыми воротами, и он не имел ни одной возможности вступить в открытый бой. Эта партизанская тактика быстро лишала сил малочисленные английские армии. Эдуард III сердито говорил: «Во Франции еще не было короля, который сражался бы меньше, чем этот, но ни один из них не доставлял мне столько неприятностей». Черный принц заболел, вернулся в Англию и там умер (в 1376 г.). Английские военачальники, которые остались командовать войсками вместо него, были не ровня дю Геклену. Неурядицы в Англии не позволяли им получать подкрепление с родины. К 1380 г. в руках англичан остались лишь города, расположенные на побережье, – Кале, Шербур и Брест на севере, Бордо и Байонна на юге. Первая большая атака англичан на Францию закончилась.
Карл Мудрый прожил всего сорок три года. Его смерть стала бедой для Франции. Старшему сыну этого короля, Карлу VI (1380–1422), было всего двенадцать лет, и он никогда не отличался большим умом. В 1392 г. новый король сошел с ума, но временами его разум прояснялся, и по этой причине его нельзя было полностью отстранить от власти и назначить регента. Годы, когда он числился королем, были для его народа непрерывным несчастьем. Сначала алчные и бездарные дяди Карла спорили о том, кто будет владеть королем и держать в руках бразды правления. Потом их сменили группировки более молодых аристократов, и вдохновительницей многих интриг этих придворных партий была безнравственная и беспринципная королева, супруга Карла, Изабелла Баварская. Соперничающие партии вскоре перешли от заговоров к убийствам. В 1407 г. могущественный герцог Орлеанский был заколот по прямому указанию своего соперника, герцога Бургундского. После этого вражда партий стала непримиримой. Бургиньоны (бургундская партия), несмотря на свое преступление, потеряли контроль над королем, и Карлом стали управлять их соперники – партия арманьяков[59], которая вскоре стала сильнее, потому что к ней присоединился дофин.
Но герцог Бургундии Иоанн Бесстрашный все же сумел развязать почти во всем королевстве гражданскую войну. И тут внезапно нагрянула новая беда: англичане во главе со своим королем Генрихом V (у Шекспира он – обаятельный принц Хел) начали новое вторжение.
Самим Генрихом V трудно не восхищаться, но нельзя отрицать, что он заявил о своих правах на французский трон, когда говорить о них было бессмысленно и бесполезно. Он высадился возле Арфлёра в Нормандии (в 1415 г.), захватил этот город и начал трудный поход до Кале.
В его армии с трудом можно было насчитать 15 тысяч солдат. Если бы французские князья из партии арманьяков, заявлявшие, что они – правительство короля, умели управлять своими войсками, они бы отрезали путь Генриху так же верно, как Иоанн мог бы сделать это с Черным принцем возле Пуатье. Но буйные вожди французов ничему не научились за шестьдесят лет. Они по-прежнему считали, что война – это только атаки конных рыцарей с копьями на изготовку. 50 тысяч французов, командующим которыми числился дофин, атаковали Генриха около Азенкура, поблизости от Кале, и повторилось то, что произошло в прежних сражениях. Земля была сырой и скользкой, отчего бойцы не могли быстро двигаться. Когда французы безрассудно попытались пойти вперед, они двигались в плотном строю, что делало их удобной целью для английских лучников. Когда длинные луки закончили свое дело, англичане пошли в наступление на деморализованного противника, и сражение закончилось почти бойней. Дофин бежал, оставив 10 тысяч своих людей убитыми на поле боя, а очень многих знатнейших аристократов – в плену у Генриха. По власти королей во Франции был нанесен сильнейший удар.
Сражение в XV в.
Генрих умело использовал свою победу. Он позволил армань якам и бургиньонам воевать между собой внутри Франции, но в 1418 и 1419 гг. взял в свои руки Кан, Руан и другие города-крепости Нормандии. В 1419 г. арманьяки отомстили за убийство герцога Орлеанского, предательски убив герцога Бургундии, Иоанна Бесстрашного.
Штурм и оборона города в XV в.
Дофин был замешан в этом заговоре[60], а Филипп Бургундский, сын и наследник Иоанна, из-за убийства отца бросился прямо в объятия англичан.
Бургундия уже была большим и мощным княжеством, и многие ее земли находились вне Франции – «в империи». Филипп был более могущественным, чем многие тогдашние короли, и его сторону приняла бессердечная королева Изабелла, которая так ненавидела дофина, своего родного сына, что устроила заговор, чтобы лишить его престола и посадить на трон Франции Генриха Английского. От имени беспомощного Карла VI Бургундия и Изабелла заключили в Труа (в 1420 г.) позорный договор, по которому дофин лишался наследства, а Генрих должен был жениться на Екатерине, дочери короля Карла, и после смерти Карла стать королем обеих стран – Франции и Англии. Дофин еще удерживал в земли к югу от Луары, но казалось, что англичане все крепче сжимают в кулаке всю Северную Францию. Париж был в их руках и вместе с ним – значительная часть прежних владений рода Капетинов, когда в 1422 г. Генрих V умер. Через несколько недель за ним последовал сумасшедший старый Карл VI, царствование которого было одним из самых бедственных во всей истории Франции.
У Генриха V остался десятимесячный сын от Екатерины, в будущем – несчастный король Англии Генрих VI. Регенты этого ребенка владели практически всей Францией к северу от Луары, а также землями вокруг Бордо. Его признавали «королем» герцог Бургундский и парижский парламент, высший законодательный орган Франции. К югу от Луары большинство областей теперь признавали дофина королем Карлом VII (1422–1461). Это был «молодой человек девятнадцати лет, с приятными манерами, но слабый телом, бледный и недостаточно мужественный». Его обвиняли в любви к постыдным удовольствиям.