[243] На раскате постоянно дежурило 33 казака.[244]
Между Даниловским и Ивановским бастионами располагался Донской раскат. Он представлял собой деревянный сруб в форме усечённого конуса, заполненный внутри землей. На настиле из брёвен и досок стояло десять пушек.[245] До пожара 1689 года— это были азовские бронзовые пушки, заменённые позже чугунными пушками. В карауле здесь постоянно находилось 23 казака.[246] Внушительной была внешняя сторона Донского бастиона, достигавшая 5 м, высота внутренней стены была около 1,5 м.
С западной стороны центральная часть Черкасска была защищена Андреевским раскатом. Он был полностью деревянным и имел форму квадрата. Как и другие раскаты Черкасска, он имел внешнюю и внутреннюю стороны, высота которых соответственно равнялась 2 м 74 см и 1 м 20 см.[247] При восьми пушках раската караульную службу нёс 21 казак.[248]
Мостовой раскат, прикрывавший Черкасск с северной стороны, был также построен из дерева и имел форму прямоугольника с треугольным выступом к воде. Высота внешней стены достигала 4,4 м, внутренней 1,2 м.[249] Как и на Андреевском раскате, здесь было восемь пушек[250] и караул из 21 человека.[251]
Между Мостовым раскатом и Даниловским бастионом во второй половине XVIII в. был построен деревянный Кумшацкий раскат.
За пределами Черкасского острова находилось ещё четыре бастиона.
У предместья Ратного восьмой – Никольский, девятый и десятый раскаты, называвшиеся Северными, одиннадцатый раскат назывался Петровским и находился чуть выше Татарской станицы.[252]
Каждый бастион находился в ведении специально назначенного старшины. Починкой артиллерии и закупкой различных принадлежностей для орудий ведал «пушкарский староста».[253]
Черкасский городок имел прямоугольную квартальную планировку.
Как считает архитектор Лазарев, такая планировка напоминает планы военных греко-римских поселений. О квартальной разбивке Черкасска свидетельствуют и архивные документы. В одном из них говорится, что «Есаул Степан Иванов сын Семенченков продал дом, состоящий в 1-й части 13 квартала под № 361».
В Черкасске было четверо ворот: Богоявленские, Московские, Родионов-ские, Прибылянские. Богоявленские ворота находились на южной стороне Черкасской крепости напротив собора. Московские ворота располагались на севере, напротив моста через протоку. В районе Ратного предместья Черкасска, около Родионовского ерика, находились Родионовские ворота, а на западной стороне— Прибылянские ворота, через которые в мае 1708 года вошли повстанцы Кондратия Булавина. Кроме того, в городе было 10 калиток и 3 каланчи, с которых огневщики наблюдали за пожарами.[254]
В I половине XVIII в. Черкасск активно сдерживал натиск турок и татар, был форпостом русской обороны на юге России. Последний раз Черкасск подвергся нападению в 1773 году,[255] когда крымский хан Девлет-Гирей совершил глубокий рейд по донским станицам. Опасность для города была столь велика, что войсковой атаман Сулин велел наскоро укрепить обветшавшие укрепления, усилить малочисленный гарнизон донской столицы. Девлет-Гирей не решился штурмовать город, а вскоре был разбит на реке Калалах уроженцем Черкасска Матвеем Платовым.
После образования крепости Димитрия Ростовского (1761), окончательного присоединения Азова к Российскому государству (1769), Черкасск потерял значение как крепость. Его крепостные сооружения постепенно приходят в упадок, что отметил генерал-майор Александр Ригельман, побывавший в Черкасске в 70-х гг. XVIII в.[256] Этот процесс разрушения крепостных сооружений Черкасска хорошо прослеживается на планах XVIII в. Например, на плане Черкасска 1776 года ни у одного раската нет внутренней стены. Каменная стена представлена обрывками.[257] В следующее десятилетие крепостные сооружения донской столицы были почти полностью уничтожены. А на плане Черкасска 1797 года нанесены скудные остатки некогда мощных и грозных крепостных сооружений города.[258]
А. Щекатов, приводя данные на начало XIX в. о крепостных сооружениях Черкасска, писал: «Город ныне огражден палисадником от вешнего немалого наводнения… кругом на 4 версты, а с предместьями на 20 верст; имеет в пристойных местах 8 деревянных и 2 каменных бастионов».[259]
В 1864 году на местах, где некогда грозно высились черкасские бастионы, стараниями священника Г.А. Левицкого, были поставлены каменные стелы. В настоящее время на некоторых из бастионов установлены на каменных постаментах крепостные пушки XVIII в., найденные при раскопках Даниловского бастиона. Чугунные таблички обозначают название каждого бастиона.
До наших дней сохранились многие картографические источники, среди которых интерес представляют собой планы донской столицы. Ценность планов Черкасского городка заключается в том, что, анализируя их, можно точно проследить динамику застройки и функциональное назначение его отдельных районов.
Первый план Черкасска был снят геодезистом Алексеем Быковым в 1706 году. Он приехал на Дон по приказу Петра I с целью «описать местность и учинить чертеж по Камышинке и по Иловле и по Дону… описать места и урочища и где леса и острова и поля».[260] План этот до наших дней не дошёл.
На плане Черкасска 1728 года, дошедшем до нас, изображён контур Черкасского острова с девятью бастионами без остальной застройки.[261] Та же картина наблюдается и на плане донской столицы, снятом в 1740 году.[262] Кроме крепостных сооружений Черкасска на нем ничего больше нет. Единственно, что может привлечь внимание исследователя, является здание, имеющее форму креста, поэтому можно предположить, что это либо церковь, либо часовня. По всей вероятности, здесь находилось кладбище, что подтверждено зондажем почвы, который провели в 1972 году археологи, обнаружившие при этом множество костей. В атласе вице-адмирала Корнелия Крюйса на этом месте обозначено здание, названное «домом государя».
Следующий план Черкасска датирован 1748 годом.[263] Вся внутренняя площадь городка показана незастроенной: станицы расположены вдоль восточной, северной и западной крепостных стен Черкасска. На этом плане видно, что на возвышенной территории, примыкающей к Дону, видны такие постройки, как артиллерийский цейхгауз, войсковой амбар, пороховой каменный погреб, представлявший собой большое каменное здание, построенное на пустой площади. Здесь хранилось до тысячи пудов пороха. В 1744 году во время пожара погреб взорвался, что привело к уничтожению огнём почти всего Черкасска.[264]
Впоследствии, когда была упразднена Аннинская крепость, находившаяся в пяти километрах к северо-востоку от Черкасска, порох был перевезён туда, а здание порохового погреба переделано в острог.[265]
На планах 60–70 годов XVIII в. видно, что наиболее интенсивно застраивалась прежде всего южная часть города, наиболее удобная для жилья. Здесь располагались дома богатых казаков Фроловых, Краснощёковых, Иловайских, Мартыновых. На плане 1767 года впервые обозначено место Ефремовского подворья, с дворцом и Донской церковью, но без других построек, собор с колокольней, рядом с которой здание войсковой канцелярии, торговые лавки, четверо ворот и другие строения. Здесь виден также мост на Ратную церковь. Это был так называемый большой мост, который тянулся от Дона до Преображенской церкви. Его длина равнялась пятистам шестидесяти саженям (1 сажень— 2 м 13 см), ширина— трём и высота— одному саженю.[266] Мост этот возвышался над землей совершенно горизонтально, не имея ни сводов, ни арок. Он стоял на двух тысячах мощных дубовых столбов. По обеим сторонам большого моста располагались гауптвахта, аптека с госпиталем, богадельня, главное народное училище, в предместье Ратного урочища здание гимназии.[267]
В конце большого моста в 1787 году были построены триумфальные ворота для встречи императрицы Екатерины Второй. Однако в связи с обострением отношений с Турцией визит императрицы был отложен, а войсковой атаман Алексей Иловайский получил от князя Григория Потемкина письмо следующего содержания: «Высочайшее ее императорского величества обратное шествие из Тавриды имеет быть уже не на Черкасск, но через Перекоп на Кременчуг и Полтаву. Дав знать о том вашему превосходительству, предписываю оставить все делаемые в границах войска Донского для посещения приготовления, а иметь только в запасе до трех тысяч лошадей с хомутами и со всею упряжью и при каждой паре по одному погонщику, дабы по первому повелению могли оные тотчас быть отправлены куда от меня будет назначено. Все сделанные в Черкасске походные дворцы отослать по получении сего немедленно в Перекоп».