В.Д. Сухоруков полагал, что «если бы начальство войсковое твёрдо и постоянно действовало к улучшению места Черкаска, то без сомнения достигло бы своей цели, и тогда донской город обладал бы прекрасным местом и многими выгодами. Предприятие сие могло потребовать больших издержек и без сомнения немало времени. Но суммы, истраченные на устройство Новочеркасска и 27 лет протекших от начала переселения его, едва ли не превосходят то. Прекрасная пристань, богатая биржа для складки товаров, выгодный рыбный промысел, изобилие всех жизненных потребностей, водою доставляемых, и многия другия значительные преимущества, для всех состояний народа, были бы в руках города».[427]
18 мая 1805 года состоялась торжественная закладка Новочеркасска. А весной 1806 года состоялся официальный перенос донской столицы из Старого Черкасска в Новый Черкасск.
9 мая 1806 года в Воскресенский собор были принесены войсковые регалии и знамёна. Войсковой атаман Платов со свитой отправился в сей храм, где присутствовал на обедне и благодарственном молебне. При возглашении многолетия Государю императору и всей Августейшей фамилии, с городского бастиона из пушек был дан 51 выстрел. После молебна вся процессия во главе с атаманом на судах отправилась к северу (к новой столице). Старый город проводил свои трофеи и своё начальство 31 пушечным выстрелом с городского бастиона и стрельбою из ружей станичников.
Впереди всей процессии была лодка с полковым знаменем, на котором был изображён Святитель Николай Чудотворец. Затем следовала лодка с духовенством, а с нею 2 лодки в ряд с певчими и церковниками. За духовенством плыли 2 лодки в ряд с регалиями и знамёнами; сзади шлюпка с зерцалом и дьяками, а потом следовали 4 шлюпки в ряд: на одной из них был атаман с правителями, а на остальных благородное общество. По бокам с правой стороны лодки с городскими станицами при станичных знамёнах и бунчуках, с левой – лодки соседних станиц: Маноцкой, Багаевской, Бессергеневской и Заплавской.
За центральными шлюпками плыли по две лодки в ряд с канцелярскими служителями, учениками гимназии, начальственного и приходских училищ, в заключение – шлюпка с директором и учителями. Позади всех плыли полицейский чиновник с казаками. Как только процессия стала равняться с крепостью (Аннинской), снова раздался салют в 31 выстрел.[428]
В тот же день у временной войсковой канцелярии в Новочеркасске, которая стояла на месте нынешнего музея истории донского казачества, состоялось официальное провозглашение новой столицы донских казаков.
Глава 10Гражданская архитектура Черкасска. XVII–XVIII вв
Своеобразной была архитектура казачьих домов Черкасска, которые казаки называли куренями. Этот термин, как считают некоторые историки, происходит от монгольского куря — стойбище, круг;[429] да и расположение комнат в таком доме шло по кругу, вокруг печки.
Приход монгольских племён в Подонье и Приазовье был последним мощным миграционным процессом, который испытала на себе Восточная и Юго-Восточная часть Европы. Вместе с монголами на Дон пришла и их культура жилища. Примечательным также является и тот факт, что традиционные монгольские мотивы и элементы декора перешли позже в культуру донских казаков. Так, например, на карнизах, фризах и пилястрах донских казачьих куреней обязательно применялся традиционный монгольский мотив, который ранее расшифровывался как стилизованная виноградная лоза. [430]
Донские историки, занимавшиеся этой проблемой (Сулин, Быкадоров и др.), пришли к выводу, что курень «по типу постройки, безусловно, новгородского происхождения, и обычная краска его в желтый цвет, установилась, вероятно, преемственно от новгородцев».[431] В XVII в. Черкасск описывается очевидцами как город «деревяной рубленой». После страшного пожара 1687 года многие казаки живут в земляных избах, «и от тех изб многие умирают от угару». Очевидно, такие жилища упомянуты здесь как необычные.[432]
В XVIII в. город Черкасск, по мнению В.Д. Сухорукова, «был построен так тесно и неправильно, что нельзя было найти порядочное место для гуляния. Почти ни один дом не имел двора». И далее историк так пишет об архитектуре древней казачьей столицы: «Что касается собственно до строений, то Старочеркасская станица представляет любопытное разнообразие. Старинные дома являют замечательное отличие от нынешних: и архитектура, и украшения их имеют какое-то странное смешение азиатских форм с древним русским вкусом».[433]
В XVII–XVIII вв. донская столица почти ежегодно подвергалась наводнениями. «При больших разливах все место покрывается водою; в сие время жители к друг другу ездят на лодочках, а для пешеходов делаются из досок узкие помостки, проведенные с одного крыльца на другое или расположенные на воде в виде плавных мостиков… Иностранные путешественники, посещавшие Черкасск, говорят, что город может быть сходен с Венециею, если бы прилежно занялись его устройством».[434]
Побывавший в начале XIX в. А.Л. Де Романо писал, что «Черкасск – чисто азиатский город: дома лепятся друг к другу, сидят в беспорядке; много здесь лачужек и очень мало каменных домов. Десятка два последних по цене равняются всем остальным постройкам города. Ценные каменные дома принадлежат Мартынову, Малчевскому, Леонову, Грекову, Орлову, Машлыкину, Епифанову, Меркулову, Поздееву, Попову, Слюсареву, Тарасову, Гуселыцикову, Быхалову и др. Весь город занимает небольшое пространство, чем и объясняется теснота и скученность построек. На дворах негде вырыть погреб, поставить конюшню; лошади и экипажи содержатся за городом. Очень мало дворов длиною в 7 и шириною в 5 саженей. Таких домовладельцев считают счастливыми, потому что огромное большинство дворов занимает не больше 3x4 саженей. Узкие улицы в центральной части Черкасска походили на улочки средневековых восточных и, отчасти, западноевропейских городов: соседи из противоположных домов могли поздороваться за руку».[435]
Курени первоначально крылись чаканом (растение, называемое по-научному «рогоз широколистный»), камышом, лубом или тесом, а позже железом. Вокруг дома шёл небольшой балкончик— балясник. Внутри куреня насчитывалось не меньше трёх комнат: стряпная, спальня, чистая и зала.
Казачьи курени в XVI–XVII столетиях были, как правило, деревянными, но по данным некоторых исследователей, «некоторые городки имели каменные замки».[436] С XVIII в. казаки строили каменные дома-курени.
Классический черкасский курень имеет два уровня и состоит из каменных «низов» (подклета) и деревянных «верхов», венчает курень четырехскатная крыша. Черкасский курень имел, как правило, прямоугольный план, и его размеры могли быть 6 х 8, 8 х 10 или 10x12 метров.
«Низы» черкасского куреня состояли из 2 помещений: не отапливаемого, первого от входа, служившего для хозяйственных нужд; второе помещение имело печь и использовалось для жилья. «Низы» имели от 2 до 4 окон. Вход в «низы» осуществлялся со двора. В качестве строительного материала этой части черкасских куреней использовался желтый известняк— ракушечник. Внутри и снаружи «низы» штукатурились и белились, что придавало куреню в целом праздничный вид.
Второй этаж черкасского куреня строился из толстых бревенчатых пластин, щели между которыми забивались паклей, иногда даже шерстью, и замазывалась снаружи глиной. Внутри и снаружи «верхи» обшивались широкой сосновой доской. То же делалось и с потолком. Второй этаж куреня имел два входа: рабочий и парадный. Последний обычно находился со стороны главного фасада и являлся украшением куреня.
Между этажами куреня тянулся узкий балкончик, называемый у черкассцев балясником. Он служил для закрывания ставен окон; здесь жители дома любили отдыхать.
Обычно курень имел от 2 до 5 комнат: столовая, зала и две спальни. Первая от входа комната служила и передней, и кухней, и столовой. Здесь же находилась печь. Печь выступала как самостоятельный архитектурный элемент. Обычно это была печь-голландка (без лежанки). Первый уровень печи находился в «низах», а над ним, в «верхах», устраивался второй уровень. В комнаты были обращены вертикальные тепловые «зеркала», в которых устраивались многочисленные воздушные каналы, через которые нагревалась их поверхность. Верхняя часть печи выходила в чердачное пространство и состояла из горизонтальной части дымохода, которая называлась «лежень», и вертикального дымохода, переходившего в дымовую трубу над крышей.[437] По тому, как выглядела печь, судили о хозяйке дома. Печь должна была сиять чистотой, поэтому черкасские казачки мазали глиной и белили ее почти каждую неделю. Вдоль стен и стола на кухне стояли лавки, а у богатых казаков – стулья. Здесь же имелся поставец с посудой.
Зала и горница выглядели празднично и парадно. Иконы имелись в каждой комнате, но в зале «красный» угол был богаче и украшался несколькими иконами, часто в серебряных окладах. Для украшения в зале стояла горка с праздничной посудой: супницей, посудой для осетра и др. Здесь же находилась «комода», где хранилось белье. Парадный стол, застеленный праздничной скатертью, со стульями необычной формы, стоял обычно в центре. Часы на стене, зеркало, семейные фотографии дополняли интерьер залы. Стены иногда украшались коврами, на которых висело различное оружие. В зале принимали наиболее почетных гостей, служили молебны по большим праздникам.