Часть средств на закупку медикаментов отпускалась московским правительством, но основную сумму давало само войско. Закупка производилась зимовыми станицами, ежегодно посылаемыми с Дона в Москву. Так, атаманом зимовой станицы, отправленной в 1776 году в Петербург, «было закуплено у тамошнего аптекаря Дурута лекарств на 566 р. 16 к.»[1016]
Доктор Гевит пробыл в Черкасске около восьми лет, ив 1758 году его сменил Фридрих фон Лаутенбург.[1017] Он имел учёные степени докторов медицины и философии. Сам родом из Праги, Лаутенбург закончил Карловский университет в Праге. В подчинении у Лаутенбурга находился войсковой лекарь.
Новый врач расширил ассортимент медикаментов и круг аптек, снабжавших донскую столицу медикаментами: кроме Московской и Царьградской аптек медикаменты в Черкасск присылала Лебенская аптека. В год на лекарства отпускалось 453 рубля. Лаутенбург, несмотря на два докторских диплома, получал в год ту же зарплату, что и его предшественник, – 790 рублей.
Врачебная карьера Лаутенбурга в Черкасске закончилась довольно неожиданно и плачевно. Обвинённый в том, что он дал яд жене старшины Сидорова, вознамерившейся отравить мужа, Лаутенбург был уволен в мае 1759 года.[1018]
В черкасском войсковом лазарете продовольственный рацион для легкораненых казаков состоял из «хлеба ординарного, крупы грешневой, масла конопного и соли». Тяжелораненых, особенно в голову, питали белым хлебом, крупой овсяной или ячменной, маслом «деревянным» и конопляными семенами.
В дальнейшем за решение проблемы медицинского обслуживания населения Дона и Черкасска брался атаман Матвей Иванович Платов. По его инициативе в Земле Войска Донского была сделана попытка создать штат медицинского персонала из донских казаков. С этой целью от каждой из донских станиц было отобрано по одному мальчику, с которыми занимался войсковой доктор. Из 114 человек, с которыми проводились занятия по медицине, 73 человека в дальнейшем непосредственно участвовали в практическом лечении донцов.
С Черкасском связана организация регулярной почтовой связи земли донских казаков с центральными районами России, с Москвой, Петербургом. Почта на Дону начинает организовываться в 90-е годы XVII в. В 1696 году перед взятием Азова Пётр I возлагает на донцов обязанность по содержанию почты на территории войска. В отписке царю войско сообщает о частичном выполнении приказа и просит денег на наем подвод.[1019]
12 марта 1696 года из Посольского в Разрядный приказ боярину Т.Н. Стрешнёву последовала память о составлении приказа о выдаче денег войску Донскому на наём подвод для содержания почты.[1020]
Перед русско-турецкой войной 1735–1739 годов по докладу фельдмаршала Миниха для связи армии с Москвой и Петербургом решено было организовать почтовые станы от Тулы до крепости Святой Анны (в 5 км к северо-востоку от Черкасска). Такой указ последовал 7 октября 1735 года.[1021] Предписывалось организовать станы в 30 верстах друг от друга и «гонять почту со скоростью 15 верст в час».[1022] На каждом стане надо было иметь по 5 подвод. От Воронежа до крепости Св. Анны забота по организации станов полностью возлагалось на войско Донское. В ноябре 1735 года станы уже функционировали.[1023]
В 1736 году начались военные действия против Турции. И сразу же последовал указ императрицы от 22 июня 1736 года об улучшении почтовой службы.[1024] В указе в частности говорилось: «для скорейшего переезда посылаемых отсюда (из Москвы и Петербурга) в армии в Крым и под Азов и оттуда сюда курьеров на почтовых станах лошадей прибавить, а именно: поставить на каждом стану от Москвы до тех мест, где ко оным армиям дороги раздвоились, по 20, а оттуда как к армии в Крыму обретающейся, так и в другую сторону к Азову по 12 лошадей».[1025] Из этого числа 4 лошади всегда должны были держаться наготове прямо на станции. И кормить их надлежало здесь же, в то время как остальная часть содержалась в поле. Правительство намечает общий маршрут организации почтовых станов. Он выглядел так: Москва – Белгород – Переволочно – к донской экспедиции (армии) – через Изюм.[1026]
Учреждение почтовых станов, несмотря ни на что, шло очень медленно. Об этом свидетельствует тот факт, что для исполнения первого приказа об учреждении почтовых станов, последовало до 12 ноября 1739 года еще 400 указов.[1027]
Указом императрицы Анны Иоанновны от 25 января 1739 года был определён порядок пользования почтовыми станами: 1) подводы надлежало давать по подорожным командующего войском генералитета и знатных гражданских управителей. 2) Подводы давать только курьерам. 3) За версту полагалось платить по деньге. 4) Проезжающим через казачьи городки генералам, обер- и унтер-офицерам подставных казачьих лошадей давать запрещалось, кроме лиц, едущих по делам императрицы. Этим лицам разрешалось давать подводы по рангам: генералам полным – 15, генерал-лейтенантам и вице-адмиралам – по 12, генерал-майорам – по 10, бригадирам и капитан-командорам – по 7, полковникам и обер-комиссарам – по 5, подполковникам – по 4, майорам – по 3, капитанам – по 2, прочим обер-офицерам – по одной. 5) Полковые грузы необходимо было отправлять водным путем. В крайних случаях по подорожным командующего генералитета разрешен был провоз грузов, но не более 15 пудов на подводу».[1028]
Казаки неохотно несли службу на почтовых станах. Причиной тому были грубость армейских офицеров, требовавших иногда бесплатно лошадей.[1029]Для пресечения злоупотреблений и грубостей со стороны офицеров Анна Иоанновна издаёт указ, в котором сказано: «атаманов и казаков никому напрасно не бить и ругательными словами не поносить и других озлоблений не чинить, и ничего у них безнадежно не брать под опасением воинского суда, а за тяжкое озлобление и учиненное казакам разорение – смертныя казни, о чем публиковано будет впредь печатными нашего императорского величества указами».[1030]
К 1742 году назрела необходимость увеличить плату за пользование подводами. Официально эта мера объяснялась тем, что «ямы (почтовые станции) от малоположенного платежа за подводы пришли в разорение». Устанавливались новые цены на проезд: от Петербурга до Новгорода – по копейки, от Новгорода до Москвы – по деньге за версту, а в прочих местах государства, кроме рижской дороги, за ямские по алтыну на 10 верст.[1031]
Донские казаки подводами из почтовых станов пользовались в том случае, если им надлежало вывозить из Москвы медь, олово и другие материалы, используемые для постройки и ремонта церквей. Всеми почтовыми делами ведала ямская канцелярия.
На первых порах обслуживание почт на донской земле правительство возлагало не только на казаков, но и на других жителей края. Вскоре оно убедилось, что донские казаки были наиболее пригодными для выполнения этой повинности. Поэтому её стали возлагать только на них. В связи с этим почтовая повинность казаков стала более обременительной, причём многим из них приходилось нести её за пределами Донской земли.[1032]
В 1757 году Войску было предписано на почтовых станах иметь определённое число казаков с упряжными повозками и лошадьми. Позже предписанием центрального правительства войсковому атаману вменялось в обязанность следить за порядком почтовой гоньбы в крае и стараться о приведении её в лучшее состояние. Для отправления почтовой гоньбы на Дону Войско определило производить ежегодный наряд казаков с упряжными повозками и лошадьми. Некоторое время для отправления почтовой повинности привлекались отставные казаки, которые в силу своего возраста и здоровья не всегда исправно несли эту повинность. В связи с этим на почтовую гоньбу стали снаряжать служилых казаков и малолеток. Для отбывания почтовой повинности все станицы выставляли до 500 казаков, а со временем их число возросло до 1000.[1033] Все почтовые станции Дона находились в ведении войсковых комиссаров, которых назначал войсковой атаман. Они обязаны были наблюдать за исполнением почтовой повинности, следить за правильной и скорой перевозкой казённых пакетов, за исправным содержанием лошадей и сбором прогонных денег.[1034]
Несмотря на проведенные преобразования, донская почта и почтовые дороги находились в весьма неудовлетворительном состоянии. Некоторые изменения в почтовом деле стали происходить на Дону в царствование Екатерины II. Это выразилось в том, что частично были отремонтированы почтовые дороги, построено несколько почтовых станций, на трактах увеличена численность почтовых казаков. В 1775 году Войско по требованию правительства составило «Описание почтовых трактов в земле войска Донского». В нём была определена оценка характера местности, по которой пролегал почтовый тракт, дано подробное описание почтовых станций, переправ и рек, указано число дворов в деревнях и станицах, через которые проходил тракт. В 1776 году войсковой дьяк Гаврила Ерофеевич Колпаков составил «Дорожную опись Войска Донского».