[116] в некий слиток серебра[117], когда закройщик зимней шубы скроил горностаевую мантию[118], соразмерно длине и ширине, покатости холмов и долин, и когда гладь речной поверхности на один дротик «глубь затвердела подобно камню, тогда войско монгольское, которое было отвратительнее злых духов и многочисленнее дождевых капель, по повелению Берке-огула, подобно огню и ветру прошло по сей замерзшей реке».
Известный исследователь Рьё, автор описания персидских рукописей Британского Музея, говорит об «Истории» Вассафа, что она «содержит достоверный, современный событиям, обзор значительного периода, но ее несомненная ценность в сильной степени уменьшается благодаря недостаткам метода его изложения и еще более благодаря высоко искусственному характеру и утомительному многословию его стиля. К несчастью, он был взят за образец и оказал гибельное влияние на позднейшие исторические сочинения в Персии»[119].
Политическая направленность труда Вассафа такая же, как у Рашид-ад-Дина. Как и Рашид-ад-Дин, Вассаф, вместе с льстивыми и цветистыми панегириками монгольским ханам, показывал их зверства, насилия и гибельные последствия их налоговой политики для земледелия и городской жизни областей Ирана, особенно Фарса, о состоянии которого Вассаф писал по личным впечатлениям.
Полное литографированное издание персидского текста труда Вассафа вышло в Бомбее в 1269 г. х. = 1853 г. н. э.; это издание содержит также ферхенг, т. е. толковый словарь малоупотребительных, архаических и специфических выражений и терминов, встречающихся во множестве у Вассафа. Часть труда Вассафа (только первый том) издал вместе с немецким переводом Хаммер — Пургшталь (Вена, 1856).
Хамдуллах ибн Абу Бекр Мустоуфи Казвини (родился около 1281 г., год смерти неизвестен) происходил из старинной знатной фамилии Мустоуфиев, с XI в. занимавшей наследственно пост начальника казначейства (мустоуфи) Казвинокого вилайета. Хамдуллах Мустоуфи Казвини пользовался покровительством Рашид-ад-Дина и занимал видные должности по финансовому ведомству и одно время управлял финансами Казвина и ряда соседних вилайетов.
Исторический труд Хамдуллаха Казвини «Тарих и гузидэ» («Из бранная история») был закончен в 1330 г. и посвящен сыну Рашид-ад-Дина, везиру Гийас-ад-Дину Мухаммеду Рашиди. В этом труде, типа «всеобщей истории», XII раздел IV главы содержит сжатую историю монгольских ханов в Иране; VI глава дает подробное описание родного города автора — Казвина. Изложение доведено до 1329 г. н. э.
«Тарих и и гузидэ» издана Эдуардом Г. Броуном В серии памяти Гибба в двух томах — перс. текст (факсимиле описка половины XV в.) и сокращенный английский перевод (Лейден — Лондон, 1910–1913 гг.). В рукописи, изданной Броуном, имеется добавление — история династии Музаффаридов, составленная около 1420 г. Махмудом Кутуби.
В некоторых рукописях «Тарих и гузидэ» содержатся продолжения: а) составленное самим Хамдуллахом Казвини и доведенное до 1344 г. н. э.; б) написанное его сыном Зейн-ад-Дином Мустоуфи Казвини и излагающее события в Иране до 1392 г. н. э.
Около 1335 г. Хамдуллах Казвини закончил огромную (75000 бейтов) стихотворную летопись-поэму «Зафар-намэ» («Книга победы»), задуманную как продолжение «Шах-намэ» Фирдоуси. Изложение событий в «Зафар-намэ» доведено до 1331/2 г. н. э. Здесь сообщены некоторые факты и датировки, которых нет в других источниках. Особенно ценен драматический рассказ о взятии монгольскими войсками города Казвина и о произведенной ими там всеобщей резне в 1220 г., написанный на основании рассказа прадеда автора.
Третье сочинение Хамдуллаха Казвини — законченный около 1340 г. н. э. труд по космографии и географии — «Нузхат ал-кулуб» («Услада сердец»). Наибольшую ценность представляет третья часть этого труда, содержащая подробное географическое описание Ирана и государства Хулагуидов. Автор использовал большое число первоисточников; правда, данными более ранних географов он пользовался довольно скупо и критически; благодаря этому анахронизмы встречаются у него сравнительно редко. Только описание Фарса составлено почти целиком на основании «Фарс-намэ» Ибн-ал-Балхи (XII в.), однако, не без критического подхода к фактическому материалу последнего. В большей же своей части сведения по экономической географии Ирана современны автору; автор использовал как источник податные списки (дафтары) государства Хулагуидов, к которым он, как сановник финансового ведомства, имел доступ. Описание каждого вилайета построено по единому плану: приводятся координаты широты и долготы, сведения о природных условиях, о видах орошения, о земледелии и растительных культурах, о го родах, о религиозной принадлежности населения; почти по всем вилайе там приведены цифры налоговых поступлений и по многим вилайетам — цифры селений. Напротив, сведения о ремесле, торговле и городской жизни крайне скудны. Отдельно описаны реки с оросительными каналами, рудники и маршруты караванных путей, пролегавших через Иран.
Хамдуллах Казвини, как и Рашид-ад-Дин и Вассаф, выражал политические идеи чиновной знати, тесно сросшейся с центральным государственным аппаратом и поддерживавшей централистские традиции старо иранской государственности против феодальной раздробленности.
Полное литографское издание текста «Нузхат-ал-кулуб» (Бомбей, 1311 г. х. = 1894 г. н. э.) крайне неудовлетворительно. Научно-критическое издание географической (третьей) части «Нузхат-ал-кулуб» выпущено Ле Стренджом в серии памяти Гибба (Лейден — Лондон, 1915, 2 тт. — персидский текст и английский перевод).
Мухаммед ибн Али Шебангарэи[120], поэт и историк, составил по-персидски краткую и сухую «всеобщую историю» — «Маджма'-ал-ансаб» («Собрание генеалогий»). Вторая, улучшенная версия этого труда закончена автором в 1342/3 г. н. э.; до этого времени доведено и изложение. Источник этот представляет интерес преимущественно при описании событий 20 — начала 40-х годов XIV в.
Труд Шебангарэи не издан. В коллекции Института востоковедения АН СССР (Ленинград) имеется рукопись Шебангарэи — автограф.
Произведений региональной историографии в описываемый период создано несколько. Из них наиболее ценным является «Тарих намэ и Херат»[121] («Книга истории Херата») Сейфа ибн Мухаммеда Хереви, более известного под нисбой Сейфи. Автор родился в Херате в 1282 г., год смерти неизвестен. Сейфи был высокообразованным человеком, находился в числе придворных поэтов хератских медиков ив династии Куртов[122] (1245–1389 гг.), вассалов монгольских ханов. В числе многих произведений, поэтических и прозаических, Сейфи составил, по поручению хератского мелика Гийас-ад-Дина I Курта, обширный труд по истории города Херата и его области, под указанным выше заглавием.
Труд Сейфи охватывает период от первого вторжения войск Чингис-хана в Хорасан (1220 г.) до 1321 г. н. э., — даты окончания труда. Сейфи использовал в качестве первоисточников труды Джузджани, Джувейни и Рашид-ад-Дина, а также не дошедшие до нас труды по истории Херата, дипломатические документы, наконец многие рассказы стари ков и очевидцев. Труд обильно пересыпан стихами. Главное внимание в труде Сейфи уделено политической истории Хератекого княжества и местной династии Куртов, однако в труде приведено и много деталей относительно внутренней жизни города Херата и его сельской округи. Сейфи выражал интересы местной, провинциальной феодальной знати, враждебно относился к монгольскому владычеству и многие события освещал иначе, нежели они освещены в трудах Рашид-ад-Дина, Вассафа и других представителей придворной историографии монгольских ханов. Труд Сейфи Хереви сохранился в немногих рукописях[123]. Он издан не давно профессором Калькуттского университета Мухаммед-Зубейром Сиддики — персидский текст с введением (Калькутта, 1944).
Из монгольских источников важнейшими является «Юань-чао-би-ши» («Сокровенное сказание о поколении монгол»), составленное в Монголии около 1240 г. До нас дошел монгольский текст, транскрибированный ки тайскими иероглифами, и два китайских перевода. По содержанию оно представляет цепь эпических сказаний типа «богатырского эпоса», относящихся ко времени Чингис-хана, переработанных в духе идеологии монгольских кочевых феодалов. Эта переработка была проведена с целью создать официальную хронику первых Чингисидов — Чингис-хана и его сыновей. «Сокровенное сказание», помимо рассказа, эпическим стилем, по годам, о политических событиях в Монголии конца XII — начала XIII вв., рисует широкую картину социальных отношений и кочевого быта монголов.
«Сокровенное сказание» было открыто в середине XIX в. одним из крупнейших русских китаистов — Кафаровым (архимандрит Палладий). Им же был подготовлен к изданию текст памятника, который, однако, ему не удалось опубликовать. Но Палладий Кафаров издал прекрасный русский перевод «Сокровенного сказания»[124], сделанный с дошедшего до лас построчного китайского перевода.
Советским монголистом С. А. Козиным подготовлен и издан новый русский перевод «Сокровенного сказания», вместе с монгольским текстом в транскрипции, глоссариями и введением в изучение памятника (М.-Л., 1941).
В Китае вышли два научных издания китайской транскрипции текста «Сокровенного сказания»: издание Е-Де-Хой (Пекин, 1908) и издание Общества «Коммершел пресс» (Шанхай)[125]. В Западной Европе вы шли издания того же памятника, подготовленные двумя крупнейшими специалистами по Дальнему Востоку, — издание Эриха Хёниша (ч. I, текст, Лейпциг, 1937; ч. II, немецкий перевод, Лейпциг, 1941)