Шахрух отказался от новых завоеваний и старался удержать в своих: руках лишь Иран и Среднюю Азию. Он вел три оборонительных войны с Кара Коюнлу, стремясь не допустить их дальнейшей экспансии в Иран; В конце концов одолев их (1435 г.), он удовольствовался вассальным подчинением их государя Джеханшаха Кара Коюнлу (правил в 1436–1467 гг.) и миром с ними. Он установил дипломатические отношения с османской Турцией, государствами Индии и империей Мин в Китае. Внутренний распад государства Тимуридов Шахрух думал предотвратить, создав несколько наместничеств во главе со своими сыновьями, племянниками и внуками, которым подчинены были местные феодалы. Эта мера не помогла. Сидевшие в разных уделах царевичи из семьи Тимуридов вполне оправдывали средневековую арабскую поговорку: «Ля архама бейна-л-мулук» («нет родственных связей между царями»); их частые мятежи и междоусобия, которые Шахруху приходилось подавлять, лишь ускорили распад государства Тимуридов.
Великим везиром и фактически соправителем Шахруха был сын его Байсункур-мирза (умер в 1433 г.), отличавшийся значительными государственными способностями. Он собрал при хератском дворе многих поэтов и ученых и был известен как крупнейший библиофил: он создал в Херате придворную мастерскую переписчиков книг и составил обширную библиотеку.
Правительство султана Шахруха, как сказано, опиравшееся на иранскую чиновную и духовную знать, старалось возродить производительные силы Ирана. Так, был восстановлен г. Исфахан. С этой целью, а также дабы успокоить крестьянство, Шахрух вернулся к газанхановой политике точной фиксации феодальной ренты. Доулетшах, со свойственным представителям тимуридской историографии пристрастием, — говорит, что «от времен Адама до этих дней райяты ни в какое время и ни в какую эпоху не видели такого успокоения и освобождения от забот, какое они обрели в дни державы его (Шахруха)».
На самом деле сделанные правительством Шахруха уступки крестьянству были лишь полумерами и не могли вполне удовлетворить райятов. Сам же Доулетшах приводит следующий рассказ, показывающий, с какой ненавистью райяты относились к сборщикам податей. Поэт Хасан Селими был сборщиком податей в Себзеваре, где сохранились сербедарские настроения в массах. Однажды Селими вручил берат (ассигновку на сверхсметный сбор) некоей старухе. Та подняла крик, говоря: «Эй, человек, этот несправедливый берат ты выписал на меня по чьему приказу?» — «По приказу сейида Фахр-ад-Дина, везира царства». — Старуха возразила: «Эй, тиран, если в день страшного суда я ухвачусь за подол твоей одежды (= принесу на тебя жалобу богу), скажешь ли ты, что притеснял меня по приказу сейида Фахр-ад-Дина? И примет ли в тот день всевышний бог от тебя эти речи (в оправдание) или нет?» Селими был потрясен словами старухи, он воскликнул: «Нет, клянусь богом, нет!» Выйдя на улицу, он разбил о камень свою чернильницу, сломал тростниковое перо и дал клятву, что пока жив, не будет заниматься греховным делом — исполнением обязанности сборщика податей.
§ 18. Народные движения в первой половине XV в. в Иране
В первой половине XV в. Иран пережил новую полосу народных восстаний. Уже в 1405 г. произошло новое восстание сербедаров в Себзеваре, подавленное войсками Шахруха с трудом. В 1406 г. произошло восстание такого же типа в Мазендеране, и там было восстановлено сейидское государство; впоследствии оно постепенно переродилось в обыкновенное феодальное княжество.
Особенностью народных движений XV в. было то, что теперь крестьяне и ремесленники уже не выступали вместе с мелкими иранскими феодалами. Народные движения XV в. происходили под идеологической оболочкой уже не умеренных шиитов имамитского толка, как в XIV в., а под оболочкой так называемых «крайних» (арабск. гали, множ. число гулат) шиитских сект. Общей чертою «крайних» шиитов была вера в периодические воплощения божества в людях; такими воплощениями считались: Моисей, Иисус, Мухаммед, Али, шиитские имамы и основоположники «крайних» шиитских сект. «Крайние» отвергали большую часть догматов и обрядов правоверного (суннитского) ислама, у них заметен был резко выраженный уклон к пантеизму. В среде «крайних» проповедовались идеи общности владения землею, утопии социального равенства.
Среди «крайних» шиитских сект в XV в. выделилась секта хуруфитов, сложившаяся еще в конце XIV в. в Хорасане. Ее основоположником был азербайджанец Фазлуллах, по прозванию Хуруфи, плодовитый писатель, критиковавший правоверный ислам. Отрицая догматику правоверного ислама, он создал своеобразное учение о развитии человечества; мистическим обозначением циклов этого развития, по мнению Фазлуллаха, служили буквы арабского алфавита; отсюда и название секты — хуруфиты, т. е. «буквенники» (арабск. харф — «буква», множ. число хуруф). Деятельность секты вскоре получила антифеодальную направленность. Тимур сослал Фузлуллаха Хуруфи в Азербайджан, где сьвн Тимура Мираншах умертвил его своими руками (1401 г.). Хуруфиты ненавидели Тимура и особенно Мираншаха, называя его Мараншахом (Змеиным царем) и антихристом (ад-даджжаль). Секта хуруфитов вскоре распространилась на широком Пространстве — в Иране, Азербайджане, Сирии и османской Турции — среди ремесленников и городской интеллигенции. Выдающимися последователями хуруфитов были азербайджанский поэт Несими, казненный в 1417 г. как еретик (с него содрали кожу) в сирийском городе Алеппо (Халеб), и крупный поэт Касим и Анвар («Распре делитель светочей»), писавший стихи на языках азербайджанском, гилянском, персидском, долго живший в г. Херате (умер в 1434 г.); ему приписывали учение об общности имуществ.
21 февраля 1427 г. на жизнь султана Шахруха было совершено покушение в соборной мечети г. Херата неким Ахмедом Луром, учеником Фазлуллаха Хуруфи. Султан был тяжело ранен в живот, покушавшегося нарубили султанские слуги, а по найденному в кармане его одежды ключу особой формы удалось разыскать дом, где он снимал помещение, и установить его личность. Следствием было выяснено, что покушение было организовано тайным хуруфитским кружком, собиравшимся в этом доме, во главе которого стоял маулана Ма'руф, известный каллиграф; подозрение пало и на Касим и Анвара, которого, ввиду его громкой славы, казнить не решились, ограничились лишь высылкой из Хорасана.
По мнению некоторых исследователей (В. А. Гордлевский и др.), в XV в. образовалась другая, позже очень распространенная в Иране и сопредельных странах среди кочевников, крестьян, ремесленников и городских низов, тайная секта «крайних» шиитов — «ахл и хакк» («люди истины»), иначе «али илахи» («алибожники», «обожествляющие Али»).
В 1441/2 г. произошло народное восстание в Хузистане. Во главе его стал сейид Мухаммед, по прозванию Муша'ша' (араб. «Блестящий»), основатель особой секты «крайних» шиитов, называвший себя предтечей Махди и проповедовавший скорое пришествие Махди и установление царства всеобщего равенства и справедливости на земле. Под его знаменем собралось, по словам историка Джа'фари, до 10 000 «не вежд, бродяг и воров» (этими и подобными эпитетами феодальные историографы Ирана обычно называют городскую бедноту и крестьян), которые подняли восстание в местности между Хувейзой и Шуштером. Они свергли и уничтожили династию местного феодального владетеля (эмира). Знатных людей и духовных феодалов (шейхов и сейидов) они истре били, их дома и имущество были разделены. Джа'фари называет последователей Муша'ша' фидаями (добровольцами, готовыми жертвовать жизнью), также «философами и исма'илитами» («фаласифа ва исма'илийя»); этими прозваниями часто именовали сторонников радикальных течений в народных движениях.
Восстание народных масс в Хузистане вызвало тревогу у феодальной знати соседних областей. Против повстанцев Муша'ша' выступил ширазский шейхал ислам с феодальным ополчением Фарса. По словам историка Джа'фари, «когда оба войска сошлись, произошла великая битва. И так как та община (последователи Муша'ша') были фидаи, обрекшие себя на смерть, они держались мужественно, и войско ширавское пред ними обратилось в бегство». Муша'ша' осадил г. Хувейзу. Тогда местные феодалы обратились за помощью к одному из царевичей Кара Коюнлу, Иофенду, который, придя с войском из кочевников, в кровопролитной битве одержал победу над восставшими и рассеял их, опустошив затем Хузистан. Но через несколько лет Муша'ша' вернулся восстание (вспыхнуло снова, и восставшим удалось создать в районе Хувейзы небольшое государство сербедарского типа, просуществовавшее до начала XVI в. История этого движения пока совсем не изучена.
§ 19. Западный Иран и сопредельные области во второй половине XV в.
Самым сильным из государей Кара Коюнлу был Джеханшах (правил в 1436–1467 гг.). При жизни султана Шахруха он признавал себя вассалом последнего и довольствовался своими владениями в Южном Азербайджане, Армении и Ираке Арабском. Но после смерти Шахруха, воспользовавшись династическими междоусобиями в Хорасане, Джехан шах сам принял титул султана, иначе говоря, независимого государя, и между 1453 и 1457 гг. завоевал Ирак Персидский, Хузистан, Фарс и Керман. Это новое завоевание Западного Ирана кочевниками сопровождалось кровавыми опустошениями; особенно пострадали гг. Султанийэ и Исфахан. В первом осталось только семь тысяч жителей, и он ни когда больше не возродился, а в Исфахане к концу XV в. было не более 50 тыс. жителей, и он вплоть до конца XVI в. утратил всякое хозяйственное значение. Джеханшах занял было и Хорасан с Хератом (1458 г.) г но наступление тимуридского султана Средней Азии Абу Са'ида и известие о феодальном мятеже в Азербайджане заставили Джеханшаха спешно очистить Хорасан. Между султаном Абу Са'идом и Джеханшахом был заключен договор, по которому Великая Иранская пустыня (Дешт и Кевир) была признана границей их владений; между ними был заключен военный союз, позволивший им обоим бороться с междоусобиями и народными движениями в своих государствах (1459 г.).
Джеханшах, тонко образованный деспот и меценат, отличался крайней подозрительностью, и многих из своих эмиров и «столпов государства» он по простому подозрению заключал в тюрьму.