– Как прошёл ужин?
– Мы сбились с ног, взбивая пюре, но, думаю, уже немного набили руку, – сказал Ксантус. – И я впервые не устроил пожар – в смысле, впервые во время готовки.
– Мне кажется, вы слишком строги к себе, – заметила Эмеральда.
– О нет, повара из нас ужасные, – заявила Тангерина. – Когда готовит миссис Ви, она будто дирижирует оркестром – вся кухонная утварь послушно пляшет по её указке и готовит блюда без всяких усилий. А когда готовим мы, на кухне прямо-таки стихийное бедствие.
– Думаю, посуда нас уже ненавидит, – сказала Скайлин. – Не знала, что кастрюля может затаить злобу, но сегодня из неё даже вода выливалась!
– Это потому что ты воду в дуршлаг наливала! – воскликнула Тангерина.
– О, я рада, что это не личное.
– А где Бристал? – спросил Ксантус. – Мы хотим знать, как прошло свидание с принцем.
– Я как раз об этом думала, – ответила Эмеральда. – Но Бристал, наверное, ненадолго ушла – она оставила палочку на столе.
– Надеюсь, она скоро вернётся, – сказала Тангерина. – Я так устала, что сил мне придадут только свежие королевские сплетни.
– А я так устал, что у меня перед глазами прыгают зайчики, – простонал Ксантус.
– А у меня перед глазами летают лебеди, – заявила Скайлин.
Феи недоумённо посмотрели на неё.
– Лебеди? – переспросила Тангерина.
Скайлин кивнула.
– Ага, аж семь штук. А с ними девочка. Она летит по небу на метле. А за спиной у неё болтается большой мешок. Ого, какая чёткая галлюцинация. Видимо, я надышалась кухонных паров.
– Наверное, и я чего-то надышался – я тоже вижу лебедей! – воскликнул Ксантус.
Все феи повернулись к окну: это была никакая не галлюцинация. По небу в сторону академии летели стая лебедей и девочка верхом на метле. Птицы были привязаны к метле, а у девочки за спиной висел объёмистый мешок. Странная процессия подлетала всё ближе и ближе к замку, но останавливаться они явно не собирались. Феи поспешно юркнули за диван, и в ту же секунду лебеди и девочка врезались в окно, разбив вдребезги стекло и усыпав осколками весь кабинет. Метла переломилась надвое, из мешка выскочили семь тыкв и разлетелись во все стороны. Лебеди и Люси, а это была она, рухнули на пол кучей-малой.
– Ай-яй-яй! – простонала Люси. – Чёрт, я думала, окно открыто!
Отряхнувшись от осколков, она отстегнула упряжь от лебедей и быстро собрала рассыпавшиеся тыквы обратно в мешок. Голос Люси феи узнали, а вот её лицо выглядело не как раньше.
– Люси? Это ты? – спросила опешившая Эмеральда.
– Ты шикарно выглядишь! – воскликнул Ксантус.
– Что с тобой стряслось? – поразилась Тангерина.
– Да-да-да, у меня теперь модельная внешность, – заявила Люси. – А где Бристал?
– Мы не знаем, – сказала Эмеральда.
– Чёрт! Я не могу её ждать! Тогда вы мне поможете!
Люси бросилась к книжным полкам и принялась лихорадочно перебирать книги. Феи обеспокоенно переглянулись: преображение внешности Люси вызвало у них вопросы, но её возбуждённое состояние встревожило их не на шутку.
– Погоди, какая помощь тебе нужна? – уточнила Скайлин.
– Ой, да просто маленькое одолжение, – нервно хохотнув, сказала Люси. – Представьте, что это забавная коллективная игра! Отличный способ сблизиться и отпустить старые…
– Так, выкладывай, в чём дело, Люси! – выкрикнула Тангерина.
– Вы должны помочь мне снять проклятие!
– Что? – оторопел Ксантус.
– Кого прокляли? – спросила Эмеральда.
– Меня! Но мне некогда вдаваться в подробности!
– А придётся! – возмутилась Тангерина. – Нельзя просто взять, исчезнуть на неделю, а потом заявиться сюда с лебедями, мешком с тыквами, новой физиономией и просить нас избавить тебя от проклятия без всяких объяснений!
– Да! – поддержала подругу Скайлин. – Даже для тебя это чересчур.
Люси снова застонала и оторвалась от поисков.
– Ладно, ладно, ладно. Слушайте внимательно, я постараюсь рассказать всё вкратце. Четыре дня назад мы с Бристал крупно поругались, поэтому я отправилась на пару дней в школу колдовства «Рейвенкрест», чтобы её побесить. Да-да, знаю, это сумасбродство, повремените со своими замечаниями, пока я не закончу! Так вот, пока я была в школе, я узнала, что госпожа Мара втайне задумала убить Бристал и уничтожить человечество! У каждого свои развлечения. Я не слышала всех подробностей, но часть её плана включает в себя применение проклятия на ком-то. Судя по всему, госпожа Мара долго пыталась претворить это проклятие, но у неё ничего не получалось. Разумеется, я захотела помешать её плану, поэтому решила остаться в школе, чтобы разузнать побольше. Но чтобы стать полноправной ученицей Рейвенкреста, мне пришлось сдать четыре экзамена – сглазы, порчи, зелья и проклятия.
Тангерина оторопела.
– Ты занималась колдовством?!
– Люси, как ты могла? – строго спросила Скайлин.
– Замолчите и слушайте! – прикрикнула на них Люси. – После сдачи экзаменов я участвовала в Церемонии посвящения. Все мои соседки по комнате уже прошли через эту церемонию раньше, так что я решила, это дело плёвое. Но теперь я понимаю, что это вообще не посвящение в ведьмы, а прикрытие для госпожи Мары, чтобы накладывать проклятия! Она открыла колдовскую школу не для того, чтобы помогать ведьмам – она это сделала, чтобы найти подходящую жертву для осуществления своего плана! И я первая, на ком проклятие сработало! Ну вот, я всё объяснила. Довольны?
Закончив свою речь, Люси снова повернулась к полкам и продолжила поиски. Фей ошарашил её рассказ, и они не знали, что сказать или спросить.
– Безумие какое-то! – выпалил Ксантус.
– Какое проклятие на тебя наложила госпожа Мара?
– Это я и пытаюсь узнать, – ответила Люси. – Что бы это ни было, мы должны его снять, пока оно не подвергло опасности Бристал и всех людей!
– Глядя на тебя, не скажешь, что ты проклята, – заметила Скайлин.
– Ага, ты никогда так потрясающе не выглядела, – сказала Тангерина. – Без обид.
– Это потому, что ожерелье скрывает колдовские отметины, – объяснила Люси. – Госпожа Мара дала его мне после Церемонии посвящения и велела не снимать пару дней, чтобы чары вошли в силу. Но это тоже враньё! Госпожа Мара не хотела, чтобы я увидела на себе действие проклятия! Слава богу, моё чутьё на неприятности сработало! Вы вот говорите, я теперь выгляжу иначе – это вы меня ещё без ожерелья не видели!
Перебирая книги, Люси всё больше мрачнела.
– Она должна быть где-то здесь! Я помню, как увидела ту книгу, когда была этом кабинете в первый раз. Мадам Грозенберри разговаривала с моими родителями, а я разглядывала её вещи… у неё ещё такое название странное было, что я сразу обратила внимание… О, вот и она!
Люси сняла с полки старую книгу и показала ребятам обложку.
Люси положила книгу на чайный столик, и все сгрудились вокруг неё. Она принялась лихорадочно листать страницы, на которых встречались жуткие описания и не менее омерзительные иллюстрации.
– Да тут, наверно, собраны тысячи проклятий! – воскликнул Ксантус.
– Как ты определишь, какое из них твоё? – поинтересовалась Скайлин.
– Я знаю, как оно проявляется и при каких условиях его наложили, – сказала Люси. – Обращайте особое внимание на упоминания луны, музыки, зелья и сильного раздувания.
– Сильного раздувания? – переспросила Тангерина.
– Хватит задавать вопросы! Читайте!
Люси стала дальше листать книгу, а феи заглядывали ей через плечо и указывали на проклятия, подходившие под описание.
– Может, это Кошмар Наяву? – спросила Эмеральда. – Тут говорится, что Кошмар Наяву – это проклятие, которое усиливает и продлевает ночные кошмары. Во сне каждый миг проживается как наяву, и с телом в реальности происходит то же самое, что и в кошмаре. Проклятие следует накладывать под полумесяцем, и ещё нужна подушка, набитая перьями ворона-альбиноса.
– Нет, Церемония посвящения проводилась в полнолуние.
– А может, Бесконечная Болезнь? – предположила Тангерина. – Это проклятие, от которого человек постоянно болеет. Хворь цепляется к нему, а он заражает ею всех вокруг, кто окажется с ним рядом. Тут сказано, что для проклятия нужно выпить зелёное зелье, на которое покашляли девятьсот старцев.
– Нет, госпожа Мара давала мне фиолетовое зелье.
– А что насчёт Вечной Влаги? – спросила Скайлин. – От этого проклятия у человека нижнее бельё всё время мокрое, и оно начинает гнить и плесневеть. Проклятый повсюду оставляет после себя лужи и гнилостный смрад. Проклятие накладывают в пасмурный день, пока дети поют песню «Прощай, дождик!» под аккомпанемент саксофона. Ой, я люблю эту песню!
– Да нет же! Это никак не поможет госпоже Маре осуществить её план! – не выдержала Люси.
– Может, это был Сумрачный Зверь? – Ксантус показал на страницу. – Сумрачный Зверь – это сущность, которая увеличивает колдовскую силу ведьмы или колдуна для того, чтобы осуществить тёмное заклятие. Зверь растёт внутри носителя как паразит, и чем дольше он в нём обитает, тем сильнее становится. Чтобы создать Зверя, ведьма или колдун должны дать носителю выпить зелье, сваренное из крови сотни разных животных, в полнолуние под барабанную дробь в ритме биения сердца. Чтобы обрести полную мощь, Зверю нужно двадцать часов, и, если его не изгнать до истечения срока, носитель умрёт.
– Вот! Именно это проклятие она на меня и наложила! – воскликнула Люси.
– Во сколько ты выпила зелье? – спросила Эмеральда.
– Точное время не знаю, но думаю, было около полуночи.
– Значит, у тебя осталось всего несколько минут, прежде чем проклятие убьёт тебя! – ужаснулась Тангерина. – Сейчас без пяти восемь!
– Ксантус, а в книге говорится, как снять проклятие? – осведомилась Люси.
– Сейчас, ищу… – пробормотал Ксантус. – Ага, нашёл! Тут сказано: «Прогнать Зверя гораздо проще, чем призвать… – так, это радует, – но это по-своему сложно», – ага, радоваться рано. «Сначала носителя следует посадить в Непорочный Круг – круг из соли, белой полыни, кристаллов и свечей. После чего близкие носителя должны обступить его, взявшись за руки, и произнести следующие слова: „Зверя мы видим, зверя мы гоним! Зверь, уходи, ты свободен!“, пока сущность не вылезет наружу». Вот и всё, что требуется!