Бристал удивлённо моргнула – не ослышалась ли она?
– Простите, что? Как это – я была проклята?
Госпожа Мара наконец остановилась и посмотрела Бристал в глаза.
– А ты в последнее время никаких перемен в себе не заметила? Тебя посещали ни с того ни с сего негативные мысли, переполняли негативные чувства? Ты отдалилась от своих близких? Тебе казалось, что любую проблему невозможно решить? Твою уверенность сменили ненависть к себе и самокритика? Ты убедила себя, что ты полная неудачница и всем будет без тебя лучше?
Бристал не верила своим ушам. У неё было такое чувство, словно её душу вывернули наизнанку. Она медленно попятилась от ведьмы.
– Откуда… откуда… Откуда вы всё это знаете? – выдохнула Бристал.
– Оттуда, что это я обратила твоё сознание против тебя, – призналась госпожа Мара.
– Но зачем?!
– Если бы ты узнала, что мы задумали отомстить человечеству, ты бы нас остановила! Нам было нужно сделать тебя как можно более слабой и уязвимой, чтобы достичь нашей цели.
– Вы с ума сошли? Впервые за шесть сотен лет люди стали уважать фей и ведьм, и нам больше ничего не грозило! Зачем было ставить под удар наши достижения?
Госпожа Мара бросила на Бристал сердитый взгляд и снова принялась ходить туда-сюда.
– Это сложно объяснить. И тебе не понять – ты слишком мало пожила.
– Да? И кто же в этом виноват? – воскликнула Бристал. – Благодаря вам я застряла между жизнью и смертью! И меньшее, что вы можете сделать, – это объяснить всё как следует!
Госпожа Мара попыталась уйти, но Бристал её догнала. Ведьма закатила глаза и недовольно вздохнула.
– Ладно. Ты знаешь историю о Дочери Смерти?
Название звучало знакомо, и Бристал вспомнила одну книгу, в которой упоминалась эта история.
– Это же легенда, да? Смерть отправил свою дочь на землю в надежде, что разлука поможет ему понять человеческое горе. Но к его сожалению, дочь нашла способ остаться на земле и жить вечно. Отец и дочь так и не воссоединились, и Смерть целую вечность оплакивает свою потерю.
Госпожа Мара обратила на мир скорбный взгляд.
– Разве можно меня винить? Кто не захотел бы жить вечно, если бы мог? Музыка, еда, солнце, любовь, смех – всё это влекло меня к себе с первого мгновения. Многие дети в юности дерзят родителям, а что для Смерти может быть дерзновенней дочери, которая любит жизнь?
Бристал подумала, что госпожа Мара шутит, и рассмеялась над её пылкой речью. Но взгляд ведьмы наполняла неизбывная печаль – она говорила всерьёз.
– Так вы не шутите. – Бристал округлила глаза. – Впрочем, теперь всё ясно. Кто ещё мог бы убивать людей одним прикосновением? И кто ещё мог бы столько знать об этом месте?
Госпожа Мара кивнула.
– За долгое время здесь всё изменилось. Раньше все часы шли с одинаковой скоростью. До того как отец отправил меня в мир, каждой душе было отмерено сто лет жизни. Но когда он потерял меня, то решил поменять законы смерти. Вместо того чтобы отслеживать, когда истечёт отмеренный срок жизни, отец стал собирать души после достижения человеком цели. Он подумал, что раз моя цель – заставить Смерть познать скорбь – достигнута, то благодаря новым правилам мы воссоединимся. Но отец не учёл, что я унаследовала от него много черт. Смерть не подчиняется законам времени, его цель вечна, и он единственное создание на свете, которое невозможно убить. И сколько бы раз отец ни пытался отнять мою жизнь, я не умирала.
– Погодите, – перебила госпожу Мару Бристал. – Я слышала, что кровавый камень сотворён Смертью, но это не слух, да? Он создал его из-за вас!
– Кровавый камень, болезни, стихийные бедствия, насилие, голод, чума – всё, из-за чего можно умереть, он создал, чтобы убить меня. Если так посмотреть, это очень нездоровые отношения, но в них есть и своя прелесть. Многие родители идут на безумства, чтобы быть со своими детьми.
– Я одного не понимаю, – сказала Бристал. – Как то, что вы Дочь Смерти, связано со стремлением отомстить человечеству?
– Я живу уже очень долго, и сложнее всего в вечной жизни терять близких людей, – объяснила госпожа Мара. – Но когда люди убивают твоих близких из-за глупых предрассудков и при этом остаются безнаказанными, боль от потери не утихает никогда. Тысячи лет на моих глазах люди убивали ведьм и фей, я теряла друзей, возлюбленных одного за другим. Узаконив магию, ты обеспечила безопасную жизнь магическому сообществу. Но это не стёрло длинную череду преступлений против нас. Так что, когда Семер предложил мне отомстить за тех, кого я потеряла, я ухватилась за эту возможность.
Семер рассказал, что его родители погибли от рук разъярённой толпы, после чего в нём возникла ненависть к людям, равная моей. Он сказал, что хочет создать Праведную Армию мертвецов и наконец поквитаться с человечеством. Но сначала ему нужна была ведьма, которая бы согласилась объединиться с ним, и я, как полная дура, поверила в искренность его намерений. Я открыла школу колдовства «Рейвенкрест» с целью создать Сумрачного Зверя, силы которого хватило бы, чтобы усопшие члены Праведного Братства восстали из мёртвых. Потом я наложила проклятие на твоё сознание, чтобы у тебя всё время было скверно на душе, но с одним исключением: рядом с Семером проклятие переставало действовать. Мы знали, что во время этих перерывов, когда твой разум будет ясным, ты сочтёшь эти ощущения за настоящие чувства, быстро привяжешься к Семеру и не заподозришь его в обмане.
Будь Бристал на земле, ей бы стало дурно от этого признания. Она злилась на госпожу Мару, что та наложила на неё такое жестокое проклятие, которое управляло её сознанием, но в то же время Бристал чувствовала небывалое облегчение. Оказывается, она не виновата, что в последнее время постоянно думала о себе плохо и критиковала себя. От осознания, что всё это происходило из-за влияния проклятия, Бристал избавилась от стыда, и к ней вернулась уверенность в себе.
– Если вы не можете умереть, почему тогда вы оказались здесь? – спросила Бристал. – Почему вы не на земле и не пытаетесь остановить Семера?
– Потому что я не могу его остановить, – сказала госпожа Мара. – Семер был честен лишь в одном – мы и правда испытываем ненависть в равной мере. А пламя не погасить, подливая масло. Чтобы победить Праведную Армию мертвецов, миру нужен тот, кто всех сплотит ради общей цели. Ему придётся убедить людей, фей, ведьм и говорящих созданий объединить силы. И я знаю только одного человека, кто способен на такое.
– Я? Но что, если я не выживу?
– Поэтому я здесь. Я должна убедиться, что ты не пересечёшь черту. И я добьюсь этого во что бы то ни стало.
Бристал хотела было задать вопрос, но не успела: поле вдруг поглотила огромная тень. Госпожа Мара пристально вгляделась во тьму.
– Он здесь.
– Кто? – спросила Бристал.
– Мой отец.
Тёмное пятно стало вытягиваться в длинную тень, которая поднялась над землёй, обретая очертания и формы, и превратилась в человека ростом в несколько метров. Его лицо и фигуру полностью скрывала чёрная мантия, сотканная из тьмы. Бристал думала, что испугается, увидев Смерть лицом к лицу, но ей совсем не было страшно рядом с ним. Наоборот, у неё возникло чувство, будто она встретилась с другом после долгой разлуки.
– Здравствуй, Отец, – тепло улыбнувшись, проговорила госпожа Мара. – Рада тебя видеть.
Смерть ничего не ответил и не пошевелился, но Бристал чувствовала накал многовекового напряжения между отцом и дочерью. Не обратив внимания на приветствие госпожи Мары, Смерть решительно двинулся к Бристал. Но ведьма встала у него на пути.
– Ей здесь не место, – сказала госпожа Мара. – Она только начала идти к своей цели.
Смерть снова сделал вид, что не слышал слова дочери, и пошёл вперёд.
– Всем – и тебе, и миру – нужно, чтобы она осталась жива. Смерть – важная часть жизни: осознавая свою смертность, люди больше ценят жизнь. Но ты забываешь, что для и тебя самого важна жизнь. Если ты не вернёшь Бристал на землю, Праведная Армия мертвецов уничтожит столько жизней, что твоё существование утратит всякий смысл.
Смерть не прислушался к словам госпожи Мары и продолжил наступать.
– Я совершила ошибку. Один человек воспользовался моими эмоциями и сделал из меня свою марионетку, и я дала ему всё, чего он желал. Но если мне не изменяет память, ты когда-то тоже ошибся. Кое-кто обманом взял у тебя то, о чём ты жалеешь до сих пор – по сей день это не даёт тебе покоя. Возможно, если ты вернёшь Бристал на землю, она исправит обе наши ошибки?
О чём говорит госпожа Мара? Какую ошибку совершил Смерть? Тем не менее ведьма, похоже, привлекла внимание отца: он замедлил шаг. Когда Смерть остановился в нескольких шагах от Бристал, госпожа Мара глубоко вздохнула и предложила отцу то, от чего он точно не мог отказаться.
– Если ты вернёшь её на землю, я займу её место.
Смерть резко остановился. Они с дочерью молча смотрели друг на друга, словно мысленно переговаривались. Спустя несколько минут госпожа Мара кивнула – похоже, они пришли к соглашению.
– Хорошо, – сказала ведьма вслух.
– В чём дело? – прошептала Бристал.
– Он выдвинул встречное предложение, – объяснила госпожа Мара. – Если я займу твоё место, отец вернёт тебя на землю при одном условии – ты должна исправить его ошибку, о которой он сожалеет сильнее всего.
– Какую ошибку?
– Много веков назад моего отца обманула одна женщина. Она пообещала убить меня заклятием из древней книги заклинаний. Заклятие было такое старое, что Смерть забыл о его существовании. Взамен помощи женщина попросила моего отца даровать ей бессмертие. А мой отец так страстно желал меня вернуть, что согласился на её предложение без всяких вопросов. Увы, как только женщина получила бессмертие, она исчезла, не выполнив свою часть сделки. Бессмертница – так она зовётся – до сих пор живёт на земле и насмехается над законами жизни и смерти. Если ты согласишься найти и убить Бессмертницу, мой отец вернёт тебя на землю.
– Но как мне её убить? – спросила Бристал.