Проглотив комок, что встал у него в горле, он выдохнул. Снова посмотрел на ученика. Внутри боролись эмоции, но он старательно подавлял их. Медленно росла решимость.
- Мне очень жаль, Орочимару, - сказал он, в какой-то момент начав понимать, что иного выбора нет. Что даже призови он сюда Энму – Короля Обезьян, преимущества ему не заполучить.
- О чем именно вам жаль, сенсей? – спросил тот, выглядывая из-за спин своих марионеток, - Вы совершили много чего, о чем стоило бы сожалеть…. Или быть может, вы жалеете о том, что твориться сейчас там, за пределами барьера?
- Мне жаль, что однажды лишив тебя твоего отца, я не смог дать тебе другого….
Орочимару смотрел на него не мигая. В его лице царило абсолютная серьезность и некоторая отрешенность от происходящего. Но в том, что его внимание сейчас целиком направлено на него, Хирузен не сомневался.
- Дело уже сделано, - ответил он секунды спустя.
- Да…. Полагаю, это и была моя величайшая ошибка. Вместо того, чтобы воспитать из тебя сына, я создал то, что стоит сейчас передо мной. Я не знаю, чего ты хочешь на самом деле, и честно говоря, мне страшно глядя на метаморфозы, что с тобой произошли….
Саннин пожал плечами. Второй Хокаге поднял руки, готовясь сложить печати. Третий оставался неподвижен.
- Возможно, что и так, – задумчиво протянул Орочимару, - Но ваши игры того времени сейчас меня уже мало волнуют. Я нашел об отце достаточно. Мне теперь известно, кем он был раньше, кем являлся перед моим рождением, и кем должен был стать после него.
Янтарные глаза блеснули, указав в сторону застывшего в готовности Второго.
- И скажу я вам, меня волнует только то, кем он был раньше. До того, как пришел в Коноху…. А что касается Вас, сенсей, то ваше время пришло. Пора заканчивать эту игру.
Второй закончил складывание печатей, погружая все в абсолютную тьму. Остальные пришли в движение, готовясь атаковать старика и покончить с ним в темноте. А тот между тем складывал свои печати, создавая новых клонов.
«Видимо, я все-таки был не прав. И мне не о чем волноваться», - подумал он, когда клоны приняли на себя первый удар. Его пальцы начали складывать знаки, - «Это не Тензен. А вместе со мной, уйдет и последний из его рода».
- Печать Бога смерти! – произнес он, не сумев сдержать торжества от осознания того, что он делает это. Что за его спиной сейчас вырастает фигура самого Шинигами, и что ближайшие минуты он будет властвовать самой смертью, - Пора заканчивать!
Дополнительных попыток пробиться сквозь барьер в Госпиталь никто более не предпринимал. Хотя вокруг мелькали стремительные боевые группы, которые так или иначе приближались к территории, осматривали установленную систему защиты. Даже пару раз попробовали ее, так сказать, на прочность, метнув пару кунаев с взрывными печатями. Но до полноценного штурма дело так и не дошло. Да и вообще, судя по количеству боевых команд шиноби Конохи, что двигались со стороны центра деревни к ее окраинам, сражение снова постепенно перемещалось туда. Вражеское вторжение захлебнулось, прорывавшиеся вглубь территории отряды противника постепенно вытеснялись к границе. И не далек был тот час, когда их окончательно выбьют.
Я наблюдал за всем этим, снова уместившись на крыше Основного Корпуса. Барьер никто снимать не торопился, равно как и защитники Госпиталя также не спешили покидать свои посты, чтобы помочь наступающим собственным войскам. Так что это было вполне логично. Сигналы, передаваемые посредством сети, а также то волнение чакры, ощущавшееся в океане природной энергии, позволяли мне вполне свободно отслеживать большую часть происходящего сражения. И давать свою оценку количеству раненых, кому выдавали сыворотку для ускоренного восстановления, количество бойцов, что получили стимулятор, не говоря уже о количестве убитых, что пали, когда в их крови было либо то, либо другое. Честно говоря, соотношение последних к первым двум категориям было не велико, что радовало. Несмотря на ожесточенность битвы, потерь было не так много. Пусть скептик и сказал бы, что само вторжение длится от силы часа полтора, но пусть этот скептик засунет свое мнение куда подальше. Чувствуя, как по пространству проносятся волны силы от разных источников невероятной мощности, наоборот, было удивительно, что все вокруг не было уничтожено под чистую, а погибшие не исчисляются тысячами.
Я бросил взгляд в сторону стадиона, откуда до недавнего времени прилетали самые мощные импульсы чакры. Мне было известно, кто там затеял схватку, и потому прекрасно понимал накал борьбы. Но судя по тому, что этот накал становился все тише и тише, видимо схватка приближалась к своему логическому завершению – победе одной из сторон. И честно говоря, мне самому было непонятно, на кого мне хотелось бы поставить. На родственника, пришедшего в, по сути, мой дом как враг? Или на правителя деревни, которого я ни разу в жизни не видел, особой приязни к нему не испытывал, но который сейчас был таким же защитником деревни, как и мы с собратьями? Эта была не сказать что какая-то особо сильная внутренняя борьба, но все равно как-то странно и неприятно.
Ослабление в стадионе, и то, как количество голов у гигантского трехглавого змея сокращалось с необратимой последовательностью, позволили лучше прочувствовать импульсы из дальних окраин деревни. Можно сказать, из-за ее пределов. Ведь где-то там сейчас происходила еще одна чудовищная схватка. И судя по тем ощущениям, что наконец до меня добрались, сражались там двое джинчюрики. Носители демонов о девяти и об одном хвосте. Из-за расстояния и многочисленных прочих отвлекающих источников достаточной силы, в полной мере анализировать их битву было трудновато. Но даже так я прекрасно понимал одно: два парня уже успели пойти ва-банк и перешли к своим козырям. Объемы чакры, которые они использовали для битвы, были вполне сопоставимы с тем заревом, что наблюдалось в начале сражения на стадионе. И если честно, отслеживать обмен их ударами было немного страшно, особенно понимая, до чего может дойти дело, когда оба демона развернуться на полную. Хотя, возможно, я перегибаю палку такими размышлениями. Несмотря на то, как пылал носитель Однохвостого, чакры Девятихвостого практически не ощущалось. А на стороне Наруто сражалась гигантская жаба. Был шанс, что битва закончиться до того, как обладатель самого большого количества хвостов все-таки поднимет голову на полную, что отразиться на всех. И особенно на мне, не говоря об оригинале.
В какой-то миг битва за пределами деревни достигла своей кульминации. Последовал мощный импульс, а потом огромная, продолжавшая постепенно расти чакра демона с одним хвостом резко оборвалась и начала рассеиваться. Правда, вскоре после этого я почувствовал докатившийся до меня отголосок силы Лиса, но возникший было страх был остановлен логическим выводом, что при потере контроля со стороны Наруто, отдача была бы куда сильнее. Несуществующее сердце пропустило радостный удар. Значит, с джинчюрики Однохвостого все-таки разобрались. И дело оставалось за малым – выбить силы Песка и Звука из деревни и уничтожить самых нерасторопных из них.
- Лис! – услышал я голос за собой и обернувшись, застал Воробья, с которым разговаривал до начала сражения.
- Слушаю, - ответил ему, поднимаясь. Судя по тому, как тот дернулся, моя так и не вернувшаяся в норму внешность произвела на него впечатление.
- Барьер снимаем через пять минут. Ирьенины отправятся на поле. Потребуется прикрытие.
- Понял, - ответил я, выражая свою полную готовность.
- Это касается тех двоих, - тут же вставил слово АНБУ, - Для тебя есть другое поручение.
- Слушаю.
- Твой двойник метко заметил, что от твоего вида пациенты скорее получат приступ, нежели ощущение безопасности….
От этих слов мне захотелось прибить того шутника, кто мог ляпнуть такое. И это сказал другой «Я»? Человек, которого, казалось бы, я знал лучше всех! Издевается над внешностью клона, пострадавшего в результате очень жаркого во всех смыслах сражения?
- Потому отправляйся за пределы деревни и найди Узумаки Наруто. Другой твой двойник сказал, что это лучшее, что ты можешь сделать для деревни и всех ее жителей.
- Я понял, - кивнул, бросив взгляд в ту сторону, куда предстояло отправиться, - А ты передай моим дорогим двойникам, что непременно прибью их, когда вернусь.
АНБУ в ответ только кивнул и исчез.
- Честно, не замечал за собой таких наклонностей, - бросил вслух, сосредотачиваясь на змеиной сети. Если на месте схватки уцелели разведчики, то быть может, удастся осуществить перемещение.
Немедленно пришел сигнал от собрата, что следил за сетью.
«Сомневаюсь, что там наберется достаточно разведчиков для перемещения. Да и количество чакры вокруг будет мешать пробиться. Лучше топай сам…красавец!»
«Спасибо за совет. И кстати, тебя я тоже прибью», - отправил я ответное послание, искренне надеясь по-настоящему вскипеть от ярости. Правда, что-то как-то не получалось. У меня что, та огненная техника негативные эмоции выжгла?
«Очень надеюсь на это», - получил я очередной сигнал, - «И постарайся сделать это до того, как мои глаза успеют тебя рассмотреть полностью».
Когда барьер сняли, я рванул в указанном направлении. Сказанные злыми языками собратьев-клонов тем не менее, продолжали звучать в ушах. Хотя, слыша их, думал не о том, насколько они обидно звучат, а о том, что возможно несколько помятый мой вид способен вызвать невольные попытки меня прихлопнуть со стороны союзников. Потому старался не попадаться лишний раз на глаза и как можно скорее оказаться вдали от перемещения боевых команд, что продолжали двигаться к главному очагу кипящего сражения.
Окружающее пространство производило не самое лучшее впечатление. Даже несмотря на большую скорость, в глаза то и дело попадались разрушенные дома, следы взрывов, горящие здания, трупы. Не говоря о массе всевозможного мусора, следов крови и огромного количества метательного железа, которыми были завалены улицы. И это та Коноха, которую я привык видеть, когда прогуливался по этим самым улицам. Или крышам, если уж на то пошло. Всегда полная жизни, она сейчас напоминала пустыню, по которой проносились лишь люди, стремящиеся сделать лишь одно – лишить кого-то той самой жизни. Удручало….