То, что происходило в Конохе в последующие дни мало походило на то, что когда-либо оказывалось у меня на глазах. Траур по погибшим, переросшую в огромную церемонию похорон погибшего лидера деревни и последовавших за ним во смерть защитников. Восстановительные работы, к которым спешно привлекли немалую долю имеющихся в резерве генинов, не говоря о простых гражданских. И небывалая активность практически всего личного состава. В короткие промежуток времени численность шиноби увеличилось настолько, что даже мне, как человеку оторванному от всего, что творилось за пределами Госпиталя, пришлось обратить на это внимание. Деревня переживала наплыв воистину огромного количества ниндзя. Не бывало и дня, как через ворота проходили до десятка боевых команд, при том что обратно они никуда не уходили. Только редкие подразделения АНБУ, направляемые на разведку.
У меня имелись свои соображения на этот счет. Но, вместо того, чтобы заниматься самодеятельностью, просто обратился за информацией к знающему человеку. И наставник мой не преминул быстро ввести меня в курс дела. Заодно подтвердив некоторые мои предположения.
Коноха находилась в состоянии войны. Скрытый Песок, как одна из великих деревень, осуществила вторжение на ее территорию, в результате которой погибли граждане Страны Огня, сам Хокаге, был нанесен немалый урон. Да, противника отбросили, его силы разбили и теперь они спешно бежали на свою собственную территорию. Под прикрытие пустынь Страны Ветра. Но это не означало, что боевые действия на этом закончатся. Скрытый Лист не собирался спускать такое. Он собирался предъявить бывшему союзнику счет, и нанести ответный визит. И потому активно производил мобилизацию собственных сил. Стягивались обратно все шиноби, находящиеся на дальних миссиях, попутно резко сократилось количество их выдачи. Для осуществления ответной акции требовались значительные ресурсы.
Оценив полученную информацию, я впервые задумался о том, какова реальная численность всех шиноби деревни. И когда спросил это, Дайчи не нашелся, что ответить. Вместо ответа просто пожал плечами.
- Точные данные есть наверное, только в штабе. Она же имелась у Хокаге. Вероятно, также у АНБУ. А так, кто знает, сколько их на самом деле, - сказал он тогда.
- А сколько примерно нужно времени, чтобы собрать достаточно сил для нанесения ответного удара по Песку? – задал ему вопрос.
- Если исходить из опыта прошлой войны…. Хм…. Наверное, когда деревня вернет из миссий где-то половину активных шиноби, находящихся на миссиях. Еще столько же находятся на дальних миссиях или выполняют долгосрочные и дорогостоящие контракты, разорвать которые решатся только в случае крупномасштабной войны. Третья война так и начиналась, кстати. Мобилизация всех сил тогда несколько затянулась. Думается мне, что из-за недооценки противника.
Честно говоря, я остался под сильным впечатлением. Как оказалось, в Конохе на момент вражеского вторжения было сосредоточено едва ли треть всех доступных сил. И без учета сил, размещенных на приграничных зонах, разнообразных объектах, принадлежащих дайме и высшим сановникам Страны Огня, где-то две трети сил находились на миссиях! Это были тысячи ниндзя, плавно переходящие в десятки тысяч. Огромная, можно сказать, немыслимая сила. А ведь это та самая армия, что всего чуть меньше десяти лет назад закончила свою последнюю войну, испытывая жесточайший кадровый голод вследствие истощения резервов. Страшно представить, какие силы участвовали в той самой Третьей войне. И не менее страшно представить, сколько их полегло на полях сражений.
Впрочем, в тот момент на все эти цифры я обратил не столь сильное внимание, как сделал это позже. Как говорится, покой нам только снился. Проведя бессонную ночь с телом Хокаге, а после нее, все утро, сочиняя справку о результатах своей работы, я сходу оказался включен в общую работу всего корпуса ирьенинов Конохи. Несмотря на то, что благодаря массовому применению стимуляторов и сыворотки общее количество раненых было не сравнимо меньше, чем обычно, работы все равно хватало. И медики всей деревни работали не покладая рук, активно возвращая в строй пострадавших. Вернувшись в Госпиталь, я просто включился в общий ритм. И он поглотил меня.
Во всей этой суматохе, вызванного массами раненых, выполнений обязательств одновременно и для Корпуса АНБУ, и для Основного Корпуса, и прочими факторами, те самые несколько дней пролетели как-то незаметно. Вокруг было столько всякого движения, вроде той же мобилизации, текущего ремонта Госпиталя, визитов вернувшихся с миссий ниндзя с ранениями или болячками, что я упустил одно важное событие. Событие, которое оказало серьезное влияние на все мои текущие планы.
Проведать родную деревню явилась весьма важная персона или преступник ранга S по версии книги Бинго Конохи. Учиха Итачи. Вместе с другим известным персонажем согласно все той же книге – Хошигаке Кисаме, бывший мечник Тумана. Два члена небезызвестной организации Акацуки. Эти двое легко просочились сквозь всю систему защиты находящейся в условиях, вроде как, повышенной боеготовности Конохи, что-то там вынюхивали, наткнулись на двух джонинов, устроили потасовку, к которой позже присоединились еще двое. Результат оказался специфическим: нукенины ушли, снова легко миновав все кордоны АНБУ, а один из участников с нашей, так сказать, стороны, оказался в Госпитале в состоянии комы.
Пожалуй, самым странным во всей этой кутерьме было то, что я узнал об этом последним! Нет, ну вот он я, один из тех редких ирьенинов А-ранга, тот, кто работает одновременно в двух корпусах, иногда умудряясь находить время и для посещений секретной лаборатории, а про такое мне додумались сообщить в самом конце. Тогда, когда количество пациентов с подобным диагнозом было уже двое. И к Хатаке Какаши (а первым пострадавшим был именно он), добавился Учиха Саске. Тот умудрился, вызнав откуда-то, что брат объявился в деревне, догнать его в соседнем городе, где попытался вступить с ним в бой. За что и поплатился, в очередной раз прочувствовав на себе мощь мангеке шарингана.
- По крайней мере, так я понял ситуацию. Жаль, мне не сразу пришла в голову мысль, что он додумается бежать за ним, - сказал Майто Гай, укладывая пацана на койку, после того, как нам удалось найти для него свободную палату. Именно этот джонин умудрился заметить меня при появлении Госпиталя и немедленно обратился за помощью.
- Какая дурость! – раздраженно огрызнулся я, сам не понимая, чему злюсь. Тому, что меня сразу не бросили работать с Какаши, которого несколько ирьенинов попытались поднять, но не справившись, не стали торопиться искать выход? Хотя, с другой стороны, чему удивляться-то? Весь день я тоже не бездельничал, работая с множеством госпитализированных. Или быть может меня раздражала глупость мальчишки, бросившегося за смертоносным старшим братом, тем самым подвергнув себя смертельной опасности? Ведь я должен был присматривать за ним…. А может проблема в том, что вся эта чертовщина с младшим Учиха случилась на глазах одного так называемого легендарного саннина? Который оказался достаточно силен, чтобы потом этих двух преступников прогнать.
- Если бы я оказался там вовремя, то мы вдвоем могли бы покончить с Итачи, - сказал джонин, наблюдая за тем, как я положив руку на лоб Саске, начал обрабатывать ян-чакрой, - И парень бы не пострадал.
Я поднял на него взгляд, борясь с желанием ляпнуть что-то не очень лицеприятное. А перед глазами так и висел огромный список всех тех, чьи действия после рассказа Гая вызывали у меня массу недовольства. АНБУ, что проворонили этих двоих. Все тех же коллег по цеху, которые не явились после начала столкновения с джонинами и не прихлопнули их. С боевыми стимуляторами, которые, как я знал, сейчас, по условиям военного времени, им выдавались перед каждым дежурством, это было бы возможно сделать. Джонинов, которые в количестве четырех человек не смогли оказать должного сопротивления Акацуки. Саннина Джираи, который тоже, при всей своей мощи, не уничтожил их. Саске, за глупость (пусть мной и понимаемую, и принимаемую). Итачи, которого теперь уже мне захотелось встретить и во всех подробностях познакомить его с принципами работы моей лично разработанной техники.
Подавив желание высказаться, вернулся к работе. Гай же, продолжая демонстрировать свою серьезную сторону, тоже сохранил молчание. Просто стоял и смотрел. И стоило сказать, эта серьезность и спокойствие позволили быстро успокоится мне самому. Все лишнее ушло в сторону, эмоции схлынули, а я собрался и погрузился в рабочий ритм. Мысли, касающиеся последствий случившегося инцидента, теперь рассматривались мной холодно. Что может случиться дальше и к каким выводам может прийти Саске после жестокого избиения, устроенного братом? Стоит ли немедленно побеседовать с Шисуи, чтобы тот был наготове к решению вопроса с младшим Учиха? Каким образом исчезновение парнишки генина отразится на другом таком же парнишке, с заключенным дьявольским созданием внутри него? Наруто ведь все видел. Итачи и его напарник приходили в деревню за ним. В тот город они добрались тоже не просто так, а следуя за ним. Не приведет ли какая-то глупость со стороны юного обладателя шарингана к не меньшей глупости, сопровождаемого очередным безумным выбросом неприятного мне йокай?
Пока эти мысли ворочались в голове, работа продолжалась. Моя чакра осторожно проникала в его тело, более или менее восстанавливая нарушенное равновесие ударом ин-чакры Итачи. Процесс был не из приятных. Выяснилось, что то, самое первое, нанесенное в день гибели клана увечье, не рассосалось, как мне казалось. Оно оставило на своем месте страшный уродливый рубец, прикрытый и слегка сглаженный временем. А сегодняшний удар вскрыл не только эту застарелую рану, но и факт ее наличия. Что стало неприятным уколом моему профессиональному самолюбию. Как я раньше во время осмотров не замечал все эти проблемы? Это не какая-то мелочь.
С парнем нужно было работать. Причем, работать долго, тщательно, осторожно, чтобы постараться сделать все возможное для исцеления. Пусть и понимал, что исцелить полностью этого ребенка невозможно. Потому что не все решалась медициной. Даже такой, что могла возвращать мертвых с того света при определенных условиях.