- О, ты даже не представляешь, насколько! – хрипло сказал больной, скрипнув зубами, - Знаешь, я не удивлен, что тебе все это знакомо! Я не удивлен, что ты обо всем в курсе! Кха…. Но как бы то ни было, не мог бы ты, наконец, оказать мне одну небольшую услугу. Помочь с моими руками…. А взамен… Взамен, я обещаю дать все, что ты захочешь! И все, что есть в моей власти!
- Многовато обещаний от того, кто не умеет держать слово.
Рука медика накрыла руку саннина, а через мгновение палец прижал больную ладонь о стол. Не выдержав такого издевательства больной издал полный ярости крик. Мгновенно его тело окружила видимая черная аура страшнейшего ки, рефлекторно обрушившаяся на бесцеремонного обидчика. И буквально в следующий момент навстречу этому вихрю поднялся другой шторм. Вспыхнув красными глазами, гость с не меньшей яростью нанес сокрушительный удар по лицу Орочимару, отчего тот отлетел к ближайшей стене и врезался с немалой силой. Еще мгновение и уже другая рука тянулась в его сторону, облачаясь в призрачный кокон из бесчисленных змей, что ринулись вперед.
Шпион понял, что пора выполнить свой долг. Защитить мастера в случае неудачных переговоров. Он выстрелил своим телом из угла. Быстро, подобно стреле, оно достигло цели. Вспыхнул скальпель чакры. Абсолютная точность прицеливания. Жалящий смертоносный удар.
Удар остановился в миллиметрах от тела противника, врезавшись в призрачный барьер из бесчисленного множества мелких копошащихся змей. Змей, что вырастали прямо из его тела, и превращались в броню.
Попытка уйти назад, к мастеру, что в этот миг боролся со спеленавшими его хищниками, провалилась. Именно в этот миг из груди гостя выросла голова жуткой едва видимой дымчатой рептилии, что в мгновение ока обернулось огромными кольцами, что обвили его тело. Вырваться не получилось. Невидимые клыки впились ему в плечо, вызвав нечеловеческую боль. Моментальная потеря концентрации, и секундой позже он уже лежал у дальней стены, пытаясь побороть обрушившийся на него подобно тарану ки.
- Исходя из твоих действий, у меня сложилось впечатление, что ты воспринимаешь меня не всерьез, - заговорил Харада, стоя посреди комнаты и смотря на саннина, который тяжело дыша, вставал на ноги. Призрачный змеи к этому моменту испарились, успев еще раз швырнуть того о стену. Которая, кстати, едва уцелела, пусть по ней и пошли многочисленные трещины, - Мало того, что ты нарушаешь свое слово, и твои люди обеспечивают песчаников звуковым оружием, направленным против Госпиталя, так еще и сейчас ты, вместо того, чтобы сразу показать себя хорошо, решил утаить от меня этого….
Взгляд его красных глаз встретился с глазами шпиона, едва сумевшего побороть натиск и вскочить на ноги, для продолжения схватки.
- Мог бы сразу его пригласить на общий разговор, раз уж решил, что между вами нет секретов касаемо тайны моей личности. Тем более, мы ведь уже все знакомы, не так, Кабуто-сан?
Шпион бросил взгляд на мастера. Вставший на ноги, он стоял и смотрел на гостя тяжелым взглядом. Впрочем, никакого желания бросаться в драку не торопился.
- Ладно…. Кх…чего ты хочешь? – спросил саннин, едва не сорвавшись в шипение, - Извинений? Покаяний? Если да, то только попроси, и ты получишь их столько, сколько в тебя влезет!
Харада думал недолго.
- От неискренних извинений и покаяний толка совершенно никакого. А мы с тобой, думается мне, прагматики. Почти прагматики….
- Так чего тебе нужно….прагматичного?
- Информация.
Несколько мгновений двое переговорщиков стояли и смотрели друг на друга. Совершенно одинаковыми взглядами, отчего у шпиона возникло ощущение, что видит перед собой клонов друг друга. Пусть и с отличиями во внешности.
- Какого рода информация? – спросил Орочимару.
- Разная. И в первую очередь, меня интересует все, что касается клана.
- Допустим, я предоставлю ее тебе…. Что еще?
- Остальное пока несущественно…. Хотя, мне пригодилось бы больше сведений о таких личностях, как Акацуки. Все, что известно тебе о них. Но на данный момент, это не критично.
- Это все?
- Пока да. Если мне что-то и потребуется, я найду способ задать тебе интересующие меня вопросы.
- Договорились. Все, что не касается лично меня и моих планов в твоем распоряжении.
Кабуто бросил взгляд на мастера. И пытался угадать, правда ли тот согласился или это обычный блеф. По его виду сказать это наверняка было невозможно.
- В таком случае, давай приступим. Мне нужно взглянуть на твою руку.
Скоро они снова оказались за столом, вернувшемуся на свое законное место. Орочимару, с лежащей рукой на деревянной поверхности. Шпион, стоящий за его спиной и внимательно следящий за процедурой. И ирьенин, что водил рукой над больной конечностью.
По сосредоточенному лицу Харады сказать что-либо было трудно. Пусть в нем наблюдался оттенок любопытства, ничего более глубокого обнаружить не получалось. И оттого, что тот умело держал свои чувства под маской почти полного равнодушия. И оттого, что Кабуто был поглощен проводимым исследованием. Все это не считая еще одного момента. Шпион и медик в одном лице искренне не мог понять, что рассчитывал добиться от гостя Орочимару, который ни на шаг не отходил от стандартных практик медкорпуса Конохи? Практик, немалую долю которых сам он давно перерос.
Наконец, ирьенин убрал руку и сложил их на груди. Облокотился о спинку своего стула. Упер прямой взгляд на саннина.
- Готов выслушать диагноз? – спросил он.
- Уж хотелось бы… доктор
Саннин усмехнулся, но за этой усмешкой верный помощник уловил напряжение.
- Твои руки невозможно вылечить.
Эти слова были произнесенные Харадой, несмотря на предсказуемость, тем не менее, показались чрезвычайно тяжелыми. Кабуто хотел возразить. Отметить некачественную методику исследования. Сослаться на ту же Цунаде, почти согласившуюся помочь. Но сказать ничего не успел.
- Цунаде ни на мгновение не сомневалась в возможности сделать это, - сказал Орочимару хрипло.
- А она провела соответствующее исследование? – спросил Харада, высказав чрезвычайно живой интерес.
Вместо ответа больной задумался. Вопрос ирьенина был логичен. И верен. Старая напарница, вроде бы приготовившаяся вылечить его, на деле лишь подстроила смертельную ловушку. Никаких попыток провести анализ его рук она не предпринимала.
- Объясни почему этого сделать нельзя, - сказал он позже.
- Такова особенность воздействия той силы, что лишила тебя этих рук. Ее принцип таков, что из цели полностью извлекается вся жизненная энергия в принципе. Клетки умирают, и умирают таким образом, что нет, или почти нет способа сделать так, чтобы их впоследствии реанимировать. Так-как твою жизненную энергию вырвали не полностью, а лишь часть ее, отвечающую за руки, то это касается теперь их. Твои руки невозможно восстановить. В принципе невозможно…. Хотя, можно было бы, конечно, их отрезать и попробовать приделать другие руки. Но у меня есть теория, что воздействие таким образом нейтрализовать невозможно. И твое тело сейчас лишено самой возможности их иметь.
- Откуда такие выводы? – спросил Кабуто, не выдержав. Сказать такое после проведения лишь частичного анализа…. Насколько сильно бы они не соответствовали его собственным предположениям.
Ирьенин поднял на него взгляд. Выдержав небольшую паузу, он пожал плечами.
- Я исследовал тело Третьего Хокаге, который умер от точно такого же воздействия.
- Этого недостаточно….
- Что ты предлагаешь? – перебил Кабуто саннин, мрачно, - Если ты хочешь получить свое, тебе нужно, чтобы я был жив.
- Ну…. Можно просто один раз умереть, - снова пожал он плечами. Орочимару скривился.
- Оставим вопрос моей смерти за пределами списка.
- Почему? Это вполне разумная мера, учитывая то, насколько далеко ты продвинулся в вопросе самовосстановления. Твое нынешнее тело умрет, но ничто не мешает тебе воссоздать себе новое.
- Моя техника замещения не работает, - поделился новостью больной, - Сколько бы я не пытался ее сейчас активировать, не получается. Я не могу провернуть фокус замены. Отчасти из-за этого тебя сюда и пригласили. Да и вся эта возня с Цунаде оттуда же.
- Ты меня не понял. Твое нынешнее тело должно умереть. В идеале, умереть полностью. Без каких-либо шансов. Чтобы была возможность создать совершенно новое, лишенное недостатков, присущих нынешнему вроде возможного блока на обладание верхними конечностями.
- Я почти тебя понял…. Но давай договоримся, что почти не считается. Поясни свою мысль.
- Проклятая печать, Орочимару. Проклятая печать. Тебе куда больше известно о них, чем кому-либо, но даже я, не успевший в полной мере закончить исследования, знаю, что внутри них хватает твоей чакры. И не только ее. Вместе с тем, я более чем уверен, что где-то у тебя должны быть образцы твоих собственных клеток, взятых еще до битвы с Третьим….
Саннин резко выпрямился. Скрипнув зубами, он через мгновение уже забыл о внезапной боли.
- Вот значит что… - сказал он тихо, - Дать умереть этому телу, а вместо него использовать проклятую печать в качестве средства для использования своеобразной версии техники замещения. Мои ранние клетки как образец генома…. Кх…. В этом определенно что-то есть, насколько бы неприятно не звучала мысль о медленной и мучительной смерти этого тела.
Некоторое время царило молчание, пока наконец, Орочимару не нарушил тишину.
- Есть еще варианты?
- Это зависит только от того, до чего ты дошел в своих исследованиях….
После этих слов змеиный саннин размышлял долго. Секунды плавно перешли в минуты, а сами минуты сложились в целый десяток. И все это время в помещении царило полное молчание, нарушаемое, разве что, лишь шумным дыханием самого больного. Который, несмотря ни на что, включая свое плачевное состояние и безусловно малый срок, отмеренный для его тела, не торопился раскрывать свои карты.
Харада на это молчание отреагировал все с тем же равнодушием, которое редко менялось с момента начала встречи. Он ровно дышал, спокойно изучая лицо своего собеседника, а изредка бросал взгляд на шпиона. А Кабуто, что не покидал своего места, между тем размышлял обо всем, что он только что услышал. Странная связь между мастером и этим ирьенином, которая учитывая произнесенные слова «клан» и впечатляющей демонстрации с призрачными змеями вроде бы начала проясняться. Пусть и не явная, но осведомленность об определенных вещах, касающихся секретных опытов Орочимару также говорило о многом.