- Не хочу показаться бесчувственным человеком, но что с тобой?
Она замялась, некоторое время молчала, а потом, глядя в пол, заговорила.
- Просто…. Просто после смерти мамы у меня никогда не было никого, кто был бы готов проявить доброту…. Заботу….
Ее руки, ухватившись за подол своего платьишка (если это конечно оно, с моим-то пониманием современных реалий в моде), мяли ткань пальцами.
- Простите меня…. Я не сдержалась….
Она больше ничего не говорила , так и продолжила сидеть, смотря в пол.
- Тебе не стоит извиняться. Ничего страшного в этом нет.
Воцарившаяся тишина переросло в тягучее молчание. Я сидел и смотрел на то, как красная девчонка сидит и смотрит в пол. Скоро правда, мне это надоело, и передо мной снова появилась тарелка с едой.
Мне удалось покончить с двумя или точнее, почти с тремя блюдами, когда это привлекло внимание Карин. Подняв на меня глаза, она в очередной раз изумленно посмотрела на то, как я поглощал пищу. Встретившись с ее взглядом, пожал плечами.
- Если тебе хочется еще, не стесняйся…. У меня у самого редко выдается возможность вот так выбраться. Так что пользуйся, пока есть такая возможность!
Я улыбнулся, поднимая руку и зовя официанта. И несмотря на сильное смущение, под моим не терпящим возражений взглядом все же заказала себе еще.
В итоге, посидели мы в том ресторане часа три, если не больше. Поедая все новые и новые порции местных деликатесов и разговаривая о всяком. И ближе к концу наших посиделок моя собеседница уже чувствовала себя свободно. Не стеснялась, рассказывала о своей жизни, об успехах в обучении, мельком поделилась несколькими эпизодами жизни в Траве (все, что касалось этой деревни у нее было окрашено в исключительно черный цвет). Ближе к концу нашей беседы осмелела достаточно, чтобы начать задавать вопросы обо мне. И впервые в своей жизни в Конохе я столкнулся с тем, что оказывается мне банально не о чем рассказывать о себе. Вернее, слишком мало в моей жизни было такого, что не покрывалось бы грифом «совершенно секретно» от командования АНБУ или непосредственно администрации Хокаге. И это не считая моей жизни до попадания в деревню. О том, что творилось когда-то при моем участии в Стране Болот тоже делиться было нежелательно. Я задумался над этим, скривившись от мысли, что все-таки с моей достаточно долгой жизнью что-то явно не так. Вместе с той же пустотой, что вскрылась после встречи с Шинигами, это было очередным неприятным фактом.
Карин заметила то, как я помрачнел, когда мои мысли занесли меня далеко в дебри, и явно испугалась. Поспешив успокоить ее, и рассказал то немногое, что было допустимо. Насколько она поверила в тот момент в мою искренность сказать не берусь. Но в любом случае, мы договорились, что если девочке потребуется какая-либо помощь, то она незамедлительно обратиться ко мне. Равно как и о том, что она подумает над возможным обучением у меня в качестве дополнительных занятий.
- Что бы не случилось, я практически всегда в Госпитале. В крайнем случае, обращайся к Ямада Ясуо. Не волнуйся и не бойся. Я всегда готов прийти тебе на помощь.
Мы попрощались, и разошлись. Девчонка умчалась в сторону своего дома, а я тихим шагом направился в Госпиталь. Мешанину мыслей в голове нужно было привести в божеский вид. В особенности стоило немного успокоить неприятные эмоции, нахлынувшие после осознания неприятного факта о своей жизни. Жизни, в которой нужно было что-то менять, а я сам не понимал, что именно. Возможно, для начала стоило бы разобраться с тем, что же мне хочется добиться на самом деле. Ведь все те вроде бы планы и цели, которые витали в моей голове мало соответствовали такому понятию как план на будущее.
В тот вечер я не делал ровным счетом ничего. Просто лежал и смотрел в потолок, погруженный в свои мысли. Неприятная апатия, захватившая мое сознание, мешала к чему-либо стремиться, о чем-то думать, кроме пустоты внутри. Об отсутствии цели в жизни. Как следствие, об отсутствии перспектив, потому что, что бы я не думал, что бы не разрабатывал и не придумывал, это не казалось таковым. Простые телодвижения, обычные реакции на происходящее вокруг. И ничего…. Думал я и об отсутствии мечты. С этими негативными мыслями кое-как заснул, и всю ночь меня преследовали кошмарные видения моей прежней жизни и плач ребенка в пустом заброшенном доме в городе среди болот….
Следующий рабочий день прошел как в тумане. Не сумев толком оправиться от тяжелой ночи, я во время работы был не собран, с трудом выполнял свои обязанности, а под вечер был готов лезть на стенку. Хотелось вырваться из четырех стен, выбраться за стены Конохи и броситься бежать. Бежать без оглядки, не думая куда, не задумываясь зачем. Просто бежать, чувствуя, как ветер бьет в лицо, и я остаюсь с огромным миром наедине. Один на один, как это было раньше. Идти своим путем, не зная, куда он меня приведет. Быть может снова добраться до того маленького городка у моря, где проживал старик Горо или умчаться через море в Страну Снега, где жил клан призраков с моим несостоявшимся наставником. Это было неосознанное желание. В какой-то степени понятное, а в какой-то нет. Хотел ли я таким образом найти свою мечту? Цель своей долгой жизни? А может мне просто хотелось, чтобы жизнь одиночки снова свела меня с кем-то, с которым можно было бы почувствовать себя дорогим кому-то человеком?
В тот миг я мало думал о том, что есть в деревне. Что только вчера общался с девочкой, жизнь которой изменил, сделав для нее что-то, чтобы она почувствовала себя счастливой. Помучавшись целый день, и наконец, вырвавшись из здания Основного Корпуса, как-то неосознанно понесся в кабинет единственного человека, с которым привык иметь дело в большинстве ситуаций.
Дайчи, к моему удивлению, тоже был не в лучшем расположении духа. Мрачный, со все теми же красными глазами, что свидетельствовало об очень непростом проведенном дне (возможно даже не одном), он встретил меня чуть ли не раздраженным окриком вместо приветствия. Конечно, потом быстро успокоился и предложил присесть. Но радушным его настроение было сложно назвать.
- Вижу, не у меня одного отвратное настроение, - сказал он, когда мы заняли свои места. Я обратил внимание на беспорядок на его рабочем столе. Со вчерашнего дня количество бумаг там чуть ли не удвоилось.
- Можно и так сказать, - кивнул в ответ, откидываясь на спинку стула, стараясь усесться максимально комфортно. Получилось не очень.
- Что, свидание вчера не задалось? – фыркнул он, протерев глаз и обведя взглядом свои бумаги. Кажется, одной из причин его дурного настроения была попытка систематизировать всю эту кипу всевозможных записей и документов.
- Не думаю, что это так называется, - возразил ему. На что он только пожал плечами.
- А как еще можно это назвать? Отличное понятие для обозначения встречи двух людей.
- А мне всегда казалось, что в этом слове есть какой-то… своеобразный подтекст.
- Это называется «романтический».
- Во-во!
- Тебе стоит хотя бы иногда пользоваться словарем. Ты конечно, неплохо продвинулся в освоении местного диалекта, но акцент все же иногда дает о себе знать.
Я промолчал, пропустив эту колкость мимо ушей. В голосе наставника чувствовалось раздражение, причем оно было направлено не на меня. А мне не хотелось сейчас ощутить его на себе. Не потому что боялся этого, а скорее опасался, что оно станет причиной ответных эмоций. А в негативных эмоциях я всегда был силен.
- Что пришел? – через некоторое время спросил Дайчи, не отвлекаясь от бумаг. И прежде чем я успел сформулировать ответ, поднял на меня взгляд, - Ты не подумай, что я не рад тебя видеть. Просто я сейчас немного не в себе.
- Оно и заметно, - ляпнул я, не подумав.
- Вот как, - хмыкнул тот, возвращаясь к своей работе, - Ну, извини за это.
- Незачем извиняться. Простое наблюдение, такое же, как и ваше.
- Действительно…. Так что пришел-то?
- Да вот…. Сдается мне, что у меня наметился личностный кризис. И если раньше, я бы стал бы переживать его в одиночку, сегодня решил и загрузить им кого-то еще. Правда, похоже, он у меня как-то не вовремя начался. У вас тут свой кризис.
Наставник отвлекся от своих бумаг, и некоторое время смотрел на меня. А потом усмехнулся.
- Что за кризис Широ? Я бы конечно, не прочь пошутить, но некогда. Так что побыстрее!
- Да…. – я уже хотел было начать рассказывать о сути проблемы, но какая-то нелегкая в тот миг шепнула на ушко, что стоило бы для приличия поинтересоваться делами хозяина, прежде чем грузить его своими проблемами, - Это немного подождет. У вас-то что за напасть? Вы тут уже который день копошитесь.
Моя на первый взгляд неловкая попытка сменить тему разговора удалась как-то слишком легко. Дайчи уже через мгновение забыл о своем заданном вопросе и обрушил на меня массу подробностей своей деятельности.
- Эта гребаная ревизия меня доконает! – в какой-то момент рявкнул он, - Все было идеально! Все работало! Все документы в порядке! Все на своих местах! А тут бац! И разнарядка! Срочно перелопатить весь архив, все папки, записи, документы. Привести их в приличный вид, что надо спрятать, что не надо запутать, чтобы никто не смог докопаться. Сделать так, чтобы большая часть секретных проектов оказались в надежных хранилищах и хорошенько зашифрованы. Проснулись! Чертовски вовремя!
- В связи с чем такая активность?
- Ну, ты же не глупец, Широ. Догадайся с трех попыток!
Я задумался, пытаясь угадать. И первые пришедшие в голову варианты показались мне какими-то странными, глупыми и просто фантастическими. Если о таких мерах не задумались даже при ожидавшемся нападении противника, что такое могло заставить руководство Корпуса заняться такими мероприятиями.
- Что, не получается? – видя тщетность моих попыток, поинтересовался Дайчи.
- Можно и так сказать.
- Знаешь, я бы рад понаблюдать, как ты ломаешь голову, но времени попросту нет. Так что сам скажу.
- Премного благодарен!