То, что прямо здесь и сейчас решается судьба его важнейшего проекта, он понял тут же. О чем он просил так давно, и что так давно откладывалось Сарутоби по самым разным причинам, неожиданно оказалось перед ним на блюдечке. Шанс вывести ученика из тени окончательно, запустить механизм совместного возвышения, создания совершенно новой эры в истории Госпиталя, да и медицины в целом. Нужно было лишь сделать так, чтобы ему разрешили взять это с блюдечка и присвоить! Сделать очередной большой шаг вперед.
- Я бы мог предъявить много аргументов, Хокаге-сама. Ученик очень быстро развивается и те рамки, в которые сейчас он вписан, становятся излишне тесны для него. Они ограничивают. Но суть не в этом. Даже с этими рамками, он скорее рано, чем поздно достигнет высоких результатов. Сначала это будет А-ранг, а потом потянется за рангом S. Это неизбежно. Однако чем дольше он сидит взаперти, пусть и внутри комфортной среды, в которую когда-то я сам себя заключил добровольно, эта среда, этот наш Корпус, а потом сам Госпиталь станут для него чем-то вроде клетки. Сначала просторной, а потом все более и более сужающейся. Решетки будут давить, казаться заряженными током, а все, кто снаружи из возможных друзей превратятся в тюремщиков в его глазах. И тогда, с учетом его главной особенности, которую вы упомянули, это станет опасно. В какой-то момент та сила, что дремлет внутри него, заставит его сделать что-то, что никому не понравиться. Уж лучше дать ему возможность расширить горизонты. Сначала пределами Госпиталя, а потом и всей Конохой. Позволить обзавестись женой и детьми. Возможно даже большим количеством родственников. Это даст нам его преданность! Тогда не нужно будет думать о каких-то цепях, ошейниках, клетках. Он будет наш сам. Добровольно. Верный, действующий во благо Конохи!
Он старался говорить как можно увереннее. Вложить в свои слова больше силы. Убедить Хокаге дать ученику то, о чем тот, как и любой обычный человек желает. Пусть тот живет полной жизнью в Конохе, чувствует себя ее частью не просто фактом своего пребывания в одном из ее учреждений, а среди общества, шиноби и гражданских. Пусть даже интригует, вынашивает какие-то свои интересы. Так это сделает его больше верным бойцом Листа, чем планомерное промывание мозгов и куча контролирующих печатей.
Хокаге на некоторое время задумался. Внимательно просматривая что-то, что лежало на его столе, он явно сопоставлял факты, пытался разложить по полочкам все, что ему было известно. И делал он это быстро. Очень быстро. Как истинный мастер.
- Хорошо сказано, - произнес он после продолжительной паузы, - И твои слова кажутся мне более чем логичными. Честно говоря, я и сам пришел к подобным выводам совсем недавно. До того, как столкнулся с некоторыми сведениями, которые могут стать контраргументами в данном вопросе.
- Могу я узнать, что это за контраргументы? – осторожно спросил Дайчи, глядя на хозяина кабинета.
- Конечно. Это часть того, зачем тебя сюда пригласили…. Разрешение, которое ты у меня спрашивал еще полгода назад, и которое я, как обещал, выдал сразу после получения твоим учеником ранга В, позволило ему накапливать опыт в основном Корпусе. Я прекрасно понимаю, что говорить о сортировке людей по определенным признакам для медика не есть хорошо, особенно если это предписание человека, к этому делу не имеющего отношения. И то, что предписания выполняются иногда не так, как это положено. В силу самых разных обстоятельств. Потому, даже когда случается так, что нежелательная для определенного медика личность оказывается в его руках, я отношусь к этому с пониманием. Не осуждаю так, как мог бы. Особенно если работа была выполнена качественно и быстро. Я полагаю, ты понимаешь о чем я.
- Вы о случае с Митараши Анко?
- Да. Причины тебе известны.
- Разумеется.
- Дело тут не в самой Анко. Возможно, это просто совпадение, не более, но есть кое-что, что было отмечено буквально на следующей неделе, после того, как она оказалась в руках твоего ученика. Взгляни…
Хокаге ловким движением пальцем отправил в полет квадратную твердую бумагу, которую через секунду поймал его собеседник. Как оказалось, это была фотография. С весьма интересным содержимым.
- Это было обнаружено недалеко от Госпиталя. Всего в сотне метров от него. Согласно весьма надежным источникам, такой вид вообще не встречается в Стране Огня…. Теперь второй снимок, - он отправил в полет следующую фотографию, - Это то самое место, где когда-то твоего ученика нашли. Опять же, тот же вид….. Всего на территории Конохи после этого случая были зафиксированы шесть таких рептилий. Все они так или иначе оказывались неподалеку либо от Госпиталя. Либо направлялись к нему, либо шли от него.
- Вы думаете, он ... это его шпионы?
- Нам, несмотря на все наши старания, так и не удалось понять то, что собой представляет проклятая печать. Какие возможности она дает носителю, и тому, кто ее наложил…. Возможно, это никак не связано. Но то, что уже через неделю они обнаружились в Конохе…. Ты понимаешь, какие мысли витают в моей голове.
- Он наблюдает за ним…
- Он был первым, кому доверили работать с твоим учеником, и он прекрасно осведомлен обо всех особых возможностях, что тот может дать. Вероятно, ему не известно обо всем, что известно тебе, но не стоит его недооценивать. Есть немалая вероятность того, что он захочет попытаться воспользоваться возможностью и заполучить его себе. В случае снятия существующих ограничений, это может поставить твоего ученика под угрозу. И стоит пока рамки придержать, чтобы не допустить подобного развития событий…. Таково мнение некоторых людей, о которых я уже упомянул. Каково будет твое?
Слова Хокаге заставили его задуматься. Серьезно задуматься. Случай поразительного по своей непреднамеренности и безответственности контакта Митараши Анко – ученицы беглого предателя и при этом носительницы созданной им же проклятой печати и Широ – человека, изучением которого все тот же предатель активно занимался и приложил к этому немало старания, судя по переданным документам, сразу заставил его заподозрить угрозу. Никто не знал об истинных возможностях творения саннина, что он оставил в теле девчонки и гипотезы о том, что это могло быть элементом системы шпионажа, выдвигались некоторыми посвященными в детали знатоками. Эти же гипотезы стали причиной некоторых мер по ограничению продвижений девчонки по карьерной лестнице.
Если Орочимару смог через печать разглядеть в медике своего бывшего исследуемого, он, вне всякого сомнения, должен был снова заинтересоваться им. Располагая информацией о том, где тот находиться, и какого рода деятельностью занят, в случае чего он мог будущем попытаться раздобыть столь интересный образец. А в том, что образец для саннина интересен, он не сомневался. Как исследователь исследователя Дайчи понимал того очень хорошо. Слишком уж много было спрятано в генах ученика. Захоти Орочимару забрать объект, то для него не составит труда сделать это. Или хотя бы попытаться. Ученик человека, что сидел напротив, обладал массой неприятных навыков, вроде способности просачиваться в деревню через контуры защиты, выставленные АНБУ, равно как и огромным количеством знаний. Хотя бы о том, что, несмотря на то, что с момента завершения войны прошло три года Коноха восстановила ничтожно малую долю своего боевого потенциала. Не до укомплектованность того же АНБУ составляет почти тридцать процентов. А его действующий состав серьезно ослаблен после замещения павших профессионалов ребятами с куда более меньшим опытом. Для саннина это серьезно облегчает миссию.
- Звучит, безусловно, логично. Запереть объект в Корпусе АНБУ, повысить уровень охраны и надеяться, что змеиный саннин не сможет при желании прорваться до него и забраться с собой, используя свои запретные фокусы….
Он сделал паузу, продолжая размышлять и выстраивая логическую цепочку. Общая линия, которую он собирался выстраивать, уже вырисовывалась перед его глазами, хотя над аргументами приходилось еще думать. Просто заявить, что змей при желании достанет кого угодно (что, в общем-то было правдой, за некоторыми исключениями), и смысла принимать меры безопасности смысла нет было нельзя. Тогда ни о каком исполнении планов и думать нельзя. Требовалось аргументировать так, чтобы ограничения были сняты и при этом Хокаге был уверен в безопасности Широ. Благо, смутная мысль в голове появилась быстро, и он решил ее развивать. Она казалась логичной.
- При снятии ограничений риск похищения растет. Становиться куда выше просто потому, что повышение территории контроля для охранения АНБУ серьезно растянет наши силы. И сделать ход с его стороны будет куда легче…. Но мне кажется, что в данном случае стоит помнить не только о моем ученике как об источнике лекарства или медика, но и как об одном из потенциально наиболее опасных бойцов в Конохе. Если мне не изменяет память, кое-кто хотел использовать его не иначе как именно оружие.
- Для этого требуются особые условия, - заметил каге.
- Да, Хокаге-сама. Но даже без них, он способен быть крайне опасным бойцом. Уровень его чакры очень большой, крайне развитая способность использовать ки, скорость, сила и прочие показатели. Вдобавок, он неуязвим для ядов. Про живучесть промолчу вовсе. Этого, конечно, недостаточно для того, чтобы на равных сражаться с Орочимару, но в любом случае, он сможет дать отпор. Хотя бы на пару с АНБУ. А это уже хорошо. При этом боевая подготовка у него до сих пор находится на крайне низком уровне. Если подтянуть их до приемлемого результата, он станет куда более трудной целью, чем сейчас.
- Продолжай.
- Видите ли, в чем загвоздка. Когда он будет сидеть в Корпусе безвылазно, под круглосуточным контролем АНБУ больше, чем он захочет терпеть, при появлении Орочимару с его стороны может и не быть никакого сопротивления. Он саннина знает лично и тот вполне может уговорить его пойти с ним добровольно и тот согласиться. Даже поможет нейтрализовать АНБУ, использовав то, о чем я говорил раньше. Просто потому, что решит, что там, за пределами Конохи, его ждет жизнь лучше. И тогда у нас появиться либо очередной враг на услужении Орочимару, либо источник уникальных знаний для него, даже если он препарирует его. Или возможно, он просто не выживет, будучи убитым уже нами. Как результат, в лучшем случае мы останемся без средства восстановить наших бойцов в кратчайший срок при минимальном вмешательстве ирьенинов, а в худшем опасного врага…. Но, а что будет, если он будет чувствовать не удавку на шее, а свободу? Если у него появиться возможность делать то, что ему хочется, если у него будет много друзей, товарищей из числа наших шиноби, дом, семья? Возможно, прозвучит как-то наивно, но он будет стоять уже за нас, нашу деревню, свою деревню и свой дом. И вгрызаться в глотку врагам, которые хотят это погубить. Привязанности….