Шисуи умолк, а Данзо, до этого напоминавший малоподвижную одеревенелую фигуру, теперь и вовсе словно превратился в неподвижного сфинкса. Будто даже цвет кожи изменился – посерел, став подобным камню. Как известно, внешность обманчива. Даже под самой спокойной земной поверхностью могут бурлить расплавленные породы, формирующие горящую магму. То же происходило и внутри ледяной оболочки грозного руководителя Корня. Мысли бурным потоком складывались в голове в почти четкую картину действительности. Доселе скрытые туманом неизвестности факты удачно вставали на места, давая понимание. Мангеке. Одно единственное слово и столь многое оно давало. Обладатель грозных глаз, подобный всесильному когда-то Мадаре? Тот, кто одним видом своего грозного додзюцу смог вовлечь на свою сторону многих соклановцев и постепенно склоняющий их к выступлению против властей. Тот, кто плавно перенимает власть в клане в свои руки, вытесняя умеренных руководителей, чтобы потом повести красноглазых в бой. Тот, кто готовился к этому уже очень давно…. Нанесший удар по ослабленной Конохе, натравив на нее биджу.
Шимура не мог быть уверен в том, что это Фугаку. Последние действия нынешнего главы клана показывают, что он не сторонник войны. Да, он не белый и пушистый, не тот, кому стоит совать палец в рот и по отношении которого стоит ослаблять бдительность. Но в данной ситуации именно Фугаку был тем человеком, кто стоял против руки из тени. Своими действиями он вполне мог пытаться убедить своих радикалов в том, что способен достичь большего без угрозы гибели как клана, так и деревни….
- Ты готов действовать?
Голос Шимуры можно было назвать могильным. Даже успевший повидать многое молодой обладатель мангеке вздрогнул лишь от самого этого тона. А когда до него долетел уже смысл сказанных слов, он вздрогнул дважды. Время пришло.
- Я готов!
- Восстания быть не должно. Обладателя мангеке шарингана быть не должно. Ничего из того, что может случиться, быть не должно!
Передача стимулятора прошла по плану. Учиха Шисуи получил послание от одной из моих змей, где он может получить необходимое средство для повышения своих боевых возможностей и, явившись на место, обнаружил заранее заготовленную для него партию. В качестве курьеров опять же поработали все те же рептилии. Призванная из Рьючидо достаточно крупная для хранения внутри себя с десяток доз препарата змея доставила на тот самый полигон Учих все необходимое.
Явившийся для получения Учиха выглядел уже совершенно иначе, чем тогда, у меня в Госпитале. Хладнокровный, с жестким, я бы даже сказал ледяным взглядом черных глаз, он не производил впечатления кого-то, кто мучился какими-то мыслями. Решительный и готовый ко всему. Именно так я мог бы охарактеризовать этого человека. К сожалению, моя способность чувствовать что-либо, что творилось у него внутри, в данном случае меня подвела. Как только в его руках оказался груз, он мгновенно обрубил образовавшуюся между нами нить, тем самым закрыв от моего взора все то, что творилось у него внутри. Что лишний раз дало мне повод задуматься о скором начале операции по нейтрализации Учих. Шисуи явно не хотел, чтобы я мог отслеживать его действия и мог на них как-то повлиять. Хотя и прекрасно понимал, что это нисколько не повлияло на мою способность наблюдать за происходящим благодаря развитой сети наблюдателей.
Где-то через час после произведенной передачи я почувствовал очередную попытку образования связующей нас нити. Пусть она также была немедленно обрублена, вывод был однозначен – Учиха принял стимулятор и судя по скорости образования и прочности (даже едва образовавшаяся нить дала достаточно много информации о здоровье, уровне чакры и состоянии шарингана – доза была явно не одна).
Я срочном порядке дал команду на сосредоточении на территории вокруг кланового квартала Учих и на самом квартале максимально доступного количества своих разведчиков (достаточного для того, чтобы их не засекли раньше времени). Немедленно были перепроверены данные о местоположении заранее отобранных Учих на случай экстренной эвакуации. Тестовые сигналы пошли и в далекую Страну Болот – удостовериться, что варианты для перемещения эвакуированных в тот район работают и готовы к применению. И начал ждать.
Вся ночь прошла в нервном ожидании. Я сидел, обливаясь потом и чувствуя, как одежда липнет к телу, но боялся пошевелиться и упустить важный момент. Напряжение росло с каждым часом, и один раз я едва просто не сорвался, увидев легкую вспышку и несколько хлопков. Каково же было мое облегчение, когда до меня дошло, что на деле это оказалось шалостью каких-то детишек из клана, решивших устроить ночные тренировки. Ровно как и злорадство от вида того, как их за нарушение покоя в квартале взялись проучить старшие. Однако ничего более не случилось. Тишь да гладь. Ни Шисуи, которого я так и не смог засечь, ни руководства клана, ни АНБУ, которых, я подозревал, могли привлечь на решение вопроса. Никогда я так не радовался рассвету, когда он все же наступил. Хорошо это или нет, но я прогадал с началом операции. С мыслью, что сегодня уж точно ничего не случиться, пошел в душ, готовиться к рабочему дню. При свете солнца вряд ли кто-то начнет резать друг друга….
Приглашение от Совета поступило неожиданно. Пусть он и ожидал в ближайшее время вызова от Хокаге для консультаций (при текущем аврале и огромного количества противоречивых докладов от многочисленных агентов Сарутоби просто не мог пренебречь возможностью совета от старого друга/соперника), да и сам собирался заглянуть к нему для обсуждения новых фактов. Но все же вызов оказался внезапным. Впрочем, тут дело скорее было не в самом факте вызова. А в том, от кого он поступил. Приглашение было не на совет, а от Совета. Что и вызвало главные подозрения.
Когда он появился в до боли знакомом помещении, его подозрения только укрепились. Все остальные члена Совета из четырех человек уже находились здесь и, судя по клубам дыма, заполонившим все вокруг, провели они здесь достаточно долго времени. Мысль главы Корня была одна – Хокаге и советники на этом заседании будут на одной стороне. Одним фронтом. И это ему не нравилось. При таком раскладе влияние на советников будет очень трудно оказать.
- Нам нелегко говорить об этом, - начал Митокадо, после короткого приветствия, пристально смотря на Шимуру, - но похоже, к большому сожалению, пришло время воспользоваться предложенным тобой решением.
Данзо остался невозмутим, внимательно осмотрев лица всех присутствующих. Увиденное лишь подтверждало выводы. Совет принял решение и сейчас диктовал свою волю. А все слова – это лишь красивая формулировка леденящего даже его кровь приказа. Даже если этот приказ во многом был когда-то написан им же самим недрогнувшей рукой.
- Значит теперь пришло время мне марать руки?- сухим голосом поинтересовался он, уперев ледяной взгляд на Сарутоби. И получил почти такой же в ответ. Кажется, ему не позволят сегодня что-либо поменять.
- Все твои слова, - прозвучало замечание от Кохару.
Данзо, до этого успевший расположиться в своем кресле, поднялся и прошелся до окна – своего излюбленного места. Встав там, он несколько долгих минут смотрел в него, размышляя и перебирая факты. Его размышления никто не тревожил. Главный «ястреб» Конохи не любил, когда кто-либо прерывал ход его мыслей. А советникам сейчас споры с ним были не нужны. Не теперь, когда ему предстояло сыграть решающую роль в подготовке и осуществлении операции.
- Когда я говорил о радикальном решении вопроса на случай провала переговоров, мной был озвучен наиболее тяжелый сценарий, - начал Шимура, не поворачиваясь к собеседникам и продолжая внимательно смотреть в окно, - Сценарий, который прорабатывался на самый крайний случай. На случай, когда уже никакие другие меры воздействия не могут сработать…. С тех пор прошло достаточно времени, чтобы я мог заявить о наличии достаточно эффективного метода предотвращения подобных ситуаций. И обеспечения «спокойствия» со стороны Учиха.
За его спиной он не услышал не единого звука. Его внимательно слушали, не перебивая. И он продолжил.
- Все мои информаторы говорят об отсутствии опасности немедленного восстания. То, что оно готовится – факт, но также есть факт, что предпринимаются меры по максимальному замедлению этой подготовки, и попытки остановить сам процесс полностью. Учитывая это, а также то, что в моем распоряжении теперь есть способ нейтрализовать саму возможность переворота, я выступаю против радикального подхода в этом вопросе. Вместо того, чтобы уничтожить клан и лишить деревню серьезных резервов (слово «резерв» он выделил голосом), я уже сейчас готов сделать так, чтобы мы вышли из этого кризиса без потерь.
- Если ты имеешь в виду мангеке шаринган Учиха Шисуи, то это невозможно.
Слова, прозвучавшие за спиной, и принадлежавшие Митокадо, неприятно кольнули по самолюбию. Старики за его спиной уже успели разнюхать о глазах Шисуи достаточно, чтобы едва не переиграть его в его же поле.
«Итачи», - мелькнула в голове мысль на источник утечки. Лучший друг сына Кагами и человек, который оказался в структурах АНБУ по его же рекомендации.
- Не вижу никаких причин сомневаться в способностях Шисуи в обеспечении лояльности клана. Подготовка, на которую были потрачены предыдущие месяцы, пройдена успешно. Он готов.
- Дело не в неверии в его способности, Данзо. Проблема в бесполезности этой способности.
Позади раздался узнаваемый легкий хлопок упавшей на поверхность столика бумажной папки. Дальше стоять и игнорировать одинаково тяжелые взгляды товарищей стало уже невозможно. Те пустили в ход свои аргументы, которые следовало изучить.
Вернувшись на свое место, он сосредоточенно распотрошил папку, пробежав глазами по всему содержимому, и чем дольше он смотрел, тем крепло понимание. Пока он – Глава Корня и бывший глава АНБУ Конохи видел лишь верхушку айсберга, именуемого большой политикой в виде восстания для смены власти в Листе, Фугаку успел сделать то, чего уже никто заинтересованный оставить без внимания не мог. Тут было даже не двойное, а тройное дно подковерной игры. Искусные манипуляции, которые не искушенному сложно просто даже заметить, даже не говоря о понимании их. Глава Учиха боялся восстания своих же людей и попытки переворота путем грубой силы. Он понимал т