Несмотря на свои достаточно скромные размеры и не менее скромное население, по меркам огражденной от всего остального света территории существование такого объекта в подобных условиях было фактом достаточно странным. Лишенный вообще каких-либо нормальных путей сообщения с большой землей наподобие дорог или, по крайней мере, твердых устойчивых троп, по которым мог бы пройти караван, он вызывал большой вопрос возможности доставки сюда нужных грузов, продуктов питания, которые было невозможно добывать в подобных условиях. Что в свою очередь вызывало другие вопросы: откуда здесь столько еды, чтобы поддерживать благополучное и безбедное существование такого количества людей? Откуда здесь столько необходимых инструментов, тканей, материалов, которые можно было достать лишь в прибрежных областях страны и то лишь, потому, что туда их доставляли корабли из заморских стран? Да и самый главный вопрос: откуда взялось столько материала, чтобы воздвигнуть такой шедевр передовой архитектурной мысли в подобных суровых условиях для доставки нужных ресурсов?
По началу, эти и другие подобные вопросы возникали у меня достаточно часто, вкупе с другими, связанными с острой необходимостью придумать себе и Йоко-сан достойную легенду, которая помогла бы не только войти сюда и не быть подвергнутым долгим допросам с пристрастием, но и прижиться здесь на определенный срок с достаточным комфортом. Ответы, разумеется, пришли позже, уже после внедрения, получения разрешения на проживания, когда были улажены все формальности и местные власти не нашли в нас никаких серьезных причин противодействовать нашему переселению.
В этот город нас занесло, опять же совершенно случайно. Как и во все другие места в нашем нелегком путешествии. С момента столкновения внутри вулкана и начала нового похода, мы около полутора месяцев плутали по практически непреодолимой местности, на каждом шагу рискуя оступиться и быть поглощенным безжалостной трясиной. Стать частью торфяных отложений и возможно со временем, в отдаленном будущем, быть извлеченным и пущенным в качестве топлива для какой-то, скажем, фабрики или электростанции....
Эти полтора месяца отложились в памяти как очередной период моей жизни, заключавшийся в безумном времяпровождении посреди каких-то мест, определенно не предназначенных для жизни человека. Каковые, кстати, наступали с удивительной частотой. За это время, в полной мере нахлебавшись всей прелестью подобного существования, я даже клятвенно пообещал себе, что в следующий раз непременно сто раз подумаю, прежде чем пускаться в какую очередную 'прогулку'. И так уж вышло, что выйдя из болота на твердую землю, в которой расположился самый настоящий, пусть и небольшой, город, я тут же воспринял его не иначе как подарок с небес нам за наши страдания. Впоследствии, кстати, подобная ассоциация, отложившаяся в моем (да и не только в моем) мозгу, превратилась в якорь. Тяжелый якорь, словно уцепившийся за подводные рифы и прочно приковавшие меня к этому месту вопреки всему.
Конечно, все это пришло не сразу, и в первое время, случались моменты, когда душа всеми силами стремилась покинуть незнакомую среду. В основном это происходило в силу крайне жесткого прессинга со стороны местной 'службы безопасности', которая, отловив выползших из грязного месива 'чертят', начала выяснять подробности их происхождения без особых прелюдий и особо не церемонилась. Следователи действовали крайне жестко, нам практически мгновенно выкрутили руки, все имевшиеся вещи конфисковали, а через какие-то несколько десятков минут нас уже допрашивали в каких-то подземельях, предварительно окатив ушатом воды, дабы иметь хоть какое-то представление об истинной внешности тех, с кеми они имели дело.
Признаться, особого зла я на них никогда не держал. Как только все вопросы были улажены, про допрос мы постарались забыть, что с успехом было сделано в ближайшее время. А что обижаться? Люди делали свое дело, и у них наверняка хватало причин работать в таком стиле и помимо тех странностей, которые мы им преподнесли (в основном, конечно, я). Наличие крайне специфического вооружения, свойственного людям с определенными опасными способностями. Крайне необычная внешность с телосложение. Наличие опять же странного питомца, который к тому же, едва не стал причиной гибели одного незадачливого стражника, неудачно схватившего змею за хвост. Вещи, имевшие достаточно необычное происхождение и свойства.... Все это не могло бы оставить равнодушным даже мало-мальски посвященного в теневую сторону мира человека. Так что уж тут говорить о профессионалах, разбиравшихся в некоторых вопросах гораздо лучше моего (хоть я и провел немало времени среди самых настоящих теневых структур призраков).
Их интересовало все. Оружие, свитки, часть которых, сожалению, пострадала во время наших злоключений в болотах (даже кожаный мешок, специально приобретенный для этого перед началом выхода из гостиницы не помог), монеты, оказавшиеся узнанными здесь, мой указатель биджу, змея, которая необычайно хорошо понимала человека и, конечно же сам человек, столь прекрасно понимающий змею - они требовали объяснений и добывали интересующие их сведения очень 'профессионально'....
Нас продержали в подземелье около двух дней. За это время из нас выжали практически 'все'. Сомневаюсь, конечно, что это 'все' удовлетворило всех, но почему-то некоторые вышестоящие люди посчитали, что с нас им спрашивать больше нечего и нам предоставили временное жилье, где мы смогли бы отдохнуть, прийти немного в себя, а уж потом думать дальше о своих дальнейших действиях. Правда, с вещами и питомцем оказалось сложнее. Практически все это было 'временно конфисковано', и для возвращения требовалось сначала пройти дополнительные процедуры....
Сам толком не понимаю, как так вышло, что выделенная нам на несколько дней, как мне представлялось, жилье, осталось в нашем распоряжении на значительно больший срок. И уж тем более не понимаю, как так получилось, что мы почувствовали себя частью этого города, буквально став ее частью. Мы получили все: новую одежду, новые вещи, пропитание, возможности неплохо проводить время в компании добродушных соседей, которые не лезли в душу, могли помочь в трудную минуту, подсказать, подсобить, дать совет.... На мою внешность старались не обращать внимания, нас никто не беспокоил, мы чувствовали себя как дома. Правда, за все это приходилось платить.... Впрочем, платили мы не золотом или еще каким-то драгоценным металлом. Все оказалось куда прозаичнее, чем ожидалось. Нам дали работу, которую требовалось выполнять, и как нам поясняли, по ее результатам мы имели право претендовать на новые материальные блага.
Да, в первое время было странно. Я откровенно терялся в этом странном обществе, где все люди жили вполне себе спокойной жизнью, без какой-либо суеты, наслаждаясь каждым прожитым днем, уверенные в завтрашнем дне. Жители не боялись ничего. Они совершенно не интересовались тем, что пролегало за болотами и холмами, занимались своими делами, вели свое хозяйство и при этом безукоризненно верили своим властям. Градоначальник, его приближенные и представители местной СБ пользовались в народе авторитетом, и как мне кажется, вполне заслуживали его. А ведь не зря. Народ своевременно получал нужные вещи, никогда не голодал, практически всегда чувствовал себя под надежной защитой. Видя подобное, на ум приходило только одно слово, и оно выражало ту мечту, ради которой в моем мире в свое время отчаянно боролось не одно поколение не одной большой страны. Коммунизм. То самое утопическое общество, о котором мечтали поколения, словно в огражденной от всего мира со всеми его напастями и опасностями теплице было взращено здесь. И мне очень хотелось верить, что это вовсе не декорация, и что люди, проживающие здесь, на самом деле не являются частью какого-то безумного эксперимента или же простого шоу, играя роль, в которую они сами успели поверить и, полюбить всем сердцем....
Несмотря на царившую снаружи невероятную жару (да здесь была такая вот странная аномалия - чуть раньше полудня и вплоть до часов пяти вечера, как правило, устанавливалась жара, из-за которой в этот период времени вводился особый режим - 'фиеста'), в доме было довольно прохладно. Приятный холодок ударил в лицо тот самый момент, как моя фигура проходила через дверной проем, и полностью обнял все мое тело тогда, когда плотная дверь уже закрылась за моей спиной. На некоторое мгновение я по привычке прикрыл глаза и стоял, наслаждаясь нахлынувшими потрясающими ощущениями, чувствуя, как оказался в 'своей тарелке'. Глубоко вдохнув и с шумом выпустив воздух из легкий, обернулся и посмотрел на Мизэо-сана, который стоял рядом.
- Точно....
Потянув ему сверток, доселе бывший у меня в руках, кивнул и сбросив с ног уже порядком поднадоевшие деревянные 'калоши', направился в свое крыло. Позади послышался звук трещавших ниток. Эх, Мизэо-сан, какой же вы нетерпеливый. Не могли все сделать спокойно, не превращая ткань в бесполезную тряпку?
- Спасибо, Широ-кун! Выручил!
- Пожалуйста! Всегда рад помочь.
Закрыв за собой внутреннюю дверь, которая являлась единственным проходом от одной части здания в другую, снова вздохнул. Вот теперь я действительно дома.
- Что, опять притащил ему бутылку?
Ехидный голос Йоко-сан прозвучал из отдаленного угла - ее любимого места, где находилось единственное в нашем доме кресло. Дневное время она обычно проводила там, с удовольствием разглядывая бурно цветущий сад во внутреннем дворе через небольшое оконце. Я хмыкнул в ответ.
- Что поделать, Мизэо-сан обожает это масло. Говорит, что от его запаха женщины к нему так и липнут. Кстати, надеюсь, на тебя то, магические свойства этого чудо средства не действуют?
- Надейся.
Я усмехнулся и присел за стол, на котором меня ждала небольшая чаша риса, залитая сверху немудреным соусом и небольшой кусок мяса, от запаха которого непроизвольно просыпался аппетит. Бросил взгляд на лежащие рядом палочки, покривился, почесал нос, потом все же взял их и в очередной раз начал