Устроивший засаду противник не стал ограничиваться лишь показанными игрушками. Из крон бесчисленных деревьев вокруг на двух пришельцев устремились многочисленные стрелы, от которых те с легкостью увернулись. Совершив мощные прыжки, они оказались в нескольких десятках метрах от атакуемого места, бесшумно приземлившись на ствол старого сгнившего дерева. И тут же сделали следующий прыжок. Дерево, послужившее им опорой, в тот же миг исчезло в трясине.
Размах устроенной ловушки довольно скоро стал очевиден. Где бы не приземлялись воины, их везде поджидало нечто крайне опасное, ядовитое или острое, идеально сокрытое от глаз. Самое настоящее минное поле, где вместо мин использовались всевозможные приспособления, так или иначе предназначенные для быстрого выведения из строя нарушителей данной территории. И если бы на месте стремительно перемещавшихся воинов был бы кто-то другой, для него игра была бы уже завершена. Что, впрочем, произошло и с одним из их товарищей, которому не повезло попасться в какую-то хитроумную ловушку и исчезнуть до того, как он успел среагировать.
Скакать подобно белкам по корягам посреди болота в планы бойцов явно не входило. В какой-то момент, выждав очередную замаскированную атаку, они молниеносно разнесли капкан на куски, а чуть позже возвышавшиеся вокруг деревья один за другим рухнули на трясину, аккуратно срезанные мощными потоками смертоносной чакры. Образовался своеобразный плацдарм, чистый от наземных и наводных ловушек, а также, находящийся вне зоны обстрела многочисленных самострелов. Заняв оборонительную позицию на стволе одного из рухнувших деревьев, воины временно прекратили свои перемещения. Раненый немедленно занялся кровоточащей раной. Хотя эта рана не могла стать причиной полной потери им мобильности (боец на удивление хорошо прыгал на одной ноге), не останавливавшееся кровотечение было крайне опасно даже для него.
Сбросив поврежденный элемент брони, он быстро перевязал рану куском чистой тряпки, предварительно капнув в нее несколько капель густой жидкости серого цвета с резким запахом. В это время его напарник отслеживал ситуацию, держа наготове свой меч. Водя клинком из стороны в сторону, он реагировал на малейший шорох вокруг.
Вокруг ничего не происходило. Установившаяся полная тишина смотрелась крайне непривычно после всех сработавших капканов, что наводило бойца на подозрения. Не видя поблизости противника, он все же чувствовал его присутствие. Но никак не мог определить ни его местоположение, ни дальность, ни примерное местоположение. Враг напоминал хамелеона. Невидимый, беззвучный, он определенно был здесь и теперь выжидал момент для своего удара. Когда он собирался нанести этот удар, как раз таки было понятно и без намеков. Они должны были попасться в какую-либо из этих многочисленных ловушек и получить достаточно сильный урон. И тогда-то враг сам выползет и завершит все дело. Попытается.
Напарник закончив со своей раной, встал рядом и быстро сложил свободной рукой короткую комбинацию знаков, указав в конце на самый дальний видимый край болота, где начал подниматься туман. Ответив кивком, боец сделал резкий прыжок в сторону, через мгновений оказавшись на макушке одного из деревьев, с легкостью расчистив себе место точечными ударами меча.
Оглядевшись, он тут же оказался рядом и сложил ответную комбинацию. В том, что туман был делом рук невидимого врага, он не сомневался. Дымок в столь короткий срок успел полностью окружить их относительно небольшой пятачок болота сплошным кольцом.
Основная опасность, которую представлял собой туман, заключалась в снижении видимости. Даже при условии, что это сплошное марево было ядовитым, для бойцов, оснащенных герметичными шлемами, это было не страшно. А вот резкое падение возможности своевременно улавливать срабатывание той или иной ловушки было уже проблемой. До сих пор это минное поле действовало на удивление эффективно, установленные многочисленные капканы срабатывали практически везде, где им только доводилось ступить на поверхность. Да, после первой неожиданной потери и полученной раны, они больше не попались ни на одну другую, своевременно реагируя на угрозы. И невидимый враг, похоже, решил, что для повышения эффективности своего поля ему нужно изменить условия, снизив видимость.
Однако даже вопреки поднявшемуся туману, воинов нельзя было назвать чрезмерно уязвимыми. Видимость видимостью, но она не решала всего, и для подготовленных бойцов не составляло проблем все также эффективно реагировать на угрозы. Просто изменившиеся условия несколько усложняли этот процесс, и это давало определенные преимущества противнику. Следовало быть максимально осторожным.
В тот момент, когда туман накрыл их с головой, до сих пор невредимый член группы почувствовал, как под водой вокруг шевельнулось что-то крупное. И он отреагировал на это немедленно. Стремительный поток силы, усиленный аналогичным ударом напарника, на короткий миг разделил водную толщу надвое, открыв перед ними творившееся там действо. Под водой, посреди ила, водорослей и прочей болотной растительности собиралась огромная масса всевозможных рептилий, которые формировали пугающих масштабов клубок. Тысячи смертоносных пресмыкающихся, собранных вместе и занимавших все окружающее подводное пространство, до сих пор остававшихся совершенно бесшумными, уже стремительно надвигались на двух воинов, и мощный удар, за мгновение разрезавшее не один десяток особей, ни сколько не затормозил этот процесс.
Ужасающая волна, несмотря на своевременное обнаружение, заставила бойцов несколько замешкаться. Невольно поразившись масштабу этого движения, они едва не упустили момент, когда страшная масса достигла ствола дерева, на котором они стояли. Однако все же змеиные зубы цапнули лишь воздух. Их цели уже находились в воздухе, проведя несколько быстрых ударов чакрой по буквально кипящей массе живой силы, засели на верхушке одного из деревьев. Последствия атак из этого места увидеть было уже невозможно. Все пространство полностью поглотил туман.
Раненый боец неожиданно потерял равновесие и едва не свалился с дерева. Зацепившись в последний момент за сук, но шипя от боли, схватился за раненую ногу. Его напарник немедленно попытался прийти к нему на помощь, но в этот момент почувствовал, как его собственные ноги начало сводить судорогой. С трудом выдерживая страшную боль, он занял более устойчивое положение и попытался привести свои ноги в норму, но вместо какого-либо облегчения боль начала стремительно распространяться по всему телу. Подобно раскаленному металлу, эти жуткие ощущения начали быстро подниматься все выше и выше, охватили полностью руки, начали сводить дыхание. Рядом послышался треск и сражавшийся с неведомой напастью воин краем глаза увидел, как его раненый товарищ рухнул вниз, не предпринимая никаких попыток зацепиться. Парой секунд позже внизу послышался плеск, перемешанный пугающим шипением тысяч змей и неожиданно прорвавшимся отчаянным криком бедолаги.
Он отчаянно пытался понять, как справиться с этой болью, как заставить собственное тело двигаться, как вернуть под контроль свою чакру. В голове промелькнула короткая мысль о том, что ядовитый туман как-то смог просочиться в доспехи, а потом все поглотила сплошная боль, полностью сковавшее его тело...
Когда боец с трудом разлепил глаза и кое-как смог сфокусировать свой взгляд, он довольно быстро осознал, что неведомый враг вышел победителем. Он был привязан к стволу дерева, торчащего из под воды. Причем так, что будь он даже при всей своей силе не смог бы вырваться. А сейчас, парализованный ядом, у него не было возможности двинуть и пальцем, не говоря уже об освобождении от пут. Переведя свой взгляд вниз, он невольно вздрогнул. Его ноги по колено были погружены в воду, которая едва ли не закипала от огромного количества змей, сосредоточенных там. Захоти кто-нибудь из этих тварей его покусать, смертельный исход был бы гарантирован. Но рептилии не спешили наносить ему вред. И это можно было объяснить лишь одним фактом - враг, установивший ловушку и сумевший каким-то образом лишить его контроля над собственным телом, пока не хотел этого, и змеи повиновались его воле. Ясно. Значит, допрос.
Враг оказался рядом. Чуть в сторонке, на расстоянии всего нескольких метров, из воды торчала какая-то коряга, на которой он собственно и расположился. Сидел абсолютно неподвижно, из-за чего в первые две минуты едва пришедший в себя связанный воин принял его за часть той самой коряги. Однако когда чувство реальности вернулось к нему почти в полной мере, удалось наконец-таки заметить его. И рассмотрев, как следует, опознать в нем свою цель, за которой охотился уже не один год. Цель, которой удалось неоднократно выскользнуть прямо из под носа преследователей, заставляла терять свой след и вести поиски на огромной территории. И сейчас, сумевшая организовать засаду и нейтрализовать отлично подготовленную группу разведчиков. Пусть и не полноценную, но все же.
Сидящий на коряге человек выглядел необычно. Хотя глядя на него, можно было легко определить крайнюю степень сходства с описанной целью в ориентировках, в этой внешности определенно можно было увидеть массу совершенно новых незнакомых деталей. Бледная практическая белая кожа, которая вызывала не самые приятные ассоциации, равно как и сильная худоба - внешность, как на вкус пленника, крайне отталкивающая и малоприятная. А если к этому еще и добавить эти глаза, отливающие желтым светом и окруженные непонятными странными пятнами синего или фиолетового оттенка, чей ледяной взгляд казалось, пронизывал насквозь, то и вовсе становилось как-то не по себе из-за едва различимого страха внутри. Да, он уже неоднократно сталкивался с множеством различных людей, которые выглядели весьма странно и обладали примечательными особенностями. Взять тех же красноглазых, часть которых служила их общей цели. Эти типы тоже могли одним своим взглядом заставить испытать примитивный страх даже закаленных бойцов. Но этот.... Тот, которого только и делали, что гоняли по всей земле, пару лет назад, при бегстве из своей родной деревни посреди гор представлявшего собой скорее хилого болезненного ребенка, несмотря на свой реальный возраст, неожиданно обрел такую необычную силу, от которой страшно становилось даже ему - закаленному воину. Организовать засаду, уничтожить двоих подготовленных разведчиков, парализовать его самого, связать и теперь одним своим видом внушать невольный страх, просто сидя посреди болота, которая, буквально закипало от тысяч змей, собранных здесь.