в том числе. Во-вторых, естественным отсутствием нового законодательства, для создания которого требовалось время. Теоретическим основанием такого подхода к правотворчеству являлась психологическая теория права, в соответствии с которой правом является не столько правовые нормы, сколько правосознание. В результате правотворчеством в этот период занимались все высшие государственные органы – Съезды Советов, ВЦИК, СНК, отдельные наркоматы и комитеты, а также и суды.
Правовая идеология. Содержание права определяется правосознанием пришедших к власти политических групп. Правосознание складывается из двух элементов: правовой психологии и правовой идеологии.
Правовая психология представляет собой обыденное отношение к праву. Большевики до революции были нелегальной партией. Из 171 делегата VI большевистского съезда (август 1917 г.), давших о себе сведения, арестовывались 150 человек, в тюрьме побывали 120, в ссылке – 85, на поселении – 24, в эмиграции – 27, на каторге – 10 человек1. Естественно, их отношение к царскому праву было резко отрицательным.
Однако более важную роль в их правосознании играла не психология, а идеология.
Правовая психология – это совокупность идей и взглядов на право.
На протяжении столетий существовали разные теории права. Из европейских самой ранней является естественно-правовая теория, уходящая корнями во времена Сократа и Аристотеля, Цицерона и Ульпиана. На протяжении XX в. в западных странах окончательно утвердился подход, в соответствии с которым право рассматривалось как компромисс между разными слоями общества. Марксистское правопонимание было иным.
Пожалуй, впервые К. Маркс и Ф. Энгельс высказались относительно права в «Манифесте коммунистической партии», когда одному из них было 29, а другому – 27 лет. Правом они считали возведенную в закон волю господствующего класса2. Поскольку К. Маркс был философом, а Ф. Энгельс смог получить лишь среднее образование, о существовании иных взглядов на право и разных правовых систем они не знали. Понятие «право» они употребляли обязательно вместе со словом «буржуазное». Общесоциального содержания в праве они не видели. «Что касается права, – писали К. Маркс и Ф. Энгельс в «Немецкой идеологии», – то мы, наряду со многими другими, подчеркнули оппозицию коммунизма против права как политического и частного, так и в его наиболее общей форме – смысле права человека»3.
В правовой науке такое отношение к праву определяется как «правовой нигилизм». Причем сами К. Маркс и Ф. Энгельс это вполне осознавали и никакой беды в этом еще не видели. «Появление молодой буржуазии нашло свое отражение в либерально-конституционном движении, а зарождение пролетариата – в движении, которое обычно называют нигилизмом»4.
В большевистской России среди членов Политбюро ЦК РКП (б) юридическое образование имели и перед революцией работали по специальности В.И. Ленин и Н.Н. Крестинский. Г.Е. Зиновьев и А.И. Рыков учились на юридических факультетах меньше семестра, Л.Б. Каменев – почти два семестра. Из членов ЦК юридическое образование имели М.С. Урицкий и П.И. Стучка. Однако, будучи марксистами, все они были правовыми нигилистами. «Декреты – это инструкции, зовущие к массовому, практическому делу, – писал В.И. Ленин. – Мы не будем смотреть на них как на обстоятельные постановления, которые надо во что бы то ни стало тотчас же, сразу провести»5. Ему вторил В.В. Оболенский (Н. Осинский): «В момент массового штурма на капитал необходимо провозгласить в виде декрета цель, к которой массы должны стремиться и никакого значения не имеет то, что юридическое слово расходится здесь с революционным делом».6 Крайне нигилистически относился к праву большевистский нарком юстиции (!) П.И. Стучка7. Даже А.В. Луначарский, считающийся самым интеллигентным из большевиков, не постеснялся написать: «Законы Конституции не распространяются на ЦК»8. Интересы революции все они считали бесконечно большей ценностью, чем право.
[1 Шестой съезд РСДРП (большевиков). Август 1917 года. Протоколы. М., 1958. С. 294 – 300.]
[2 Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. Т. 4. С. 443.]
[3 Там же. Т. 3. С. 197.]
[4 Там же. Т. 22. С. 41.]
[5 Там же. Т. 38. С. 198 – 199.]
[6 Народное хозяйство. 1918. № 11. С. 14.]
[7 Стучка П.И. Избранные произведения по марксистско-ленинской теории права. Рига, 1964.]
[8 Луначарский А.В. Письмо Ленину от 13 января 1922 г. //Власть и интеллигенция. Документы ЦК]
Гражданское право. Исторически гражданское право создавалось ради защиты имущества и связанных с ним личных неимущественных отношений. В этом плане большевикам оно не только не требовалось, а являлось чуть ли не основной целью разрушения. Декретами «О земле», «О социализации земли» и другими нормативно-правовыми актами частная собственность на землю, недра, лес и воду была отменена. Это соответствовало настроениям основной массы крестьян. Вместо правовой защиты частной собственности, большевики однозначно взяли курс на огосударствление всех видов собственности. Отношения между государственными предприятиями строились уже не на основе гражданского, а на основе административного законодательства.
Прежде всего, большевики приняли серию актов, направленных на пресечение распродажи собственности (к чему стремились ее хозяева, пытаясь хоть что-то сохранить в условиях нарастающей национализации). Так, 14 декабря 1917 г. СНК приостановил сделки с недвижимостью. Лишь кустари могли сохранить за собой предметы (частную собственность), необходимые для работы.
Декретом от 27 апреля 1918 г. наследование по закону и завещанию отменялось. Все движимое и недвижимое имущество стоимостью выше 10 тыс. руб. переходило в собственность государства. Особым декретом запрещалось дарение или безвозмездная передача имущества на сумму свыше 10 тыс. руб.1
В течение 1918 г. была установлена государственная монополия на продажу золота и платины, спичек, риса, свечей, кофе, перца и некоторых других товаров.
В результате всех этих мер сфера товарно-денежных отношений оказалась практически свернута.
Земельное право. Основными задачами это отрасли права являлось устранение частной собственности на землю и создание в деревне коллективных хозяйств.
Его основы заложил уже «Декрет о земле», принятый II Всероссийским съездом Советов. Единственным собственником земли объявлялось государство. Недра, леса, воды переходили в распоряжение государства, мелкие же реки, озера и рощи – в распоряжение крестьянских общин. В равной степени устанавливалась государственная собственность и на городскую землю.
Большевики предполагали, что, передав помещичьи земли крестьянам, они получат в деревне социалистические формы хозяйства в виде совхозов и колхозов. Однако в действительности этого не произошло. Крестьяне разделили землю на основе привычных принципов: «по едокам» или «по работникам». Большевиков это не устраивало.
В феврале 1918 г. был опубликован декрет ВЦИК «О социализации земли», который обязывал вновь создаваемые в деревне земельные комитеты озаботиться в первую очередь созданием коллективных хозяйств. Эта идея противоречила вековым мечтаниям крестьян, поэтому таких хозяйств оказалось чрезвычайно мало: в июле 1918 г. по всей стране насчитывалось чуть более 1500 коммун и артелей.
В июне 1918 г. вышел декрет ВЦИК «Об организации деревенской бедноты и снабжении ее хлебом, предметами первой необходимости и сельскохозяйственными орудиями». Декрет был направлен на изъятие хлеба у «кулаков и богатеев» руками деревенской бедноты. Взяв курс на ликвидацию товарно-денежные отношения зимой 1917-1918 гг., большевики сами создали ситуацию, когда крестьяне потеряли интерес к продаже своего хлеба. Не удалось им получить хлеб и после создания комбедов. Бедняки лишь захватили земли богатых односельчан. Но ни совхозов, ни колхозов и на этот раз не создали.
В феврале 1919 г. ВЦИК издал положение «О социалистическом землеустройстве и о мерах перехода к социалистическому земледелию». Единоличное землепользование отменялось. Ради создания единого народного хозяйства вся земля объявлялась государственным фондом. Фонд находился в распоряжении соответствующих наркоматов.
РКП (б) – ВКП (б), ВЧК – ОГПУ – НКВД о культурной политике. М., 1999. С. 33.
[1 Сумма в 10 тыс. рублей в тот год была равна приблизительно трем месячным зарплатам рабочего.]
Уголовное право. Развитие уголовного права определялось «теорией самоуправления народа» и логикой революции. В соответствии с ними старое право отменялось, а источником новых норм становилось «революционное правосознание».
Первый нормативный сборник по уголовному праву был принят в 1919 г. и назывался «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР». Особенность этого документа состояла в отсутствии Особенной части. Это вызывалось стремлением большевиков к развитию революционной инициативы масс, для которой не следовало ставить какие-либо правовые ограничители.
«Руководящие начала» состояли из введения, разделов о сущности уголовного права, об уголовном правосудии, преступлении и наказании, стадиях совершения преступления, соучастии, видах наказания, об условном осуждении, о пространстве действия уголовного права.
Преступления делились на простые и контрреволюционные. Считалось, что пролетарии и крестьяне могут совершать простые – уголовно-бытовые – преступления, которые менее опасны для общества, чем контрреволюционные, совершаемые «классовыми врагами». Поэтому при анализе правонарушения и определении наказания суд должен был исходить не из действия и его результатов, а из социального происхождения и положения правонарушителя. Например, сам факт работы до революции в полиции приравнивался к контрреволюционному преступлению.
В «Началах» отсутствовало понятие «преступление». «Начала» предоставили судьям самим трактовать его и определять меру наказание преступникам. (Это развязывало руки репрессивным органам)