Внешность моего отца была совсем не французская, а скорее цыганская - высокий, смуглый, черноволосый и кучерявый с карими глазами. Удивительно, что я пошла фигурой и обликом больше в маму, лишь глаза папины. Маргарита Владимировна ростом доставала мужу по плечо, худенькая и стройная словно куколка с русыми косами и голубыми глазами. Отец частенько говорил: «Из-за кос я свою Маргаритку и полюбил с первого взгляда».
Мама приводила другие варианты перевода нашей фамилии. Некоторые источники утверждают, что она может иметь корни в слове «sher», что означает «король» на персидском языке. Маргарита Владимировна Шер чувствовала себя королевой рядом с папой - заботливым любящим мужем и отцом.
Родители погибли в авиакатастрофе, оставив меня совершенно одной в двенадцать лет. Близких родственников, кроме двоюродного дяди по линии отца у меня никого не осталось. Тела погибших не обнаружили, так как легкомоторный самолёт рухнул в океан. Нашлись лишь обломки и масляное пятно на поверхности воды. Спустя время вручили свидетельство о смерти и вещи из отеля. Подробностями со мною никто не делился и я долго ждала возвращения родителей домой. Придумала историю, что им удалось спастись, и они жили на необитаемом острове. А потом их нашли, они вернулись ко мне живые и здоровые, только очень загорелые. Ведь крем от загара у них давно закончился.
Мои родители были фармацевтами, владельцами фабрики по производству медикаментов. Их поездка была связана с какими-то находками лекарства, которое могло помочь в борьбе с онкологическими заболеваниями. В одном африканском племени обнаружили вещества, которые препятствовали развитию раковых клеток. Подробности держались в строжайшем секрете. Требовалось ещё изучить подробнее находку, синтезировать и провести испытания. Поездка на континент носила частный характер и помощи от властей не было. Всю организационную работу взял на себя дядя Владимир Алексеевич Потухин - мой опекун.
С тех пор значение моей фамилии для меня изменилось. Нашла в интернете, что она может быть производной от идишского имени, указывающего на «сироту» или «брошенного ребёнка». Вот именно сиротою я себя и ощущаю уже с двенадцати лет.
Наш двухэтажный светлый дом с садом и оранжерей погрузился в уныние. Каждый уголок был обустроен мамой с любовью. Она не обращалась к дизайнерам, а сама всё организовала по своему вкусу. Всё напоминало мне о родителях и тех временах, когда они были рядом. Помощники по хозяйству продолжили работу, так как оплата труда и средства на содержания домовладения выделялись из специального фонда из отчислений с фабрики. Следил за этим специальный человек - управляющий. Территория у нас была небольшая, но внимания и заботы к себе требовала.
Первый месяц за мною присматривала наша домоправительница Олимпиада Афанасьевна. Она возила меня в школу, настояла на том, чтобы я не бросала занятия в кружках и всячески меня поддерживала.
- Илона, ты уже большая девочка и всё прекрасно понимаешь, - наставляла она меня. - Совсем скоро ты станешь совершеннолетней и тебе придётся самой управляться с наследием родителей. Время пролетит очень быстро. Тебе тяжело и никто не сможет заменить их. Крепись! Чтобы со всем справиться нужно усилено готовиться.
- И как художественная школа или кружок по вязанию спицами мне в этом поможет? - с сомнением спросила.
- Они помогают развивать твой творческий потенциал, - уверено заявила моя наперсница и нянька в одном лице. - Как ты думаешь делала открытия твоя мама? Только благодаря образному мышлению, которое у творческих людей особо развито.
- Хорошо, - согласилась с женщиной. - Я продолжу все занятия.
- Молодец, моя хорошая. Мы со всем справимся, - приобняла меня. - Тебе ещё многому нужно научиться.
Спустя месяц дядя привёл в мой дом женщину. Высокая стройная брюнетка с выдающимися формами и ярким макияжем мне сразу не понравилась. Рядом с нею было опасно, так как пуговички на груди почти трещали и запросто могли отскочить, покалечив нечаянно.
- Илона, сам я не могу постоянно за тобой приглядывать, - заявил сразу с порога. - У меня и так очень много забот на фабрике. Елена Эдуардовна будет жить здесь и следить за порядком.
Будто до этого он напрягал себя приглядом за мною. Или я чего-то не понимаю?
- У нас и так везде порядок, - немного ошарашено ответила. - Олимпиада Афанасьевна со всем справляется и за мною присматривает.
- Мне не хотелось тебя оставлять с посторонними людьми, - стал раздражаться мужчина. - Елене Эдуардовне я доверяю.
Мне эта ситуация совсем не нравилась. Люди, которых я знаю с рождения оказались мне посторонними, а чужая тётка будет жить в моём доме лишь потому, что ей доверяет опекун. Даже на мой детский взгляд это было совсем нелогично. Однако меня никто не спрашивал, а ставили перед фактом.
Теперь радости в моей жизни стало ещё меньше. Постоянные придирки к моей внешности, походке, речи и прочему довели до того, что возвращаться в родной дом совсем не хотелось. Из уверенного в себе человека постепенно превратилась в дёрганого закомплексованного подростка.
Большая часть окружающих меня людей была уволена, так как Елену Эдуардовну постоянно что-то не устраивало в их работе. Не каждый выдержал её претензии и упрёки, лишь Олимпиада Афанасьевна и наш садовник пока держались. Жалобы Владимир Алексеевич игнорировал.
- Елена Эдуардовна имеет расширенные полномочия, - отвечал он на все мои претензии. - Ей изнутри виднее, как сделать лучше.
- Но мы такими темпами в грязи зарастём! - попыталась возмутиться. - В маминой оранжерее уже часть растений погибла. Там есть редкие растения, которым нужен специальный уход.
Лучше бы молчала... После нашего разговора остальные растения выкопали, и увезли в неизвестном направлении пока я была в школе. Теперь мамино детище стояло пустым и зарастало сорняками, а я получила очередной урок.
Самым радостным временем для меня стало, когда Елена Эдуардовна улетала в отпуск на целый месяц. Тогда мне можно было немного расслабиться и заняться любимым делом со своей наперсницей. Олимпиада Афанасьевна учила меня готовить и делать закрутки на зиму. Для этого мы уезжали в пригород к её дочери и внучке и там уже отрывались по полной. С Любашей мы периодически созванивались или писали друг другу в социальных сетях. После гибели родителей прежние друзья постепенно потеряли ко мне интерес и кроме Любушки делиться секретами и переживаниями мне было не с кем.
- У дочери муж погиб, когда внучке было шесть годиков, - тяжело вздыхала моя наставница. - Она его только по фотографиям теперь только и помнит. Нет у них ближе меня никого, поэтому и помогаю всегда. Если не хочешь со мною, то можешь остаться дома.
- И пропустить веселье? - возмутилась сразу. - Мы столько планов придумали на этот месяц, так что я ни дня не пропущу. Пока эта грымза уехала, я хоть человеком себя ощущаю без её постоянных придирок.
- Хорошо. Владимира Алексеевича я предупредила и он разрешил тебя забрать на этот месяц, - сообщила женщина. - Он пойдёт мне в счёт отпуска.
- Так вы за мною будете присматривать, - удивилась практичности дядюшки. - Он решил сэкономить на вашей зарплате?
- Не переживай, - успокоила меня Олимпиада Афанасьевна. - Я в накладе не останусь. Отпускные мне положены, а так и с девочками своими побуду.
У соседа была небольшая пасека из десятка уликов и меня с Любочкой, приглашали иногда крутить медогонку. Дедушка мог с этим и сам справиться, но нам этот процесс доставлял такое удовольствие, что отказать пасечник не мог.
За работу получали по трёх литровому баллону свежего мёда, который умудрялись за месяц изничтожить с блинчиками и творожниками, да в прикуску с чаем.
- Знатный у Лукича мёд, - восхищалась Вера Дмитриевна. - Илона с Любашей наши добытчицы. Так-то свежего не купить на рынке уже. Если только по знакомству.
- Нас обещали в следующий раз тоже позвать, - предупредила моя напарница. - Илона сильная, ручку быстро крутит, - нахваливала меня.
Мне нравились наши вечерние посиделки за чаем, когда мы, набегавшись или наработавшись за день, могли спокойно посидеть все вместе своим бабским коллективом на террасе. За день доски нагревались и постепенно отдавали тепло. На улице вечером становилось прохладнее и мы вытаскивали пледы, которые создавали дополнительный уют. Вдалеке у реки слышалось пение лягушек, которое продолжалось почти до самого утра. Как только люди спят под такой аккомпанемент, которые живут поблизости? Где-то перекликалась выпь, и слышались трели неизвестной птицы.
В это время я могла расслабиться и помечтать о многом. Через год заканчиваю школу и мне нужно поступать в выбранный институт. Решила идти по стопам родителей и заниматься фармацевтикой. С экзаменами проблем быть не должно, учёба даётся мне легко. Совсем скоро я смогу самостоятельно распоряжаться своим имуществом и жизнью. Осталось потерпеть совсем немного.
«Хочешь рассмешить Бога - расскажи ему о своих планах», - гласит всем известная поговорка. Как бы тщательно я не продумывала своё будущие, строила планы, прописывала каждый свой шаг, чтобы достигнуть желаемого, но жизнь вносит свои коррективы. Непредвиденным обстоятельством оказалась моя первая любовь.
Илона Шер влюбилась...
Благодарю за комментарии, и звёздочки!
Получая их, я понимаю, что вам нравится моя история.
Не забывайте подписываться на автора, чтобы увидеть новые проды или произведения автора.
Глава 3.
Никогда не думала, что можно так сильно зависеть от человека...
Никита пришёл к нам в класс в начале второй четверти. Почему он перевёлся в нашу школу перед выпускными экзаменами? Никто точно не знал, а только строили предположения.
Высокий спортивный парень с модной причёской привлёк к себе внимание первых красавиц не только нашего класса. Я в их число не входила. Смешно было слушать на перемене вздохи девчонок о его ярких синих глазах, которые заглядывают в душу чуть ли не каждой второй и про отлично подобранную к ним причёску из тёмной немного вьющейся шевелюры. О сильных руках и кубиках пресса. Где и когда они успели их рассмотреть?