. Явился и Масгаба, сын царя Масиниссы; в Путеолы, где высадился он, направили квестора Луция Манилия с деньгами, чтобы он встретил царевича и препроводил его в Рим на казенный счет. (13) Немедля по прибытии Масгаба был принят в сенате, где юноша произнес речь, слог которой был не менее приятен для слуха, чем смысл. Он перечислил, сколько пеших и конных, слонов и хлеба послал в Македонию за эти четыре года его отец, (14) но два обстоятельства, сказал он, заставляли Масиниссу краснеть: первое – что сенат просил его через послов о поставках для нужд войны, вместо того чтобы приказать, а второе – что за хлеб ему присланы были деньги. (15) Царь Масинисса, сказал царевич, помнит, что римский народ и добыл ему царство, и увеличил во много раз. А потому с него хватит и пользованья царствам, ибо право собственности, он знает, – у тех, кто ему это царство вручил. (16) А значит, римлянам по справедливости должно брать у него, Масиниссы, а не просить и не покупать за деньги того, что родится на подаренной ими самими земле, ему же, Масиниссе, и теперь и впредь довольно будет того, что римлянам не пригодится. (17) С такими порученьями от отца он, Масгаба, пустился в путь и настигнут был верховыми с известием о победе над Македонией и с отцовским приказом поздравить сенаторов и заверить их, что радость Масиниссы по этому случаю столь велика, что он и сам хотел бы явиться в Рим и принести благодарственную жертву на Капитолии Юпитеру Всеблагому и Величайшему, так пусть же сенат, если это ему не в тягость, даст на то свое дозволение.
14. (1) Царевичу ответили, что его отец вел себя, как подобает мужу достойному и благородному, который должное усугубляет доброхотным, – оттого оно и ценней, и почтенней. (2) В Пунической войне он смело и без колебаний помог народу римскому, и от него получил в знак благоволения царство; так они сквитались, но и потом, когда римляне воевали с тремя царями кряду, Масинисса оказывал им все услуги, какие мог. (3) Так не диво, что царь, связавший участь свою и царства с делами римлян, от сердца рад победе народа римского; пусть же за эту победу он воздаст благодарность богам, не покидая дома и очага, а в Риме за него это сделает сын, (4) который довольно принес поздравлений – и от своего, и от отцовского имени. А самому Масиниссе не стоит сейчас покидать свое царство и Африку – это не принесло бы пользы ни ему, ни римскому государству.
(5) На просьбу Масгабы потребовать в Рим заложником Ганнона, Гамилькарова сына, вместо <...>, было отвечено, что сенат не считает справедливым требовать у карфагенян заложников по усмотрению Масиниссы. (6) Квестору сенат повелел купить для царевича подарков на сто фунтов серебра, сопроводить его в Путеолы и содержать на казенный счет, пока он в Италии, а чтобы переправить его и всех его спутников в Африку, нанять ему два корабля. (7) Все спутники Масгабы, свободные и рабы, в дар получили одежды.
(8) Прошло немного времени, и в Рим доставили известие о другом сыне Масиниссы – о Мисагене: разбив Персея, Павел отпустил царевича с его конниками домой, но в Адриатике флот был рассеян, а Мисагена, больного, принесло к Брундизию с тремя кораблями. (9) К царевичу отправили Луция Стертиния, квестора, с такими же подарками, какие получил от римлян и брат его, наказавши проследить, чтобы гостеприимный кров <...>34.
15. (1) Вольноотпущенники давно были расписаны по четырем городским трибам, – все, кроме тех, кто имел родного сына старше пяти лет, (2) – этим велено было пройти перепись там же, где в прошлый раз, – и тех, кто имел поместье или поместья дороже трехсот тысяч, – этим разрешено было пройти перепись <...>35. (3) Так как подарок этот оставался в силе, Клавдий36 заявил, что без воли народа цензор не имеет права лишать голоса никого из граждан, а тем более целое сословие. (4) Цензор может исключить его из трибы, то есть просто перевести в другую трибу, но не может его исключить из всех тридцати пяти триб, то есть лишить гражданства и свободы; цензор может определять, где ему проходить цензовую перепись, но не исключить его из переписи. (5) Поспорив об этом, цензоры решили при всех бросить жребий в Атрии Свободы, чтобы выбрать одну из четырех городских триб и в ней дать место всем бывшим прежде рабами. Жребий пал на Эсквилинскую трибу; (6) в ней-то и приказал Тиберий Гракх пройти перепись всем вольноотпущенникам. (7) Этим цензоры снискали в сенате великое уважение: Семпронию37 выразили благодарность за настойчивость в прекрасном его начинании, а Клавдию – за сговорчивость.
(8) В эту перепись и из сенатского сословия, и из всаднического исключено было больше лиц, чем в предыдущие38. При этом исключались из трибы и переводились в эрарии39 обоими цензорами одни и те же лица: кого вычеркивал один, того не обелял и другой. (9) Однако когда они по обычаю попросили продлить себе срок на полгода, чтобы проверить починку зданий и принять работу от подрядчиков, трибун Гней Тремеллий, исключенный цензорами из сената, наложил на это запрет.
(10) В том же году Гай Цицерей освятил храм Монеты на Альбанской горе – по обету, данному пять лет назад40. В сан Марсова фламина посвящен был в этот год Луций Постумий Альбин41.
16. (1) Консулы Квинт Элий и Марк Юний обратились к сенату с вопросом о провинциях; отцы-сенаторы постановили, во-первых, Испанию, составлявшую во время Македонской войны одну провинцию, вновь разделить на две, (2) а во-вторых, Иллирию и Македонию оставить по-прежнему за Луцием Павлом и Луцием Адицием, покуда сенатские легаты не сочтут, что расстроенный там войною порядок восстановлен, а вместо царской власти налажено новое управление. (3) Консулам назначили Пизу и Галлию и выделили по два легиона, в каждом по пять тысяч пеших и по четыреста конных42. У преторов жребии выпали так: Квинт Кассий получил городскую претуру, Маний Ювентий Тальна – дела с иноземцами, Тиберий Клавдий Нерон – Сицилию, Гней Фульвий – Ближнюю Испанию, а Дальнюю – Гай Лициний Нерва; (4) Авл Манлий Торкват – Сардинию, но к месту службы отправиться не мог, ибо постановлением сената был задержан в Риме для расследования уголовных дел43.
(5) Потом спросили мненья отцов-сенаторов касательно знамений, о которых пришли известия. Ударом с неба было поражено святилище Пенатов в Велии и двое ворот с частью стены в Минервин; в Анагнии был земляной дождь, в Ланувии виден был в небе факел, а из Калатии с общественного поля римский гражданин Марк Валерий донес, что очаг его три дня и две ночи сочился кровью. (6) Об этом знамении децемвирам велено было справиться в Книгах особо; те назначили однодневное всенародное молебствие и принесли в жертву на форуме пятьдесят коз. На другой день состоялось молебствие пред всеми ложами богов и ради остальных знамений – в жертву принесли взрослых животных и совершили обряд очищения города.
(7) Еще отцы-сенаторы решили (и это тоже касалось почитания бессмертных), что коль скоро враги, Персей и Гентий, повержены и сдались народу римскому вместе со своими владеньями, Иллирией и Македонией, (8) то пусть к каждому ложу богов доставят дары, такие же, как некогда за победу над Антиохом при консулах Аппии Клавдии и Марке Семпронии; а проследить за этим велел преторам – Квинту Кассию и Манию Ювентию44.
17. (1) Затем сенат постановил направить легатов – десятерых в Македонию и пятерых в Иллирию, чтобы Луций Павел и Луций Аниций, наводя там порядок, руководствовались их советами. (2) В Македонию первыми были назначены Авл Постумий Луск, Гай Клавдий (оба бывшие цензоры), Квинт Фабий Лабеон, Квинт Марций Филипп и Гай Лициний Красс, бывший сотоварищ Павла по консульству, ведавший тогда, с продленной властью, провинцией Галлией. (3) К означенным пяти присоединили Гнея Домиция Агенобарба, Сервия Корнелия Суллу, Луция Юния, Тита Нумизия Тарквинийского и Авла Теренция Варрона. (4) В Иллирию назначили Публия Элия Лига, бывшего консула, Гая Цицерея и Гнея Бебия Тамфила (он был претором в минувшем году, а Цицерей – давно45), а также Публия Теренция Тусцивикана и Публия Манилия.
(5) Потом, так как один из консулов должен был сменить в Галлии Гая Лициния, назначенного легатом в Македонию, отцы-сенаторы потребовали от консулов, чтобы те незамедлительно разобрались между собой с провинциями – либо сговорились, либо бросили жребий. (6) По жребию Марку Юнию досталась Пиза, но до отъезда он должен был еще представить сенату послов, отовсюду явившихся для поздравлений в Рим; Квинту Элию выпала Галлия.
(7) И хотя легатами посылали таких мужей, которые и сами не могли бы присоветовать полководцам ничего недостойного милосердия и величия народа римского, все-таки в сенате были обсуждены главные решения, чтобы легаты могли доставить из дому полководцам предварительные наметки всех распоряжений.
18. (1) Прежде всего решено было Македонии и Иллирии быть свободными, чтобы все народы видели: римское оружие не рабство свободным несет, а рабствующим – свободу, (2) и чтобы все свободные племена под опекой народа римского чувствовали себя в вечной безопасности, а подвластные царям племена знали бы, что эти цари стали мягче и справедливее из почтенья к народу римскому, и если цари их затеют войну с римским народом, то кончится это для римлян победой, а для подданных царских свободой. (3) Македонские рудники – источник огромных доходов46