Только три дня ГКЧП смог продержаться у власти. Путчисты действовали нерешительно. Им не удалось привлечь на свою сторону большую часть старой властвующий элиты, госаппарат, которые заняли выжидательную позицию.
Руководство РФ с первого момента отказалось признать ГКЧП и мобилизовало народ на защиту конституционного строя. Горбачев был возвращен к власти. Заговорщики арестованы и впоследствии преданы суду.
Августовские события ускорили окончательный распад Советского Союза. 25 августа 1991 г. Украина объявила об образовании независимого государства и отказалась принимать участие в подписании нового союзного договора. За ней последовали все остальные республики, кроме России и Казахстана. Ухудшение экономической ситуации в республиках способствовало их дальнейшей самоизоляции, разрыву экономических связей.
Проходившее 8 декабря 1991 г. в Беловежской пуще совещание глав трех республик Украины, Белоруссии и России констатировало распад Союза как свершивший факт и объявило о создании Содружества Независимых государств (СНГ). Беловежское соглашение не имело под собой достаточных легитимных оснований. Руководители трех республик, его подписавшие, представляли лишь часть сторон. Парламентарии союзных республик, осознавая свою неспособность воспрепятствовать этому процессу, одобрили предложенный вариант Содружества. Девять дней спустя, 21 декабря, в Алма-Ате главы одиннадцати государств подписали Декларацию о создании СНГ, где говорилось, что с образованием Содружества СССР прекращает свое существование. 25 декабря 1991 г. Президент СССР М. С. Горбачев сложил свои полномочия.
Приоритеты внешней политики. Вывод войск из Афганистана позволил Советскому Союзу нормализовать межгосударственные отношения с Китаем. Чтобы преодолеть разногласия, наслаивавшиеся в течение 30 лет, СССР отвел и сократил войска, находившиеся на советско-китайской границе, и способствовал урегулированию камбоджийской проблемы, возникшей в результате кризиса после свержения режима красных кхмеров (на чем настаивал Китай.) Визит М. С. Горбачева в Пекин в мае 1989 г. закрепил советско-китайское сближение.
Характерной чертой новой внешнеполитической линии стало подкрепление новых концептуальных подходов практическими шагами. Добиваясь прекращения гонки ядерных вооружений, СССР 30 июля 1985 г. объявил об одностороннем моратории на ядерные взрывы. Выдвижение идеи «Общеевропейского дома» (налаживания на континенте подлинно добрососедских отношений) также сопровождалось реальным сокращением советского ядерного оружия средней дальности в европейской части страны.
Итоги и уроки перестройки. Крах перестройки стал реальностью осенью — зимой 1991 г. Её результат оказался вовсе не таким, на который рассчитывали М. С. Горбачев и его единомышленники. Им не удалось ни вывести СССР на мировые рубежи в промышленном производстве и НТП, ни модернизировать одряхлевшую советскую систему, ни создать новую модель социализма. Имя Горбачева в массовом сознании прочно связывается с крушением привычного жизненного уклада, со всеми невзгодами и потрясениями, обрушившимися на страну в конце 80 — начале 90-х гг.
Прежде всего, очевидно, что подобный финал — закономерный (не в детерминистском, а в вероятностном смысле) итог целого исторического этапа развития страны, начавшегося после смещения Н. С. Хрущева, основным содержанием которого является спонтанное перерождение и разложение советской системы. Сегодня невозможно отрицать, что в самой системе были заложены мощные силы самораспада, важнейшим свидетельством наличия которых является постоянная озабоченность большевистского режима проблемами собственной легитимации. Отсюда следует, что одна из главных причин поражения Горбачева — ставка на социалистический выбор страны. Сегодня вполне очевидно, что кардинальные реформы были необходимы стране. Не случайно на протяжении предшествующего перестройке тридцатилетия советские руководители безуспешно пытались с помощью реформ решать назревающие проблемы. Гипотетически для каждого предшественника Горбачева существовали альтернативные варианты реформ. Правда, не для улучшения социализма, а для выхода из него.
Основная заслуга Горбачева в том, что он осознал глубинную необходимость перемен и решился их инициировать. Горбачев никогда не ставил вопрос о ликвидации советской системы, он хотел лишь её усовершенствования. Но механизмы, с помощью которых он пытался это сделать, оказались неэффективными. Именно в этом плане «фактор Горбачева» оказался решающим в ускорении развала планово-распределительной системы, развала неизбежного и в конечном итоге спасительного для России.
Очевидно, не могут быть забыты заслуги М. С. Горбачева в разрушении «железного занавеса», ликвидации основ тоталитарной системы, проведении первых демократических преобразований.
Глава 10. СОВРЕМЕННАЯ РОССИЯ
Начало постсоциалистической трансформации. В декабре 1991 г. с крушением коммунизма в СССР в истории страны начался современный период развития. Смена вектора общественного развития страны в последнем десятилетии XX в. не случайность, а закономерное следствие всего послеоктябрьского развития, шанс продолжить прерванный в 1917 г. путь к демократии и свободе.
В силу постоянно ухудшающихся условий жизни эйфория в обществе быстро сменяется всеобщим разочарованием. Ситуацию сильно осложняло то обстоятельство, что осенью 1991 г. государственные органы СССР фактически перестают функционировать как органы власти. По мере ослабления союзного центра власть все более перетекает на нижние этажи — в союзные и автономные республики. Бывшие союзные республики отказываются выполнять экономические обязательства перед Союзом. Союзная и региональная бюрократия, предчувствуя грядущие перемены, растаскивала федеральную собственность по срочно создаваемым «концернам» и «ассоциациям». Процесс спонтанной приватизации захватывает регионы страны. В силу этих причин задача перехода от системы, основанной на тотальном огосударствлении экономической и политической жизни, к рыночной демократии оказалась исключительно трудной.
Глубокий финансово-бюджетный кризис и последовавший за ним распад государственной власти в СССР сделали практически неизбежной трансформацию по революционному, а не реформистскому типу.
Более того, тяготы жизни настраивали значительную часть населения России против либеральных реформ. В этих условиях Б. Н. Ельцин явно не хотел «раскачивать лодку». Выборы в Советы были отложены, и старая номенклатура продолжала действовать в Советах и в хозяйственных структурах. Союз двух политических элит, новой и старой, стал основой послеавгустовской переходной российской государственности. В результате изменения коснулись лишь аппарата КПСС (он был распущен, а здания ЦК КПСС опечатаны).
Осенью 1991 г. перед политическим руководством России наряду с главной задачей — переходом к рынку стоял не менее острый вопрос остановки инфляции и обеспечения стабильного экономического роста.
Неясность экономических перспектив, дискуссии о предстоящей денежной реформе и повышении розничных цен толкнули население России на скупку товаров, создание запасов предметов первой необходимости. В результате из магазинов исчезли те немногие ещё остававшиеся с горбачевских времен товары. Введение принципа распределения товаров среди населения по карточкам и талонам, организация распродаж на предприятиях не смогли улучшить ситуацию. «Голодные очереди» становятся важнейшим фактором политики, способствуя усилению противостояния политических сил.
В этой обстановке начинают постепенно возвращаться к активной политической жизни коммунисты, создавшие несколько партий. Положение осложнялось также нарастающей угрозой распада самой России.
Трудный выбор. Судьба российской государственности в 1991–1993 гг. во многом определялась противостоянием республиканских региональных властей с федеральной властью. Причины, приведшие к распаду СССР, сказались в усилении сепаратистских настроений внутри России. Угроза распада России нарастала в течение всего 1992 г. К лету этого года десятки субъектов Федерации — Татарстан, Башкортостан, Якутия (Саха), Удмуртия, Новосибирская и Тюменская области задерживали или вообще прекратили отчисление налогов в федеральный бюджет. Отдельные субъекты Федерации предлагали преобразовать её в конфедерацию, другие выступали за реальный федерализм, т. е. четкое разделение сфер ответственности и полномочий центра и мест с учетом природно-климатических и социально-политических различий регионов. Третьи, опасаясь экономической неэффективности федерации, построенной по этническому, а не территориально-экономическому принципу, требовали ликвидации существующих республик, краев и областей и создания на их месте губерний, жестко подчиненных центру.
В этих условиях правительство Российской Федерации проводило осторожную, хотя и непоследовательную национально-государственную политику.
Незаконные вооруженные формирования Д. Дудаева, разогнавшие в сентябре 1991 г. Верховный Совет Чечено-Ингушской автономии и демонстративно объявившие об отделении Чечни от России, не были разоружены, что впоследствии обернулось тяжелым кризисом в этом регионе. Продолжалось субсидирование из федерального бюджета республик, взявших курс на отделение от России. Лишь в конце октября 1992 г. после начала столкновений между осетинами и ингушами президент России впервые не исключил возможности использования силовых методов для защиты территориальной целостности страны и государственных интересов.
Первым серьезным шагом на пути сохранения единства России стал Федеративный договор. Подписанный 31 марта 1992 г. большинством субъектов Федерации, за исключением Татарстана и Чечни, договор разграничил в общих чертах полномочия общефедеральных органов и органов субъектов Федерации. Тем самым внутриполитическое напряжение в стране резко снизилось.