Возвратясь в Москву, Иван Грозный предпринял ещё более устрашающие казни. На этот раз он решил расправиться с московскими приказными людьми, а также с пригнанными в Москву новгородцами. На одной из площадей Москвы было собрано 300 человек. Среди них находился видный дипломат, глава Посольского приказа, один из оставшихся в живых деятелей Избранной рады дьяк Иван Михайлович Висковатый. Часть из них Иван IV великодушно простил, а остальных, в том числе Висковатого, ожидала лютая казнь. Царь и его свита сами кололи их пиками и секли саблями головы беззащитных людей.
Опричнина свирепствовала все более люто. Погибли уже многие тысячи людей, а конца казням не было видно. Опричники, которых насчитывались тысячи, вошли во вкус насилий, грабежей и убийств, выискивали врагов, доносили на безвинных, чтобы завладеть их имуществом. В этом позорном деле, развязанном Грозным, участвовало не только опричное войско, но и рядовые горожане и даже холопы — те, кто хотел свести счеты со своими недругами. Грозный царь лишь дал сигнал к опричной политике, а дальше во многом уже действовали сами люди. По существу, одна часть населения при поддержке царя ополчилась против другой. Вскоре опричники стали доносить друг на друга, обвинять друг друга в измене государю, бороться за почетное место около царя, за земли, доходы, привилегии. Снова полетели головы, на сей раз уже самих опричников. По приказу царя был зарезан своим сыном и Алексей Басманов.
Печальная участь не миновала и военных. На плаху взошли прославленные русские военачальники, среди них — знаменитый воевода М. И. Воротынский. За время опричнины погибли от казней или бежали за рубеж все известные русские полководцы.
Нельзя думать, что происходившие в России события были в XVI в. чем-то особенным. Повсюду в Европе централизация государств сопровождалась жестокими казнями соперников, выдвижением новых фаворитов. В каждой стране имелись свои особенности. В Испании, например, свирепствовала католическая инквизиция, и Филипп II с удовольствием смотрел, как ежедневно по 20–30 человек горели на кострах. Это были его противники, представители испанской знати. Французский король Карл IX сам участвовал в беспощадной резне протестантов в Варфоломеевскую ночь 1572 г. Шведский король Эрик XIV в результате многочисленных убийств своих врагов пролил не меньше крови, чем Иван Грозный. Английская королева Елизавета ожесточенно боролась с законной наследницей престола Марией Стюарт, казнила её и многих её сторонников. Любопытно, что в ходе переписки Елизавета и Иван IV обещали предоставить друг другу политическое убежище, если придется бежать из своей страны.
К 1572 г. опричные казни стали затухать. Главная цель была достигнута. С помощью опричнины Иван Грозный подавил всяческую оппозицию, очаги удельной обособленности, уничтожил не только своих открытых противников, которые не принимали его идей самодержавия, но и всех, кто протестовал или даже сомневался в его методах управления.
Вскоре стало очевидно, что опричнина начала себя изживать. Опричники больше боролись между собой, чем блюли интересы царя. В битвах под Москвой с крымскими татарами опричная рать показала себя с самой дурной стороны. В 1572 г. царь даже запретил употреблять слово «опричнина».
Опричное войско было распущено. Но так полюбившиеся царю расправы продолжались и далее. Оставил Иван Грозный до конца жизни и свой обособленный двор — отдельную организацию управления (в отличие от земского управления, Думы, приказов и т. д.), которая очень напоминала опричные порядки.
Напряжение Ливонской войны, набеги Крымского хана, бесчинства опричнины принесли стране неисчислимые потери. А главной из них были люди. В войне гибли здоровые, сильные молодые воины, опричный террор привел к смерти многих одаренных воевод, приказных людей, а также купцов, ремесленников, крестьян. Целые боярские и дворянские семьи были вырезаны под корень, репрессий не избежала и церковь.
Во много раз выросли налоги. В стране широкое распространение получили разбои, грабежи, кое-где начались крестьянские волнения, человеческая жизнь совершенно потеряла цену. Многие крестьяне бежали в леса, на свободные земли, присоединялись к казакам. Так называли свободных полуземледельцев-полувоинов, которые собирались в большие ватаги, особенно на южных границах государства, на вновь присоединенных землях Предуралья, строили жизнь по своему усмотрению, не подчиняясь государству, воеводам, приказным людям.
Во многих уездах страны некому стало работать в помещичьих хозяйствах, кормить дворян, содержать войско.
В этих условиях правительство Ивана Грозного в 1581 г. ввело так называемые «заповедные годы» (от слова «заповедь», что означало запрет). Переход крестьян в Юрьев день был запрещен впредь до особого указа. В те годы и возникла поговорка: «Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!»
Эта мера вводилась сначала как временная. Впоследствии она стала постоянной. Все крестьяне, которые были по писцовым книгам на 1581 г. записаны за тем или иным владельцем, обязаны оставаться прикрепленными к своим землям вместе со всем потомством. Так они оказались в полной зависимости от владельцев земель. Их теперь можно было купить, продать вместе с землями. Это стало началом крепостного права в России, которое просуществовало до 1861 г. Опричные годы, война и их последствия означали для России настоящий цивилизационный откат. Развитие страны в это время было остановлено.
Несмотря на неудачи в Ливонской войне и постоянную опасность, исходящую от Крыма, русское правительство продолжало осуществлять свою восточную политику. На востоке, за Уралом, продолжал существовать ещё один враждебный России «осколок» Золотой Орды — Сибирское ханство. Оно занимало огромные пространства Западной Сибири по берегам Оби, Иртыша, Тобола. Кочевья Сибирского хана доходили до южно-сибирских степей. Под его властью находились многочисленные народы Сибири — ханты, манси, ненцы, селькупы и др.
Русские давно уже вплотную приблизились к сибирским владениям.
Хорошей базой для продвижения в Сибирь стали пермские владения купцов и промышленников, братьев Строгановых. Они владели обширными землями по рекам Каме, Чусовой. Главный их промысел заключался в соледобыче. Центром соляных варниц стал город Соль-Камская. Кроме того, они организовали здесь выплавку чугуна, рубили лес, вели крупную торговлю пушниной.
На эти земли не раз совершали набеги местные племена вогулов, нападали и другие племена. Но особенно опасным врагом с начала 70-х гг. стали сибирские татары, которые часто атаковали русские городки, грабили селения. Агрессивность Сибирского ханства возросла после того, как во главе его встал сын бухарского владетеля, истовый мусульманин хан Кучум. Он властной рукой насильно вводил в Сибири мусульманство, подчинил себе местные племена, попавшие между молотом и наковальней — русскими властями, которые требовали ясак (дань) пушниной, и татарским ханом. Русская власть была не столь жесткой. Уплатив дань, местные народы жили по своей воле. Кучум же требовал полного подчинения и перемены веры. Поэтому в борьбе русских с Кучумом местные племена нередко поддерживали русских, помогали их боевым отрядам. Кучум поддерживал контакты с Крымом и Турцией и активизировал свои действия в период крымских набегов на Россию и попыток турок прорваться к Астрахани.
Для охраны своих владений, борьбы с Кучумом Строгановы приглашали отряды казаков с Волги и других мест. Это были свободные бывалые люди, которые располагались станицами. Нередко они никому не подчинялись, грабили всех подряд. С такими казаками правительство боролось при помощи карательных отрядов. Но были казаки и другого рода. Они считали себя на службе у великого государя, помогали бороться с врагами России на её границах, получали за это жалованье, оружие, продовольствие. Одним из таких казацких отрядов на Волге руководил атаман Ермак Тимофеевич Аленин (между 1532 и 1542–1585). Его настоящее имя было Ермолай. Ермак же звучало как сокращенное имя.
К началу 80-х гг., когда Строгановы пригласили его на службу, ему было около 50 лет. Опытный воин, спокойный, уравновешенный человек, он обладал несокрушимой силой. Его авторитет на всей Волге был непререкаем.
Атаман стал задумываться над тем, чтобы ликвидировать сам очаг постоянного напряжения в этом крае и уничтожить власть Кучума. Поход за Урал Ермак начал в 1581 г. на свой страх и риск, хотя и получил определенную поддержку от Строгановых. Сила отряда Ермака была в том, что он быстро» леремещался на стругах (больших лодках) по сибирским рекам и был хорошо вооружен пищалями и небольшими пушками.
В первых же боях на берегах Тобола и Иртыша в 1582 г. Ермак нанес ряд поражений ханским войскам, а затем вышел на столицу Кучума, город Кашлак, около современного Тобольска. Там произошло решительное сражение нескольких сотен хорошо вооруженных и организованных казаков с многотысячной армией Кучума, состоящей из татар и окрестных племен. Большинство было вооружено копьями, луками и стрелами. Высадившись со стругов на берег Иртыша, казаки открыли пальбу из пушек и пищалей. Первым дрогнули воины покоренных Кучумом племен. Потом в бегство пустилась татарская конница. Бежал из своей столицы и Кучум. Казаки заняли Кашлык.
На одном из своих кругов, т. е. собраний, казаки приняли решение о присоединении Сибири к России. От имени царя Ермак обложил местное население ясаком. Казаки вели себя как служилые государевы люди.
Весной гонцы Ермака направились в Россию. Они везли с собой письмо атамана Ивану Грозному и богатые подарки — меха чернобурых лисиц и соболей. Постаревший, уже больной царь сам принял казачьего посланника. Он внимательно вслушивался в слова грамоты Ермака, в которой тот сообщал, что «государевы люди атаман Ермак Тимофеев с товарищем царство Сибирское взял!» Будучи опытным политиком, он одобрил действия Ермака и приказал послать казакам «жалованье» — деньги и сукно. Тут же царь направил на помощь казакам отряд регулярной армии. Присоединение Сибири, начатое по инициативе казачьего атамана, получило государственную поддержку.