Англия с Пруссией, Голландия и Польша предложили быть посредниками между Россией и Турцией. Екатерина поблагодарила их за это и сказала, что сумеет сама помириться, без посредников. С начала войны русские генералы на сухом пути, а адмирал Ушаков на море побеждали турок, но еще не привели их в ужас. Особенно они полагались на свою крепость Измаил, в которой было 42 тысячи человек лучшего их войска. По вышине стен, по глубине рвов эта крепость казалась неприступною. Суворову было велено взять ее. У него было с небольшим 30 тысяч человек, почти наполовину казаков. Хотя Суворов хотел напасть неожиданно, но перебежчики уведомили турок о приступе, и они с отчаянной храбростью встретили наших. Битва продолжалась шесть часов. Из русских генералов особенно отличился Кутузов. Четыре тысячи русских было убито, шесть тысяч ранено. Но крепость была взята, а из турок спасся только один человек. Тридцать три тысячи их было убито, остальные взяты в плен. Турки оцепенели от ужаса. Русские взяли в Измаиле 600 пушек и столько добычи, что солдаты давали маркитантам за чарку вина по ковшу жемчуга.
В это время Потемкин услыхал, что Екатерина сделалась милостива к графу Зубову, и, оставя войско, приехал в Петербург. Екатерина приняла его с большими почестями и пожаловала ему дворец, который и поныне называется Таврическим. В этом дворце Потемкин приготовил для нее праздник, который стоил очень дорого. Одна огромная зала была назначена для танцев; по бокам ее между большими колоннами были места для зрителей, обитые дорогой материей, на своде висели огромные шары, от которых исходил блеск гораздо сильнее, чем от многих тысяч свеч, и отражался в зеркалах. Эта зала была украшена сосудами из дорогого мрамора и печами из лазурита. Восемнадцать больших колонн отделяли от нее другую огромную залу, где был зимний сад. Он состоял из лавровых, померанцевых, миртовых и иных деревьев, которые растут на воздухе только в самом теплом климате, отличаются красивым видом, благоуханием и стоят у нас очень дорого. Между деревьями были песчаные дорожки, зеленые холмы, водоемы с золотыми и серебряными рыбками, грот, то есть пещера, убранная зеркалами, и в ней мраморная купальня. Статуя императрицы с надписью: «Матери отечества и мне премилосердной» стояла великолепно украшенная на возвышенном жертвеннике, окруженная статуями великих людей, живших и древности. В ближней комнате стоял золотой слон, на котором висели жемчужные бахромы и было множество алмазов, изумрудов и рубинов. Гостей было три тысячи человек, все в маскарадных платьях. Одежда самого Потемкина блистала драгоценными каменьями, а на шляпе его их было столько, что ее нес адъютант. Когда приехала императрица и заняла свое место, начался особый танец, в котором участвовали самые знатные люди и даже великие князья, внуки императрицы. Платья танцевавших были украшены бриллиантами в десять миллионов рублей. После танцев было представление в честь императрицы, а когда гости возвратились в танцевальную залу и зимний сад, то едва узнали их: они были освещены десятью тысячами ламп. Везде сверкали звезды и радуги рубинов, изумрудов, яхонтов и топазов. Все это отражалось в зеркалах и хрустале. За ужином все кушали на золотых и серебряных тарелках. Государыня была очень милостива к Потемкину, но он был печален, говорил, что болен и не будет здоров, пока не выдернут зуба. Этим он намекал, что у императрицы есть иной любимец – граф Зубов. Наконец он уехал к войску, которым в его отсутствие командовал князь Репнин.
Репнин при Мачине побил турок и заключил с ними мир, но которому Турция уступила России Очаков и земли между Днестром и Бугом. Потемкин был недоволен этим миром; здоровье его расстроилось; он поехал в Николаев, желая умереть в этом своем любимом городе, но умер на дороге в степи.
После мира с Турцией, Екатерина воевала еще с поляками. Поляки хотели ввести у себя новые законы, но Россия, Австрия и Пруссия не соглашались на это, победили поляков и вторично разделили между собой польские области. Россия получила Волынскую, Подольскую и Минскую области. Русские войска остались в Польше, чтобы соблюдать порядок. Но поляки восстали под начальством храброго генерала Костюшко. В Варшаве и других городах ночью, на Страстной неделе, польское войско и народ бросились на русских солдат и перебили несколько тысяч их. Прусский король хотел было усмирить поляков, но они принудили его отступить. Успешнее действовали войска Екатерины. Наш генерал Ферзен победил Костюшко и взял его в плен. Но самым грозным из русских генералов для поляков был Суворов. Он подступил к Праге, предместью польской столицы Варшавы. Прага была чрезвычайно сильно укреплена и считалась неприступною. Войска и вооруженных жителей в ней было вдвое больше, чем войска у Суворова. Приступ продолжался четыре часа; резня была беспощадная, потому что поляки дрались отчаянно. Наконец русские одолели. Екатерина произвела Суворова за взятие Праги в фельдмаршалы. Польский король отказался от престола, и его государство было окончательно разделено между Россией, Австрией и Пруссией. Россия получила литовские и остальные волынские земли.
Последняя война Екатерины была с Персией. Персидский шах разорил Грузию. Екатерина послала туда графа Зубова, который победил персов и завоевал несколько городов. Но в это время императрица скончалась. Сын и наследник ее Павел вернул Зубова с Кавказа.
Глава XLIVИтальянский поход Суворова
В последние семь лет царствования Екатерины Великой происходили страшные смуты во Франции, которые обыкновенно называются революцией. Начались они в 1789 году. Французский народ восстал сперва против дворян и духовенства, а потом и против короля. Король Людовик XVI был казнен, и во Франции началось республиканское правление, то есть такое, где нет государя. У дворянства и духовенства были отняты все их права и владения. Многие тысячи их были убиты, другие убежали в иностранные земли. Этих беглецов называют эмигрантами. Во Франции так много людей казнили, что одно время правление их было названо терроризмом, то есть царством ужаса. Была выдумана особая машина, чтобы скорее рубить ею человеческие головы, которую назвали гильотиною. Французы хотели ввести республиканское правление и в другие земли. Многие европейские государства восстали против этого. Сильнейшими в этом союзе были Англия, Австрия и Пруссия. Все вместе они имели гораздо больше войска, нежели французы, но беспрестанно ссорились между собой и действовали против французов недружно, особенно Австрия и Пруссия, потому что австрийцы и пруссаки завидовали друг другу. Притом у австрийцев и пруссаков не было хороших генералов. Австрийские великие князья называются эрцгерцогами; и только один из этих эрцгерцогов, Карл, был настоящим полководцем. Прочих же австрийских и прусских генералов французы беспрестанно побеждали. Французы – один из самых храбрых народов на свете, и у них в то время было много превосходных генералов: Массена, Моро, Журдан, Макдональд, Жубер.
Но самый знаменитый и искусный из всех был Наполеон Бонапарт. Он завоевал всю Италию. Италия земля очень большая и прекрасная. Она в это время была разделена на несколько государств, из которых самые сильные были королевства Неаполитанское и Сардинское, владения папы, республики Венеция и Генуя и великое герцогство Тоскана. Часть итальянских земель принадлежала австрийцам. Бонапарт отнял у них эти владения, выгнал папу и сардинского короля и установил в этой части Италии республику. Голландия и Швейцария тоже были покорены французами, и там устроены республики по образцу французской. Все эти республики должны были подчиняться французам и давать им вспомогательные войска. Бонапарт много раз побеждал австрийцев и заставил их заключить мир. Но австрийцы не собирались уступать земли, которые они потеряли в Италии и Голландии. Для этого они просили помощи у России. Императрица Екатерина II хотела отправить во Францию свои войска под начальством Суворова, чтобы возвести на престол Людовика XVII, но смерть помешала ей это исполнить.
Наследник ее император Павел сначала не вмешивался в тогдашние войны, а занимался устройством государства, особенно старался уплатить долги, которые увеличились в царствование Екатерины, и устроить войско и флот. Наконец по просьбам англичан и австрийцев, видя, что французы действуют очень своевольно и всех притесняют, он решился начать с ними войну.
Этому еще помогло вот какое обстоятельство. Выше говорено было о рыцарях. Во время Павла уже не было их орденов, кроме одного, который назывался мальтийским, потому что главный город его был на острове Мальта. Император Павел им покровительствовал. Но Бонапарт, отправляясь в Египет, завладел Мальтой и присоединил ее к Франции. Тогда Павел соединился с Англией, Австрией, Турцией и неаполитанским королем против французов. Пруссия, несмотря на все старания союзников, к ним не присоединилась.
Император австрийский, не надеясь на своих генералов, просил прислать для командования русскими и австрийскими войсками в Италии Суворова.
Я уже рассказывала о прежних победах Суворова. Он начал службу не так, как начинали ее другие баричи в его время. Тогда дворян записывали в военную службу, только что они родятся, а годам к пятнадцати они были уже офицерами. Румянцев двадцати одного года был уже генералом. Напротив, Суворов прослужил несколько лет до первого офицерского чина и сам на опыте узнал солдатскую жизнь; узнал, что нужно для солдата, как говорить с солдатами ясно и вразумительно, всю жизнь заботился о них, как отец о детях. Зато и солдаты по одному его слову готовы были идти в огонь и в воду. У него был особенный способ сражаться: переходы он делал очень большие; когда неприятель думал, что русские еще далеко, Суворов являлся перед ним, как снег на голову, и приказывал нападать, даже иногда не выжидая, пока подойдет все его войско. В этих случаях он говорил: «Голова хвоста не ждет». Хоть он непременно желал, чтобы солдаты умели хорошо стрелять, но не любил долго заниматься перестрелкой, а приказывал тотчас же идти в штыки. Он говорил: «Пуля дура, а штык молодец: береги пулю на случай, когда несколько неприятелей наскочат». Весь свой способ сражаться он выражал тремя словами: «Быстрота, глазомер и натиск». Он был очень начитан, знал много иностранных языков и военные науки, но никогда не следовал правилам, вычитанным в книгах, не обдумав заранее, годны ли они к данным местности и обстоятельствам.