– Трайк ищет не там, – с пониманием произнес он. – Зачем проверять генные банки, когда все наши предтечи входят в состав экспедиции. Я… восхищаюсь вами, Ксена.
– Ни к чему, – бросила она. – Трайк это понял бы и сам.
– Если бы ни запрет, – Стив прикоснулся пальцем к виску.
– Это для вашей же пользы.
– Не спорю. Но вам-то зачем понадобилось искать предков? Установить по генотипам колонистов, какой корабль потенциально наш, а какой – потенциально вражеский, сейчас нельзя. И вы, и я, и Трайк можем оказаться потомками любого из членов экипажа. Прошло столько времени, сменилось столько поколений…
– Я сама об этом подумала. Но почему не проверить? Без всяких выводов. Просто использовать дополнительное средство на пути к цели. Тем более, что другими средствами… – Ксена закрыла терминал и, поднявшись, посмотрела Стиву в глаза. – Боюсь, если я скажу еще слово, вам станет плохо. Не потому, что вы огорчитесь, а из-за того же запрета, который не позволяет вам углубляться в некоторые темы.
– Шок пройдет, – твердо ответил он.
– Я имела в виду, что другими средствами отличить свой экипаж от вражеского мы не располагаем.
– Простите, что?..
– Мы вообще не знаем, как это сделать, – мрачно проговорила Ксена. – Мое задание заключается в том, чтобы найти способ на месте.
– Или воспользоваться информацией, которой владеет резидент Сферы?
– В настоящее время Волков ничем существенным не владеет. Он слишком легкая добыча, нам до него добраться – лишь руку протянуть. Сфера прятала своего резидента от людей, но не от нас. И те, кто планировал операцию с той стороны, должны были понимать, что все известное Волкову так или иначе станет известно нам. Поэтому он знает не больше нашего.
– Тогда что он здесь делает?
– То же, что и мы: ищет и ждет. Как ваше самочувствие? – Ксена взялась за края «водолазки», но, подняв ее чуть выше пупка, замерла. – Вы готовы?
– Мне нелегко дался этот разговор, – пробормотал Стив, прислоняясь к двери. – Может быть… часом позже?
Ксена поняла, что все это время он сдерживался и не показывал, насколько ему трудно. Но гораздо труднее для него было бы остаться в неведении.
– Конечно, – сказала она, поправляя одежду. – Отвлекитесь, это скоро пройдет.
– Да, наверно… Еще одно. Последнее. – Он пошатнулся и взялся за ручку крепче. Стиснутые пальцы побелели до прозрачности.
– Не нужно, Стив. Вы всерьез рискуете.
– Я рисковал раньше, – выдавил он. – А скачок артериального давления – это не то, что способно меня остановить.
– В таком случае, говорите быстрее. Не терзайте себя.
– Хотел уточнить про Аномалию.
– О-о-о! Стив, я запрещаю.
– Аномалия, – повторил он слабеющим голосом. – Ее существование – только гипотеза, не правда ли…
– Не правда. Подтвержденная гипотеза – это уже не гипотеза. Люди высадились на Земле-2 полторы тысячи лет назад, и вот мы здесь, а их корабли еще не стартовали. Не тяните же. О чем вы собирались спросить?
– Теперь, при нашем участии, «Союз» и «Аполло» отправятся к Виктории… как-то иначе. Мы намерены повлиять на их старт, в противном случае Миссия не имеет смысла. Вы не могли… – Стив опустил глаза и задышал чаще. – Вы не имели права мне рассказывать, но это слишком доступно, чтобы я не догадался сам.
– Вы сейчас упадете, – предупредила Ксена.
– Вблизи от Виктории колонисты должны попасть в Аномалию, – упорно продолжал офицер. – Что, если наше вмешательство изменит дату старта? Мы ведь не знаем точно, когда это было. Нам не с чем сравнить. Если… – Он умолк и тяжело сглотнул.
– Если корабли не пройдут через Аномалию, история колонизации Земли-2 будет написана заново, – скороговоркой произнесла Ксена. – А если вы не прекратите обсуждать эту тему, вас ожидает кровоизлияние. Подите вон! Вам рано становиться инвалидом, у вас слишком много обязанностей.
– Еще вчера чувство юмора было вам не присуще.
– Никакого юмора. Вы сами знаете, что толкнуло Колыбель на отправку Миссии. Проигранная Война. Вам нравится этот разговор? Обсудим безнадежное положение армии в момент нашего старта? Побеседуем об истощенных ресурсах? О стратегических ошибках? О бесперспективности дальнейшего… Стив!
Тот взмахнул руками и неуверенно шагнул назад.
– Все нормально. Я жив, меня не так просто убить. Могу вам сказать, что посадка в модуле с отказавшей амортизацией…
Стив закашлялся. Воздух выходил из гортани слабыми толчками, словно в последний раз. Ксена подбежала к офицеру и с ужасом обнаружила, что это не приступ, а… попытка рассмеяться.
– Я назначу вам новое погружение, – пригрозила она. – Прочищу вам память. Вы меня слышите?
– Благодарю. После чистки я начну задавать те же самые вопросы и опять испытывать все это удовольствие. – Стив отступал в холл, и чем дальше он был от Ксены, тем бодрее выглядел.
– Спать! До вечера! – рявкнула она.
– Приказ ясен.
Ксена укоризненно поцокала языком и захолонула дверь. Оставшись в одиночестве, она окинула взглядом комнату, тяжело вздохнула и вернулась к терминалу. Сконцентрироваться удалось не сразу, какое-то время в сознании царила полная дезорганизация. Ксене вдруг подумалось, что местные первооткрыватели новых земель должны были испытывать такое же давление варварской среды, как и члены Миссии. Впрочем, эта мысль тоже была из разряда вредных.
Наконец выкинув из головы лишнее, Ксена вызвала запись последнего разговора с майором и просмотрела ее два раза: со звуком и без. Интонации говорили о многом, но еще информативней была мимика.
Актер из майора был неважный: все на лице. И зачем таких людей брали на столь ответственную работу? А каких еще людей могли набрать – сами люди?
– Прекрати отвлекаться, – сказала себе Ксена.
Итак, майор уже знал, и довольно много. Чем старательней он это скрывал, тем заметней оказывались его усилия. Мимика была сплошь фальшива, за исключением тревоги: он действительно испугался, когда Волкова перехватили доберманы. Это подтверждало, что майора Госбеза и резидента Сферы связывают особые отношения.
А она?.. Она сама – не испугалась?
Ксена раздраженно оттолкнула терминал, но от мыслей избавиться было куда труднее.
Волков, единственная на сегодня нить, может оборваться. Кто знает, насколько глубока его подготовка и насколько беспомощны спецподразделения Земли? К тому же, никто не застрахован от случайностей, особенно в этом неуравновешенном мире.
– Застрахован… – вслух повторила Ксена.
«Теперь назови хоть одну страховую компанию Колыбели, – с досадой подумала она. – Вряд ли удастся. У нас вообще нет этого понятия. Ну и что дальше? Осталось накрасить губы и отправиться в бар. Хотя для баров рановато…»
Ксена похлопала себя по коленке.
«А еще хуже то, так тривиально ты уходишь от этого вопроса. Испугалась за Волкова? Испугалась или нет?»
– Да, – обронила она. – Да, но…
«Но Волков жив, и значит, все было правильно. И хватит в себе ковыряться. Сомнения разъедают, как кислота».
Тонкие линии на мониторе вращались вокруг плотной группы из четырех точек: две были яркими, еще две – бледнее. Привязка к местности остановила движение сетки, придала ей объем и раскрасила. Точки скрылись под черной крышей автомобиля, так это выглядело сверху.
Резидент с майором сидели в машине, с ними находились два других биологических объекта, обнаруженных по персональному коду Волкова. Он не только освоил новые возможности, но уже нашел с аборигенами общий язык. Оно и понятно: не для того ли резидент Сферы провел здесь столько времени под легендой? Теперь все доступные средства будут брошены на выполнение его задачи: мощь Госбеза и осколки бандформирования – этот симбиоз может стать эффективным. Он был бы еще более действенным, если бы реакция аборигенов совпала с той, что прогнозировали наблюдатели, однако серьезных всплесков сопротивления так и не последовало. Впрочем, идеального материала не существует, к этому Ксена привыкла еще на Колыбели. И давно научилась работать с тем, что оказывается под рукой.
– Приобщайся и ты, подруга, – сказал Николай.
– Я вам не подруга, – ответила Катя. – И на брудершафт мы не пили.
– Еще бы! Из одного-то горлышка. – Майор, повернувшись к заднему сиденью, продолжал на нее смотреть, пока она не взяла бутылку.
– Стаканчиков у вас нет? – осведомилась девушка.
– Что ты, какие у меня стаканчики! – Канунников перевел взгляд на Андрея. – Говори, пришелец, говори. Может, ты тоже водки хочешь?
– Хочу, – сказал Андрей и, приняв у Катерины бутылку, сделал крупный глоток. – Разбавленная, что ли?
– Вот и я сначала думал – разбавленная, – печально произнес Николай. – Нет, Андрюша, это рецепторы. Скоро бензин пить научимся. Ты не томи, а? Что там дальше было? И почему – «аномалия»? В чем она заключается, как вы ее нашли?
– Коля, не «мы», а «вы». Это ваши колонисты высадились на Земле-2. Меня тогда еще не было, а те, кто прошел сквозь Аномалию, живут здесь и сейчас. Готовятся к полету.
– Ты не ответил.
– Как нашли? Да никак. Никто и не искал. Ее существование установили гораздо позже, когда ее уже не было. А после посадки это и в голову никому не приходило. Вблизи от Виктории что-то произошло с аппаратурой – сразу и на «Союзе» и на «Аполло». Перезагрузились компьютеры… вероятно.
– Что значит – вероятно? – не понял Серый.
– Это реконструкция. Все, что мы знаем о том времени, основано на допущениях, а не на фактах. Наши историки оказались не лучше ваших. Должности летописца в экспедиции предусмотрено не было, а бортовые журналы… а они все равно потеряны. Когда корабли вышли из Аномалии, связь с Землей установить не удалось. Достоверно это не известно, просто они физически не смогли бы связаться.
– Почему? – спросила Катя.
– Почему-почему… – пробормотал Андрей. – Потому, что на Земле электричества еще не было! Корабли отбросило на полторы тысячи лет назад. На тысячу пятьсот двенадцать, если точно. Но кто это мог представить – тогда, после посадки? Перед колонистами стояли конкретные задачи: обустройство поселений и связь с Землей.