Особо выделяется достаточно большое число задержанных уклонистов от призыва – в мае 1945 года эта категория была наиболее многочисленной среди всех задержанных батальонами и составила ИЗО человек[614]. Из приведенных данных видно, что в Белоруссии в связи с более стабильной обстановкой на территории республики, подразделения чаще использовались для поддержания общественного порядка и выполнения повседневных служебных задач, нежели в качестве боевых подразделений.
Тем не менее борьба с группами местных националистов и отрядами Армии крайовой велась и на территории республики, и к ней достаточно регулярно привлекались истребительные части. Например, за январь – февраль 1945 года батальоны приняли участие в 167 операциях (это были как реальные боестолкновения, так и безрезультатные выезды на места предполагаемого нахождения бандитов, зачистки населенных пунктов и так далее). Наиболее сложная обстановка сложилась на территории западных (Брестской, Гродненской, Барановичской) областей. Также исследуемые подразделения привлекались для конвоирования задержанных, охраны объектов, наблюдения за воздухом, сбора брошенного на местах боев оружия. За обозначенный выше период ими было собрано и изъято у задержанных/местного населения 610 винтовок, 60 автоматов, 10 ручных пулеметов[615]. Важно понимать, что в категории бандитов и бандпособников часто попадали, например, люди без документов, задержанные, проходившие в отчетах как «подозрительные лица» и т. д.
Как отмечается в рапортах С.С. Бельченко в адрес начальника Главного управления по борьбе с бандитизмом А.М. Леонтьева, органы НКВД столкнулись с трудностями, связанными с «неодобрительным настроем части населения западных областей Белоруссии к советской власти»[616]. Указывалось, что жители ряда населенных пунктов отказывались вступать в батальоны, отмечалось обилие коллаборационистов и активность местного подполья, тесно связанного с жителями освобожденных территорий[617].
О нежелании населения именно западных областей БССР оказывать содействие органам НКВД, а также о холодном отношении к советской власти свидетельствует и численность истребительных батальонов и групп содействия, обобщенная в ряде отчетов начальников районных управлений НКВД. Если на территории Витебской и Минской областей на 1 октября 1944 года было сформировано по 24 истребительных батальона численностью в 2636 и 2432 человека соответственно, то в Брестской и Гродненской областях ситуация была гораздо хуже – удалось создать суммарно 20 батальонов на две области, в которых насчитывалось 863 (данные по Брестской области) и 398 (Гродненская область) человек. Группы содействия в Гродненской и Пинской областях также были немногочисленны, особенно если сравнивать с восточными регионами республики[618]. В ряде районов бойцы истребительных батальонов специально высылались для охраны комсомольцев-лесорубов и активистов, проводящих агитационные мероприятия в населенных пунктах ввиду возможного нападения со стороны вооруженного подполья[619]. В то же время очевидно, что в сравнении с Западной Украиной и балтийскими республиками, данные по которым приводились выше, уровень сопротивления в Белорусской ССР носил очаговый характер и был в разы ниже.
Спецификой деятельности истребительных батальонов Белоруссии являлись периодические бои с разрозненными группами германских войск, пытавшихся после разгрома в ходе операции «Багратион» выйти к линии фронта. Особенно часто они происходили западнее Минска, где в лесистой местности в июле 1944 года была окружена крупная группировка немецко-фашистских войск численностью до 100 тысяч человек с тяжелым вооружением[620]. Несмотря на то что большая ее часть была уничтожена или сдалась в ходе зачистки территории котла Красной армией, отдельные группы немцев оставались в глубоком тылу советских войск, вступая в боевой контакт в том числе и с истребительными батальонами. Боестолкновения фиксировались командирами батальонов вплоть до ноября 1944 года, причем истребительные части западных областей республики в некоторых случаях вели с такими частями достаточно долгие бои, действуя совместно с внутренними войсками НКВД и Красной армией.
Всего за второй квартал 1944 года было зафиксировано порядка 65 подобных боев. Итог таких столкновений всегда был примерно одинаковый – немцев брали в плен или уничтожали, при этом сами истребительные части также несли тяжелые потери. Например, в разгар операции «Багратион», 7 июля 1944 года, Дзержинский истребительный батальон совместно с регулярными частями РККА в районе деревни Ершовка Минской области вступил в бой с группировкой немцев численностью порядка 500 человек. В результате боестолкновения группа немцев была, согласно докладу командования батальона, «разгромлена», однако и сама истребительная часть потеряла «значительную часть личного состава», в том числе начальника штаба батальона капитана Бондаренко[621].
Что очевидно, истребительные батальоны также активно использовались для борьбы с отрядами националистов, особенно во второй половине 1944 года, то есть до своеобразного институционального кризиса начала 1945 года. К примеру, 3 декабря 1944 года на территории Телеханского района произошел бой между местным истребительным батальоном и крупной бандой (скорее всего группой УПА). В результате боя бойцам (по данным их командира Захарова, скорее всего завышенным) удалось уничтожить порядка 50 членов группы, еще несколько человек – взять в плен. 18 октября 1944 года произошел бой между Лельчицким (сформированным в районном центре Лельчицы Гомельской области) истребительным батальоном и бандой УПА в районе села Буйновичи. И подобного рода столкновения вкупе с зачистками населенных пунктов происходили достаточно регулярно, особенно в западных районах республики[622].
Еще одной горячей точкой было белорусское Полесье, где появлялись переходящие административную границу между Украинской и Белорусской ССР группы УПА. В постановлении бюро Полесского обкома от 30 января 1945 года за подписью председателя данного обкома И.С. Былинского[623] партийные чиновники констатировали, что ситуация в регионе остается напряженной, имеют место бандпроявления, при этом истребительные батальоны не всегда справляются со своими задачами[624].
Помимо всего прочего, истребительные части, действующие на территории Белоруссии, привлекались для задержания бывших коллаборационистов, часть из которых ушла в различные банды, а часть – осталась в местах своего постоянного жительства. Так, например, 28 июня 1944 года в Полесье силами Камаринского истребительного батальона были задержаны братья Бескоровайные – по данным командира этого батальона являющиеся бывшими жандармами (полицаями). 20 января 1945 года в ходе зачистки деревни Жабчицы Пинской области, проводимой силами местного батальона, задерживается некий В.Я. Власов – бывший полицай, скрывающийся у родственников, проживающих в этом же населенном пункте[625]. Достаточно очевидно, что в ходе зачисток в населенных пунктах задерживались и реальные коллаборационисты, и случайные люди, в некоторых случаях – родственники бывших полицаев. Также можно с уверенностью сказать, что коллаборационисты в делопроизводственной документации сотрудников госбезопасности различных уровней чаще всего проходили как «бандиты и немецкие пособники» и включались в соответствующие отчетные категории, поэтому установить точное число задержанных в изучаемый период реальных и мнимых немецких пособников не представляется возможным.
Приведенные данные позволяют сделать вывод о том, что истребительные батальоны, действующие на территории Белорусской ССР, активно применялись для решения различных задач. Их круг практически ничем не ограничивался – части могли использоваться как для зачистки котлов в районе Минска, так и для обеспечения паспортного режима, выставления постов на дорогах и т. д. Как и в других изучаемых республиках, подразделения не были лишены системных недостатков, выражающихся в зачастую невысоком уровне подготовки личного состава (комплектование батальонов исключительно партизанами, очевидно, являлось несбыточным проектом советского руководства), проблемах с вооружением (до конца 1944 года в истребительные части практически не обеспечивались оружием централизованно). Вместе с тем отсутствием хорошо организованного националистического подполья позволяло истребительным батальонам относительно эффективно решать поставленные задачи, не неся больших потерь. К примеру, за период с 1 января по 31 августа 1945 года подразделения, при отсутствии дезертиров, потеряли всего 53 человека убитыми, включая потери от неосторожного обращения с оружием[626].
Истребительные части на территории балтийских республик
В сентябре – ноябре 1944 года большая часть балтийских республик (Эстонии, Латвии, Литвы) была занята Красной армией в ходе серии фронтовых наступательных операций. На территории Курляндского полуострова закрепились немецкие войска из состава группы армий «Север», оборону которых, несмотря на многочисленные попытки, РККА прорвать не смогла. Как и на остальных освобожденных территориях, в республиках Балтии начали оперативно создаваться истребительные батальоны, чья деятельность была в том числе направлена против активного в названном регионе вооруженного подполья.