Impazienti invece (беспокойными, наоборот), come innervositi dal sovrastare della città (словно сделанные нервными от нахождения в городе = обеспокоенные нахождением в городе), apparivano i vaccari (казались пастухи; vaccaro, m — пастух; vacca, f — корова), che s'affannavano in brevi, inutili corse a fianco della fila (которые задыхались от коротких ненужных перебежек вдоль цепи; fianco, m — бок, бедро; сторона, фланг), alzando i bastoni (поднимая палки) ed esplodendo (и взрываясь) in voci aspirate (голосами с придыханием; voce, f — голос; слово) e rotte (и ломанными = обрывистыми). I cani, cui nulla di quel che è umano è alieno (которым не чуждо ничто человеческое: «ничто из того, что есть человеческое, не чуждо»), ostentavano disinvoltura (выставляли напоказ развязность) procedendo a muso ritto (двигаясь с поднятой вверх мордой), scampanellando (заливаясь лаем: scampanellare — долго звонить, трезвонить; campanella, f — колокольчик), attenti al loro lavoro (внимательные к своей работе), ma si capiva che anch'essi erano inquieti e impacciati (но было понятно, что также и они были встревожены и растеряны; impacciare — затруднять /движение/; мешать; стеснять, беспокоить; смущать), altrimenti si sarebbero lasciati distrarre e avrebbero cominciato a annusare cantoni (в противном случае они бы дали себя отвлечь и начали бы нюхать углы), fanali (фонари), macchie sul selciato (пятна на мостовой), com'è primo pensiero (что является первой мыслью) d'ogni cane di città (любой собаки в городе).
Impazienti invece, come innervositi dal sovrastare della città, apparivano i vaccari, che s'affannavano in brevi, inutili corse a fianco della fila, alzando i bastoni ed esplodendo in voci aspirate e rotte. I cani, cui nulla di quel che è umano è alieno, ostentavano disinvoltura procedendo a muso ritto, scampanellando, attenti al loro lavoro, ma si capiva che anch'essi erano inquieti e impacciati, altrimenti si sarebbero lasciati distrarre e avrebbero cominciato a annusare cantoni, fanali, macchie sul selciato, com'è primo pensiero d'ogni cane di città.
— Papa, — dissero i bambini (сказали дети), — le mucche sono come i tram (коровы — как трамвай)? Fanno le fermate (делают остановки)? Dov'è il capolinea delle mucche (где конечная остановка коров)?
— Niente a che fare coi tram (ничего не имеют общего с трамваем), — spiegò Marcovaldo(объяснил Марковальдо; spiegare — развертывать, разворачивать; объяснять). — Vanno in montagna (идут в горы).
— Si mettono gli sci (наденут лыжи)? — chiese Pietruccio.
— Vanno al pascolo (пойдут на пастбище; pascere — пастись), a mangiare dell'erba (есть траву).
— E non gli fanno la multa se sciupano i prati (а их не оштрафуют, если испортят луга; multa, f — штраф; sciupare — портить, приводить в негодность)?
Chi non faceva domande era Michelino (кто не задавал вопросов, так это Микелино), che, più grande degli altri (который, /будучи/ старше других), le sue idee sulle mucche già le aveva (уже имел свои понятия о коровах), e badava solo ormai a verificarle (и заботился теперь только, чтобы их /идеи/ проверить), a osservare le miti corna (осматривать негрозные рога; mite — смирный/умеренный/мягкий), le groppe (спины) e le giogaie variegate (и разноцветные подгрудки; giogaia, f — подгрудок /у рогатого скота/). Così seguiva la mandria (так следовал за стадом), trotterellando a fianco come i cani pastori (вприпрыжку сбоку, как собаки пастухов; trotterellare — бежать короткой рысью; идти вприпрыжку, скакать /о детях/).
Quando l'ultimo branco fu passato (когда последнее стадо прошло), Marcovaldo prese per mano i bambini (Марковальдо взял детей за руку) per tornare a dormire (чтобы вернуться спать), ma non vedeva Michelino (но не увидел Микелино). Scese nella stanza (спустился в комнату; scendere), chiese alla moglie (спросил у жены; chiedere): — Michelino è già tornato (уже вернулся)?
— Michelino? Non era con te (/разве/ он не был с тобой)?
— Papa, — dissero i bambini, — le mucche sono come i tram? Fanno le fermate? Dov'è il capolinea delle mucche?
— Niente a che fare coi tram, — spiegò Marcovaldo. — Vanno in montagna.
— Si mettono gli sci? — chiese Pietruccio.
— Vanno al pascolo, a mangiare dell'erba.
— E non gli fanno la multa se sciupano i prati?
Chi non faceva domande era Michelino, che, più grande degli altri, le sue idee sulle mucche già le aveva, e badava solo ormai a verificarle, a osservare le miti corna, le groppe e le giogaie variegate. Così seguiva la mandria, trotterellando a fianco come i cani pastori.
Quando l'ultimo branco fu passato, Marcovaldo prese per mano i bambini per tornare a dormire, ma non vedeva Michelino. Scese nella stanza, chiese alla moglie: — Michelino è già tornato?
— Michelino? Non era con te?
«S'è messo a seguire la mandria (отправился вслед за стадом; seguire — следовать; mettersi — приниматься, начинать) e chissà dov'è andato (и неизвестно, куда пошел)», pensò (подумал), e ritornò di corsa in strada (и вернулся бегом на улицу). Già la mandria aveva traversato la piazza (стадо уже пересекло площадь) e Marcovaldo dovette cercare la via in cui aveva svoltato (пришлось искать улицу, в которую оно свернуло). Ma pareva che quella notte diverse mandrie (но казалось, что этой ночью различные стада) stessero traversando la città (пересекали город), ognuna per vie diverse (каждая другой улицей: «разными улицами»; ognuno — всякий; каждый; все), diretta ognuna alla sua valle (направляясь каждая в свою долину). Marcovaldo rintracciò e raggiunse una mandria (разыскал и догнал одно стадо), poi s'accorse che non era la sua (потом заметил, что это было не его); a una traversa (на поперечной улице) vide che quattro vie più in là (увидел, что через четыре улицы) un'altra mandria procedeva parallela e corse da quella parte (другое стадо двигалось параллельно и бежало в том направлении); là i vaccari l'avvertirono (там пастухи предупредили его) che ne avevano incontrata un'altra diretta in senso inverso (что встретили другое, направляющееся в противоположном направлении). Così, fino a che l'ultimo suono di campanaccio fu dileguato (так, пока последний звук колокольчика не рассеялся; dileguare — рассеивать, разгонять) alla luce dell'alba (при свете зари), Marcovaldo continuò a girare inutilmente (продолжал кружиться безрезультатно; utile — полезный).
«S'è messo a seguire la mandria e chissà dov'è andato», pensò, e ritornò di corsa in strada. Già la mandria aveva traversato la piazza e Marcovaldo dovette cercare la via in cui aveva svoltato. Ma pareva che quella notte diverse mandrie stessero traversando la città, ognuna per vie diverse, diretta ognuna alla sua valle. Marcovaldo rintracciò e raggiunse una mandria, poi s'accorse che non era la sua; a una traversa vide che quattro vie più in là un'altra mandria procedeva parallela e corse da quella parte; là i vaccari l'avvertirono che ne avevano incontrata un'altra diretta in senso inverso. Così, fino a che l'ultimo suono di campanaccio fu dileguato alla luce dell'alba, Marcovaldo continuò a girare inutilmente.
Il commissario cui si rivolse per denunciare la scomparsa del figlio (к которому обратился, чтобы заявить о пропаже сына), disse: — Dietro una mandria (за одним стадом)? Sarà andato in montagna (наверное, пошел в горы), a farsi la villeggiatura (отдохнуть), beato lui (счастливый). Vedrai, tornerà grasso e abbronzato (увидишь, вернется толстым и загорелым).
L'opinione del commissario ebbe conferma (мнение комиссара было подтверждено) qualche giorno dopo (несколько дней спустя) da un impiegato della ditta (служащим фирмы) dove lavorava Marcovaldo (где работал Марковальдо), tornato dal primo turno di ferie (вернувшимся с первой очереди отпусков). A un passo di montagna (на одном горном перевале) aveva incontrato il ragazzo (встретил мальчика): era con la mandria (был со стадом), mandava a salutare il padre (просил передать привет отцу), e stava bene (и чувствовал себя хорошо/был здоровым).
Il commissario cui si rivolse per denunciare la scomparsa del figlio, disse: — Dietro una mandria? Sarà andato in montagna, a farsi la villeggiatura, beato lui. Vedrai, tornerà grasso e abbronzato.
L'opinione del commissario ebbe conferma qualche giorno dopo da un impiegato della ditta dove lavorava Marcovaldo, tornato dal primo turno di ferie. A un passo di montagna aveva incontrato il ragazzo: era con la mandria, mandava a salutare il padre, e stava bene.
Marcovaldo nella polverosa calura cittadina (в пыльной городской жаре; polve, f — прах) andava col pensiero (ходил с мыслью) al suo figlio fortunato (счастливый), che adesso certo (который теперь наверняка) passava le ore all'ombra d'un abete (проводил часы в тени ели), zufolando (насвистывая) con una foglia d'erba in bocca (с листом травы = с травинкой во рту), guardando giù le mucche muoversi lente per il prato (глядя, как внизу коровы медленно двигаются по лугу), e ascoltando nell'ombra della valle (и слушая в тени долины) un fruscio d'acque (шелест = журчание воды).
La mamma invece non vedeva l'ora che tornasse (мама же не могла дождаться часа, когда вернется):
— Verrà in treno (приедет на поезде; venire)? Verrà in corriera (на рейсовом автобусе)? È già una settimana (уже неделя)… È già un mese (месяц)… Farà cattivo tempo (будет плохая погода)… — e non si dava pace (и не находила покоя: «не давала себе покоя»), con tutto che averne uno di meno a tavola ogni giorno (хотя иметь одним меньше за столом каждый день) fosse già un sollievo (было уже облегчение).
Marcovaldo nella polverosa calura cittadina andava col pensiero al suo figlio fortunato, che adesso certo passava le ore all'ombra d'un abete, zufolando con una foglia d'erba in bocca, guardando giù le mucche muoversi lente per il prato, e ascoltando nell'ombra della valle un fruscio d'acque.