302 Он был внук Андрея, большего брата Александру Невскому. См. в Синодальн. библиот. летопись XV века в лист под № 349, л. 226, где сказано даже, что Царь Узбек разделил Великое Княжение между Иоанном и Александром Васильевичем, утвердив Владимир за последним. «Царь Озбякъ подѣлилъ имъ Княженіе: Князю Ивану Даниловичю Новгородъ и Кострому, а Суздальскому Князю А. В. Володимерь и Поволожье: и княжилъ полтретья года. Сій Князь Александръ изъ Володимеря Вѣчьный колоколъ Св. Богородици возилъ въ Суждаль, и колоколъ не почалъ звонити, якоже былъ въ Володимерѣ; и видѣ Александръ, яко съгрубилъ Св. Богородици, и повелѣ его пакы везьти въ Володимерь; и поставиша его въ свое мѣсто, и пакы бысть гласъ, яко же и преже богоугоденъ. И по смерти сего Александра пойде въ Орду К. В. Иванъ къ Царю Албугу (Узбеку же): онъ же его пожаловалъ, и вдасть ему Княженіе Великое надо всею Русскою землею, яко же и праотець его Великій Всеволодъ Дмитрій Юрьевичь».
303 См. Повесть о Св. Сергии в Никонов. Лет. IV. 204; «Наста насилованіе много, сирѣчь Княженіе Великое Московское досталось Ивану Даниловичю, купно же и Ростовское къ Москвѣ. Увы, увы тогда граду Ростову, паче же и Княземъ ихъ, яко отъяся отъ нихъ власть, и имѣніе, и честь, и слава; и потягнуша къ Москвѣ, и изыде повелѣніе В. К. Ивана Даниловича, и посланъ бысть отъ Москвы на Ростовъ, аки нѣкій Воевода единъ отъ Вельможъ, именемъ Василій, прозвище Кочева, и съ нимъ Миняй. Егда внидоста во градъ Ростовъ, тогда возложиста велику нужу на градъ и на вся живущая въ немъ, и не мало отъ Ростовецъ Москвичемъ имѣнія своя съ нужею отдаваху, а сами противу того раны на тѣлеси своемъ со укоризною взимающе… Толико дерзновенія надъ Ростовомъ содѣяша, яко и Епарха градскаго старѣйшаго Боярина, именемъ Аверкія, стремглавъ обѣсиша и возложиша на ня руцѣ свои, и оставиша поругана, точію жива». — Василий Давидович, внук Феодора Черного, назван зятем Иоанновым в Новогород. Лет. Попа Иоанна, с. 603. В Родословных Книгах: «У В. К. Василіа (Ростовского) дѣти Князь Ѳеодоръ, да Князь Констянтинъ, а женился К. Констянтинъ у В. К. Ивана Даниловича Московскаго (в 1328 году); а оттолѣ Ростовскихъ Князей родъ пошелъ надвое: Князю Ѳеодору досталася Стрѣтенская сторона, а Констянтину Борисоглѣбская сторона». Феодор Васильевич скончался в 1331 году, Марта 28.
304 Сия свобода Бояр доказывается следующими местами, находящимися в духовной Иоанна Данииловича и договорной грамоте его внука, Димитрия Ивановича, с братом (см. ниже, или в Древн. Рос. Вивлиоф. I, 56 и 77): «1) …далъ есмь Борису Воръкову, аже иметь сыну моему которому служити, село будеть за нимъ; не иметь ли служити, село отоимуть. — 2) А который Бояринъ поѣдеть изъ кормленья отъ тобе ли ко мнѣ, отъ мене ли къ тобѣ, а службы не отслуживъ, тому дати кормленье по исправѣ». — В Родословных Книгах, в описании рода Левашовых: «Пріѣхалъ изъ Нѣмецъ во Псковъ Нѣмчинъ Доль, а отчина его была городъ Вдовъ (Виндау) и съ тѣмъ и во Псковъ пришелъ, да и крестился во Псковѣ, а во крещеніи имя ему Василей, да поставилъ во Псковѣ церковь Василей Святый у Трупорѣховскихъ воротъ, а изо Пскова пріѣхалъ во Тверь къ Князю Александру Михайловичю, и былъ во Твери у Александра знатный Бояринъ».
305 В Новогород. Лет.: «…ходи К. В. Иванъ въ Орду, его же думою приславше Татарове позваша Александра, Василіа Давидовичь Ярославскаго и всѣхъ Князей въ Орду». В Никон. Лет.: «Царю Азбяку много клеветаша нѣцыи на Князя Александра, и уши Царевы наполниша многіе горести. Царь же Азбякъ, призвавъ единаго отъ слугъ своихъ, именемъ Истрочея, и глагола: иди въ Русь, и призови ми Князя Александра» и проч. А Татищев пишет, что Александр, будучи в Литве и в Немецкой земле, многим тамошним Вельможам обещал дары и не сдержал слова; что они поехали к Хану и старались оклеветать сего Князя.
306 В Новогород. Лет.: «Александръ послалъ бѣ прежде себе въ Орду сына своего Ѳедора, чаа оттолѣ вѣсти; и присла по него Царь, и пойде въ Орду». Никон. Лет. говорит, что Феодор известил отца о гневе Ханском, но что Александр на все решился. Там же: «…мати же его и Бояре, и гости, и Житейскіе мужи унимаша его много». Имя Житейские означало то же, что люди Житьи или прежде Огнищане в Новогороде (см. Т. V.). Далее: «…братъ его, Князь Василей Михайловичь, съ Бояры и слугами проводиша его до Святославля поля» и проч.
307 «Князь Романчукъ Бѣлозерскій». Князь Щербатов думал, что это не имя, а прозвание или отчество; но Романчук есть уменьшительное Романа, так же, как Василько Василия, и проч. «У Романа Михайловича, — пишет Щербатов, — было по Родословным два сына, Ѳеодор и Василій». Нет, в Родословных сказано, что Роман умер бездетен, а Феодор и Василий были сыновья брата его, Феодора Михайловича. Отец Романов в 1277 году женился на тетке Василия Давидовича Ярославского, дочери Феодора Черного.
308 В Троицк.: «…и разоимани быша по съставомъ» — Никон. Лет. расплодила описание последних минут Александровых, сообразуясь с повестью о кончине отца его; именует двух убийц сего Князя Берканом и Черкасом, и проч.
Сыновья Иоанновы — Симеон, Иван, Андрей — приехали к Хану в начале осени, а Князь Тверской был казнен в исходе Октября. — В Никон. Лет.: «Бояре и слуги, вземше тѣлеса ихъ, повезоша на Русь: и срѣте ихъ въ Володимерѣ Митрополитъ, и пѣвше надъ ними надгробное пѣніе, отпустиша ихъ, Братія же Князь Костянтинъ и Василей срѣтоша ихъ въ Переславлѣ, тоже и Гаврилъ Епискупъ Ростовскій и Ѳедоръ Епискупъ Тверскій, и тамо надгробное пѣніе совершиша, и отпустиша во Тверь; и тамо у Св. Михаила срѣтиша ихъ граждане, и вземше ихъ на главы своя, понесоша во градъ, и внесоша въ церковь Св. Спаса. Мати же его, и братія, и Княгиня его съ дѣтьми, и весь градъ плакашась горько. И тако Тверское Княженіе доконца опустѣ» и проч. Гробы сих Князей уже неизвестны. — В Никон. Лет. К. Стародубский Феодоръ назван Иоанновичем, а в Родословн. Книгах Михайловичем: «…у Князя Ивана Всеволодича» (дяди Александра Невского) «сынъ Иванъ Калистратъ, а Княжь Ивановъ сынъ Князь Михайло, а у Князя Михайла сынъ Князь Ѳедоръ, прозвище ему Благовѣрной, убитъ въ Ордѣ отъ Царя».
309 См. Никон. Лет.
310Далин. Gesch. des Schw. R. II, 314, 326, и Райнальд. Annal. Eccl. г. 1326, № 10. Пишут, что Новогородцы в тот же поход отняли стадо лосей у Шведских Лапландцев, которые собрались близ Каппивара (Käppivare) на горе, облив ее водою в жестокие морозы; пустили оттуда множество бревен на Россиян и побили великое число людей. — Папа Іоанн пишет к своим Легатам: Infideles pagani, Carelli videlicet et Rutheni, regnis Norvegiæ, Sueciæ ac Gociæ propinqui, adeo regna ipsa, præsertim Norvegiæ prædictum sibi vicinius, et degentes Christocolas in eodem per rapinas, incendia, strages varias, captiones, incarcerationes, depopulationes, et tam locorum sacrorum, quam aliorum dirutiones, et alios, incursus hostiles multiplices hactenus [ «Нечестивые язычники, корелы и русские, соседи государства Норвежского, Швеции и Готланда, эти земли, в особенности ближайшую к ним Норвегию, и живущих там христиан тревожат разбоем, поджогами, всяким разорением, уводят жителей в плен, в темницы, истребляют их, многочисленными набегами разрушают святыни»] и проч.
311 Сей трактат выписан Бишингом из Датского Архива и напечатан в Histor. Magaz. III, 177. От имени Новагорода целовали крест Архиепископ Моисей, Посадник Варфоломей и Тысячский Евстафий (Borgravius Olphormoy и Dux Asthaphius), о коих упоминается и в наших летописях сего времени (см. Новогород. Лет. с. 178 и 179). Следующие места достойны замечания: «Въ возстановленіи древнихъ границъ полагаемся (мы Новогородцы) на Бога и на совѣсть Короля Магнуса… Гости или купцы Норвежскіе могутъ свободно ѣздить въ Новгородъ и Санлокъ (Sanloecke), котораго жители участвуютъ въ семъ мирѣ… Переводчиком трактата былъ Верикинъ… Писано въ Новѣгородѣ 1326 года, Іюня 3». — В Новогород. Лет.: «Той же зимы (1337) Корела, подведши Нѣмець, побиша Русь, Новогородцевъ много и Ладожанъ гостей, и кто жилъ Христіанъ въ Корелѣ; а сами побѣжали въ Нѣмедьскый городокъ, и потомъ много посѣкоша Христіанъ изъ Нѣмѣцскаго города. — Той же весны (1338) ходиша Новогородци съ Посадникомъ Ѳеодоромъ въ Неву, и стояша подъ Орѣховымъ съсылающеся послы съ Воеводою Нѣмедскимъ съ Стенемъ, и не бысть миру, но такъ възвратишась Новогородци въ Новгородъ. Воеваша Нѣмци съ Корелою много по Обонѣжію; послѣди же и Ладогу пожгоша, пригонивше посадъ; нъ города не взяша. Потомъ ходиша молодци Новогородстіи съ Воеводами и воеваша Городецскую (Выборгскую) Корелу Нѣмецкую, и много попустошиша земли ихъ, и пріидоша вси здравіи. Того жь лѣта приходиша Нѣмци изъ городка воевати на Толъдогу (близъ Ладоги), оттолѣ идяху на Вотскую землю» (где ныне Ораниенбаум) «и не взяша ничто же: остерегли бо ся бяху, и пакы вышедъше Копорьяне съ Ѳедоромъ Васильевичемъ, и биша я, и убиша ту Михаила Копорьянина, мужа добра, а подъ Ѳедоромъ конь раниша; а они вышли бяхуть вмалѣ… Той же зимы прислаша послы изъ Нѣмедска городка изъ Выбору о миру въ Новгородъ отъ Петрика Воеводы, рекуще, яко Князь Свѣйскій того не вѣдаетъ, что учинися розмиріе съ Новымгородомъ, нъ то подѣялъ Стень Воевода о своемъ умѣ. Новогородци же послаша Козму Твердиславичь и Олександра Борисовичь посольствомъ, и привезоша миръ, по тому, что докончали съ Вел. Кн. Юрьемъ въ Невѣ; а про Коболитьскую Корелу послати къ Свѣйскому Князю. — Послаша Новогородци (въ 1339 году) Кузму Твердиславля и Олександра Борисовичь съ другы, а отъ Владыкы сестричича его Матьѳеа за море къ Свѣйскому Князю посольствомъ, и наѣхаша его въ Мурьманской земли въ городѣ въ Людвли (см. Далин. Gesch. Schw. II, 350), и докончаша миръ по старымъ грамотомъ» и проч.
312 Рясна есть ныне село между Могилевым и Мстиславлем. Осечену надлежало быть там же. В описании древней России имена сих двух городов стоят рядом (см.