– Посмотрим. – Джорданна пожала плечами, ее лицо все еще представляло собой безэмоциональную маску. – Но, может, Сила хочет, чтобы я внесла свою лепту? Кто-то же должен остановить нигилов. Мы все – Республика, так ведь?
– Ну не знаю. – Вернестра сейчас не хотела пускаться в философскую дискуссию о Силе. Могла ли Сила быть связана с таким жестоким оружием? Сейчас оно в руках Джорданны, а не нигилов – это хорошо, только… Даже бластером нельзя нанести столько вреда, сколько можно этим кольцом.
Но не успела Вернестра продолжить, как Реми взяла след и, завыв, побежала в том же направлении, в котором скрылась сбежавшая нигилка.
– Погоди, ты слышала? – спросила Джорданна, удачно меняя тему, и последовала за волькой, все еще сжимая кольцо в руке. Вернестре пришлось постараться, чтобы ее догнать.
Мириаланка забежала за угол, Джорданны и Реми нигде не обнаружилось, так что девушка остановилась. Ее сердце тяжело забилось, голова запульсировала, а дышать стало труднее. Сперва она решила, что опять попала под действие какого-то газа, и потянулась к висевшей на поясе маске. Но остановилась, поняв, что причина совсем в другом.
Она очутилась в коридоре из видения.
Вернестра схватила свой световой меч и не задумываясь направилась дальше по проходу. Затем сорвалась на бег. Смесь ужаса и предвкушения гнала ее вперед: то, что ожидало в конце коридора, было в равной мере и хорошим и плохим.
К счастью, Вернестра знала, куда бежать. Видения указали ей путь.
Мириаланка не сомневалась. Она мчалась сквозь звенящую пустоту станции. Что-то в окружающем ее пространстве казалось зловещим и холодным, словно эти стены были созданы, чтобы стать безмолвными свидетелями горя и страданий и впитать их в себя. От этого ей захотелось покинуть станцию, убраться из ее мрачных пределов. Но она не могла уйти, не найдя Имри, Рита и источник голоса из своих видений.
Если Сила с ней, то все они могут оказаться в одном и том же месте.
Вернестра завернула за последний угол и оказалась перед ярко освещенным дверным проемом. Отбросив все предосторожности, она вошла внутрь, готовая к бою. Первым, что она увидела, была Джорданна, склонившаяся над бесчувственным Ритом. В углу из сиротливой канистры сочился газ, Силь, кашляя, накрывала ее мусорным баком. Имри стоял неподалеку с полным боли лицом.
– Ты где застряла? – строго осведомилась Джорданна. Ее кольцо все еще было выключено и висело на ее шее уродливым ожерельем. – Я пыталась связаться с тобой по комлинку.
– Ой, я не услышала, – ответила Вернестра. Она почувствовала себя потерянной, словно ее путь оказался намного длинней, чем она ощутила. Она не могла так сильно отстать от Джорданны. Не могла ведь?
– Имри, ты в порядке? – спросила девушка, все еще не понимая, каким образом потеряла ход времени.
– Я-то да, но она нет, – тихо отозвался падаван, кивнув в сторону старой женщины, лежащей в медицинской капсуле. Свет внутри устройства горел тем же синим цветом, что и гиперпространство, и любому, не владевшему Силой, могло показаться, что женщина внутри мирно спит. Но Вернестра почувствовала, что мозг женщины уже не работает, хотя ее сердце продолжало биться, а грудь поднималась и опускалась в такт дыханию.
– Что это такое? – в голосе Имри сквозила смесь жалости и отвращения.
– Думаю, эта капсула поддерживает в ней жизнь, хотя ее уже нет с нами.
– Это что… – Джорданна подошла ближе к капсуле. У нее перехватило дыхание, как только она взглянула на женщину внутри. – Это что, Мари Сан Текка? – прошептала она.
– Кто такая Мари Сан Текка? – поинтересовалась Вернестра, встав рядом с Джорданной.
– Пропавшая девочка. Говорят, она помогла переломить череду неудач и потерь нашей семьи в конце лихорадки, но ее родители заплатили горем за наше состояние, – ответила Джорданна. – Она моя очень дальняя родственница.
«Отправилась путешествовать», – прозвучал шепчущий голос из видения Вернестры. Очень любопытно. Вернестра видела, как старая женщина в капсуле говорила с ней, но в то же время чувствовала, что в теле нет разума, как будто дух женщины покинул ее плоть, но все же не до конца, сохранив ниточку связи.
– У меня было видение о ней. Она сказала, что у нее есть что-то для меня.
«Да. Нам надо поторопиться. У меня есть дар для тебя. Одна последняя Тропа, прежде чем я умру. Она всегда предназначалась тебе», – свежее воспоминание всплыло в памяти Вернестры, и мириаланка почувствовала, словно говорила с мертвой женщиной.
– Вернестра, ты слышишь ее? – спросила Джорданна.
– Нет, просто вспоминаю свое видение, – ответила та.
– Ну, по крайней мере, теперь ты знаешь, что твои видения иногда правдивы, – произнес Имри. – Мне тут не нравится. Давайте выбираться.
– Ага, пока кидающийся газом чадра-фэн не очухался, – подала голос Силь, указав на валявшегося в углу нигила. – Кажется, он в ответе за эту женщину, так что он будет очень недоволен, когда придет в себя.
– Согласен, – отозвался Рит, со стоном принимая сидячее положение. – Почему у меня голова кружится?
– Побочные эффекты от канистры с газом, которой в тебя швырнул чадра-фэн, – пояснила Джорданна, подав Риту руку.
Снова застонав, он поднялся на ноги и тяжело навалился на девушку.
– И почему только я надышался газом? Вечно мне везет.
– Скоро полегчает, – с улыбкой заверила Джорданна. Она смотрела поверх головы падавана на Сильвестри. – Привет.
– Привет-привет. Неужели это моя Бити? – Силь указала на модифицированную бластерную винтовку за спиной Джорданны.
– Я решила, что ты обрадуешься встрече с другом, – улыбнулась Джорданна, протягивая Силь оружие. Сильвестри улыбнулась в ответ и вытянула свои скованные руки.
– Может, сперва поможете мне с этим?
Вернестра разрубила путы, освободив сначала Силь, а затем и Рита с Имри. После мириаланка подошла к медицинской капсуле.
– Это твоя родственница, так что тебе решать, как нам с ней поступить.
Джорданна посмотрела на старую женщину и вздохнула.
– Раз она уже мертва, пусть покоится с миром. Отключим капсулу. Я расскажу семье о своей находке, когда мы вернемся на Корусант. Вернее, если мы вернемся на Корусант.
– Должно быть, моя шкатулка с секретом когда-то принадлежала ей. Так что теперь она твоя, – произнесла Вернестра, но ее собственный голос раздался откуда-то издалека. Было что-то еще, какая-то невыполненная задача, и мириаланка пока что не хотела уходить. Краем сознания джедайка ощущала, что станция под ее ногами тревожно вибрирует.
– Я провожу твою родственницу в последний путь. А ты выводи остальных.
– Похоже, станция начинает разваливаться. Надо убираться отсюда, – заявила Сильвестри Ярроу, указывая на дверь.
– Кажется, ты права. Комак сказал, что нам надо поторапливаться, – ответила Джорданна, показывая на свой комлинк.
Джорданна полувынесла-полувытащила Рита из комнаты, а Имри и Силь последовали за ними. После их ухода станция начала крениться на сторону, а вдалеке раздались взрывы, и этот звук отдался эхом в замкнутом пространстве маленькой комнаты.
Секунду поколебавшись, Вернестра закрыла глаза и потянулась сквозь Силу к полумертвой женщине. Та потянулась в ответ, связь между ними вдруг сделалась одновременно похожей и непохожей на связь между учителем и падаваном. Мгновение ничего не происходило, но затем Вернестра увидела картины из жизни старой женщины: детство на идиллической планете, ее первое путешествие в гиперпространстве, а затем нечто иное – синева гиперпространства, менее случайная, более упорядоченная, размеренная и текучая: женщина видела гиперпространство точно так же, как Вернестра – Силу. Словно ветвящийся поток, который можно разметить, сопоставить и исследовать.
А потом Вернестра увидела еще кое-что – Тропу, которую необходимо обозначить, изучить и запомнить. Вернестра ощутила, как воспоминание врезается в ее разум. Несмотря ни на что она всегда будет помнить, как попасть туда, в место за краем Галактики, куда ни одно живое существо не должно лететь и где уже очень-очень давно никто не бывал.
Затем Вернестра оказалась наедине с собой, присутствие старой женщины улетучилось, отступило туда, куда девушка не могла последовать. Но Тропа в неведомую даль осталась с мириаланкой, и она наконец поняла, почему мастер Стеллан был так очарован ее гиперпространственными видениями. Чувствовать гиперпространство так же, как джедаи ощущают Силу, – нелегкая задача, а эта хрупкая старая женщина провела жизнь, исследуя тайные пути Галактики.
Нигилы нашли ее дару худшее применение из возможных.
– Спасибо, – сказала Вернестра, положив руку на стекло медицинской капсулы, когда тело старой женщины начало проваливаться само в себя. Больше не существовало двойственного восприятия женщины – ее тела и духа. В капсуле лежал только давно мертвый труп, плоть, служившая женщине тюрьмой, пока она не отдала последнюю Тропу Вернестре.
– Верн! Шевелись! – окликнула ее Силь из коридора.
Мириаланка перерубила трубы, ведущие к капсуле Мари Сан Текки. Зазвучал сигнал тревоги, а свет внутри медицинского устройства погас, скрывая труп от посторонних глаз.
А затем Вернестра ринулась из комнаты и побежала, спасая свою жизнь.
Глава 38
Никто не оказал им никакого сопротивления, пока группа, ведомая Реми, бежала по коридорам обратно в ангар. Когда они промчались мимо иллюминатора, Силь смогла мельком увидеть битву, кипящую снаружи станции, и довольно улыбнулась.
– Кажется вы, ребята, позвали друзей! – прокричала она, не сбавляя темпа.
Джорданна кивнула и щелкнула по комлинку в ухе.
– Мастер Комак сказал, прибыло подкрепление. Они не стреляют по станции напрямую, но она все равно сильно страдает от случайных попаданий.
– Надеюсь, в ангаре найдется корабль на ходу, – произнесла Вернестра, бежавшая за ними.
Нигилы обычно не задерживались на поле боя, если пахло жареным, что сейчас было на руку. Это значило, пятерка беглецов сумеет покинуть станцию без лишних затруд